Страница 21 из 94
К концу нашего пути голова у меня разболелась еще сильнее. Ресторан. Даже не предупредил. Сумку я взяла с собой - все же она была мелкая, да и я прекрасно знала, чем этот вечер закончится.
Высокие потолки, много золота, услужливые официанты. Одним словом - мда. Столик был в общем зале, и это было весьма логично. Отец ожидал от меня скандала и явно предполагал, что скандалить на людях я не буду. Хе-хе. Десять минут ожидания, две вялых попытки начать разговор, и в зал вплывает она - ведьма. Секретарша моего папеньки. Запахло жареным.
-Здравствуй Танечка! - я еле удержалась от того, чтобы не скривиться. Вот, значит, что было реальной причиной расторжения брака родителей. Что ж.
- Добрый день. А вы сюда случайно зашли, да? А то мы приличную женщину ждали, а не… Вас, - все все прекрасно понимали. Но строили из себя высокоморальных, светских интеллектуалов.
- Татьяна! - отец активизировался необычайно громко.
- Что, папенька? - и невинность на лице. Больше невинности на лице!
- Не хами. Я хочу познакомить тебя со своей невестой, твоей будущей мачехой и музой своего сердца, Настасьей Авдеевой, - честно говоря, меня пробило на «ха-ха».
- Рада познакомиться, Танечка, - и гнев в глазах. И стойкое желание выжить меня из дома.
- Знаете что? Я пошла. Мне некогда слушать весь этот бред про твою новую семью. Я устала. Прошу меня простить, - я встала со стула, огибая столы и людей за них сидящими. Сумку тоже захватила. Верхнюю одежду тут же отдали, когда я только подошла к выходу. Но не успела я даже с крыльца спуститься, как отец выбежал на улицу, разьяренный, словно дементор.
-Ты, Татьяна, совершенно распустилась из-за своей мамаши, которая постоянно делает тебе поблажки в воспитании! Ты не умеешь вести себя как нормальный подросток с нормальным отношением к людям, которые старше тебя в несколько раз! - я закрыла глаза всего на секунду.
- Знаешь что? Иди к черту. Просто иди к черту. Я не собираюсь с тобой разговаривать или даже просто общаться. Нормальные отцы себя так не ведут. Они не тащат дочь в ресторан, даже не предупредив ее о походе. Они объясняют своему ребенку причину, по которой не могут забрать его из школы в определенный день. Они, черт возьми, не выходят замуж за потрепанных секретарш. Они любят и уважают своего ребенка и его мнение. Они - не ты. Прощай, - я уже хотела развернутся, но щеку обожгло. Пощечина?
Я тронула пальцем щеку, принося себе немного боли. Боли, которая отрезвляла. Я подняла взгляд с грязного асфальта на лицо своего отца. Он пораженно смотрел на свою руку.
Ладно.
***
Домой я приехала только в пятом часу вечера. С мокрыми ногами, температурой и замерзшими руками.
На втором этаже были странные звуки, но я мало обратила на них внимания, спускаясь в подвал за быстродействующим обезболивающим - щека нещадно саднила.
-Ма-ам, я окончательно разосралась с отцом! - странные звуки стихли. - Женщина, чем вы там занимаетесь?
- Таня, ты бы хоть позвонила! Ты же наверняка замерзла! Немедленно в ванную! - маменька спустилась со второго этажа, когда я уже поднялась из подвала. Отмерив зелье в стакан, я залила его водой. И привычно уселась на стол. За что тут же получила тряпкой по ногам.
- Фи, маменька, дочки столько времени дома не было, а вы так себе ведете, - осушив стакан до дна, я соизволила слезть со стола и пойти переодеться в нормальную одежду. Домашние лосины, длинная майка и старая кофта замечательно меня согрели.
- Что там с отцом? - мама появилась в ванной именно в тот момент, когда я увлажняла свою мордочку и заделывала волосы в пучок.
- Ничего. Познакомил меня со своей секретуткой и надеялся на то, что я ее благосклонно приму. Святая наивность, - мама недовольно покачала головой. Про пощечину я умолчала - не хотела разборок.
- Он твой отец, Тань, - я закрепила узел резинкой и повернулась к матушке.
- А я его дочь, мам. Но это не мешает ему вести себя со мной как с рабыней и бесправным существом, которое не имеет собственного мнения. Я устала. Просто не хочу с ним общаться и видеться. Пусть сам живет, сколько можно? Хватит с меня, - мама устало покачала головой, но ничего не сказала.
Я ей за это премного благодарна.
***
Каникулы я проводила печально. Безвылазно просиживала в семейной лаборатории и готовила различные настойки, почти не выходя на связь с общественностью. Пока общественность сама не вышла на связь со мной.
В пятницу я спокойно сидела в лаборатории (как, впрочем, и в четверг, и в среду, и во вторник...), пытаясь приготовить (в пятый, сука, раз!) зелье спокойного сна. Сейчас надо было котелок держать под тремя струями воды, температура которых должна была быть тридцать три градуса. И ни градусом более. Естественно, я нервничала. Очень сильно нервничала.
- Тань, тут к тебе друзья пришли, - я даже не повернулась. Зелье занимало меня полностью. Осталось пять секунд. Раз, два…
- Тань, привет, - Алина зашла в лабораторию именно в тот момент, когда я убирала котелок из-под воды. Теперь в холодильник на два часа и три минуты. Захлопнув дверцу белого друга, я стянула с рук перчатки и поправила волосы, размазывая по лицу сок хурмы.
- Красавица, - ядовито высказался Владимир.
- В любом случае, я сейчас выгляжу лучше тебя. Чего надобно? - подойдя к рабочему столу, заваленному разными фолиантами, тетрадками, листочками с различными формулами, я выцепила из общей груды хлама стакан с остывшим кофе. Всю ночь я искала гребанный рецепт этого гребанного зелья.
- Как насчет того, чтобы немного потусить завтра у меня дома? - Алина обвела взглядом лабораторию, разыскивая стул.
- Завтра? - я повернулась к столу спиной и оперлась на него, залпом выпивая горький напиток.
Таймер мирно тикал на столе рядом с холодильником. Сейчас осталось только остудить эту байду, а после разлить по бутылочкам и в подвал - настаиваться. А так будет время выспаться и привести себя в божеский вид. Я проверила наручные часы, выставила будильник.
- Пойдемте. Время обеда, - я первая вышла из лаборатории, дожидаясь, пока последний друг покинет помещение. А после запечатала дверь заклинанием. Чисто профессиональная привычка.
На кухне маман не было. Записка гласила, что она уехала «по делам». Поставив на плиту разогреваться борщ, я нарезала хлеб.
- В принципе, можно. Только чур не пить, ладно? А то мне не особо хочется лицезреть в чужом телефоне свои компрометирующие фото, - на том и порешили. Мы немного поговорили, поели, обсудили во сколько эти алкоголики за мной приедут, а позже распрощались.
Я вытащила треклятое зелье из холодильника, разлила его по скляночкам, убрала скляночки в огромную коробку, а саму коробку спустила в подвал, в самый дальний угол.
Набрав ванную, я вытащила из халата телефон и разблокировала его. С рабочего стола на меня смотрел Блэр. Ублюдок. Полюбовавшись на идеальные для меня черты лица, я открыла галерею, удалила все его фотки, и установила на рабочий стол примитивную картинку с лесом.
Ох, черт.