Страница 20 из 172
Зандер аккуратно посадил ее назад, расправив все складки одеяла, и присел перед ней на корточки:
— Нет, Лайза, нет, — он тут же забыл о своих проблемах, которые были важны всего лишь минуту назад. — Мы так волновались за тебя, когда ты болела и бредила из-за высокой температуры целую неделю. А потом, когда ты пришла в себя, и мы все по очереди кормили тебя с ложечки, и молили небеса только об одном, чтобы ты не умерла, пусть долго, пусть тяжело, но выздоравливала. И теперь все очень счастливы, что ты постепенно идешь на поправку. Я сейчас сварю вкуснейшую кашу, если у меня получится, и буду тебя и Лемми, двух самых капризных, но самых мной любимых существ, кормить с ложечки.
Лайза опять улыбнулась ему, а потом, притянув к себе, чмокнула в щеку:
— Ты даже не представляешь, как я вам всем благодарна.
И отвернулась, вытирая рукой, набежавшие вдруг слезы. Зандер, чтобы не смущать ее еще больше, вернулся к костру.
«Вот ведь, как получилось, — рассуждал он, неторопливо помешивая кашу в котелке — его мысли снова вернулись к огню и к пользе, какую можно извлечь из обладания им. — Тем, что нельзя купить, я владею безраздельно. Осталось только вспомнить, из каких компонентов состоит Огненная Саламандра. Жалко, что все записи остались в доме отца, но ничего, у меня хорошая память, я все восстановлю. Сейчас надо только дождаться цветения папоротника, я это точно помню, он является одним из составляющих эликсира знания, с помощью которого потом можно получить порошок истины. Главное не торопиться, главное сейчас найти цветок папоротника и сделать этот эликсир».
Он размечтался и упустил кашу, она подгорела слегка, но на него опять никто не ругался, ведь это был его первый кулинарный опыт. Зато Лайза, получив множество комплиментов по поводу ее кулинарных способностей, так воспряла духом, что пообещала встать к костру и уже приготовить для всех ужин. А Зандер, как и обещал, кормил с ложечки и Лемми, и девочку, уговаривая съесть и за тетушку Деспину, и за учителя Неда. А все весело смеялись, наблюдая, как он это делает.
После завтрака был долгий спор о том, куда им лучше направиться. Зандер очень не хотел, чтобы тетушка Деспина приняла решение двигаться на север, ведь там они с Лемми могли натолкнуться на борцов с нечистью, они там появились единожды, как объяснил лекарь Бельведер Риттерс, могли появиться и еще раз. Но как рассказать женщине, почему он не желает ехать туда, тем более что к мнению подростка особо не прислушивались. А расставаться с ними он тоже совершенно не хотел, это была его семья, здесь, с ними, был его дом. И тут ему на руку неожиданно сыграла болезнь Лайзы, все дружно решили, что климат севера тяжел для нее, и для восстановления ее здоровья лучше все же поехать на юго-восток, к морю. Там города хоть и поменьше, и заработки будут пожиже, но здоровье девочки прежде всего.
И вот, после долгих споров и препирательств, они направили коней на отдых, к морю.
* * *
Время шло. Опять наступила поздняя осень. Бродячий цирк всю весну и все лето кочевал вдоль побережья из одного небольшого курортного городка в другой, подолгу не задерживаясь ни в одном из них. Ночевали артисты практически всегда под открытым небом, вдыхая соленый морской воздух и любуясь мириадами звезд.
Лайза практически поправилась, к ней вернулась ее былая смешливость. Она снова стала принимать участие в выступлениях. Тетушка Деспина старалась ее сильно не нагружать, но Лайза сама возобновила тренировки и уже скоро смогла, как и раньше, выступать перед зрителями на канате. Лемми очень понравилось соленое море, и Зандеру приходилось по ночам учить его плаванию. Тело самого Зандера постепенно наливалось силой, и он уже не мог с Лайзой выступать вместе, слишком была заметна разница в сложении, и их номер уже не производил того эффекта, как раньше, когда два худеньких подростка совершали сальто назад. Теперь каждый раз, когда Зандер приземлялся на канат, стойки прогибались так, что казалось, что еще немного, и они рухнут. И Джиму пришлось придумывать для него другой номер, отработку которого они уже заканчивали и планировали вынести на суд зрителей. Да и Найлс теперь катал на себе не его, а худенькую Лайзу и маленького Лемми, который за прошедший год сильно вытянулся и грозил скоро догнать девочку в росте.
Зандер все-таки нашел в то лето, на Иванов день, цветущий папоротник и создал из него и своего огненного света эликсир знания, и теперь с драгоценной жидкостью не расставался даже ночью, купив на рынке маленький кувшинчик с притертой крышечкой на серебряной цепочке и повесив его себе на шею. Теперь, кроме воспитания Лемми и подготовкой номера, он был занят созданием следующего компонента, а именно, эликсира огня.
Но вот чтобы создать его, он должен был почувствовать волны эфира — эту пятую стихию, лежащую в основе мироздания вместе с воздухом, водой, огнем и землей, и соединить эти волны со своим огненным светом. Но как почувствовать, когда ни одна умная книжка не писала об этом, почувствовать, и все. Он прислушивался, присматривался, принюхивался, но ничего пока не чувствовал. Ни-че-го.
В столицу и этой зимой они не попали. Тетушка Деспина решила, что менять место жительства, когда до зимних холодов оставалось всего ничего просто бессмысленно, а здесь, на море, хорошая погода может продержаться еще какое-то время, а потом артисты, как обычно, снимут три номера в приличной гостинице, их сбережения позволяли, и пересидят холода. Им может повезти, если нагрянет какой-нибудь аристократ с компанией и захочет повеселить своих гостей их выступлениями. Даже если это не произойдет, то они иногда смогут устраивать небольшие выступления на рыночной площади. Все-таки здесь зимой не так холодно, как на севере или даже в столице.