Страница 15 из 18
Еще одно важнейшее событие заключалось в окончании войны ангелов с вампирами. Как уже знала Ксюша, на свете остались лишь те кланы вампиров, что согласились следовать магическому своду законов. Значит, остальных ангелы просто уничтожили. Ксения подумала, что у вампиров есть причины злиться, ведь это были их предки. Но неужели они не понимают, что их родственники продолжили бы убивать людей? Интересно, как они сами относятся к этому? Вдруг они считают нормальным для себя нападать на человеческий род? Как хищники на своих жертв. Вряд ли ведь хищник испытывает угрызения совести.
Нет, не может быть. Ксюша прекрасно помнила взгляд Влада Адамова. Она была уверена, что он способен на сострадание. И девушка никак не могла представить его в роли кровожадного и беспощадного убийцы.
Хотя она уже посчитала для себя, что забота Влада Адамова была только показной. Но даже это не делает из него жестокого убийцу.
Дописав домашнее задание, Ксюша сунула тетрадь в рюкзак, и отключила ночник на тумбочке. Сон никак не приходил к девушке, и она просто лежала с открытыми глазами, глядя в окно на темное небо и бледно-желтый диск луны. Сегодня ночью было полнолуние.
«Интересно, правда ли, что оборотни в это время бесконтрольно превращаются в зверей?», – подумала Ксюша.
Пока что она знала только двух оборотней – Илью Лаева, и его друга Колю Барсова. Кстати, а ведь Илья наверняка специально запер Глафирку в туалете, чтобы спокойно зайти к Ксюше, отдать пирог и узнать, все ли в порядке у Ксюши. Лаев хоть и имел недостатки в виде мальчишеского дурачества, но в целом он был хорошим парнем.
Ксюше стало очень любопытно, в кого же превращается Илья Лаев. И почему она до сих пор у него не спросила об этом?
Завтра она сможет узнать намного больше об оборотнях, ведь утром предстоял первый урок по Оборотничеству.
Уже начиная засыпать, Ксюша сквозь сон услышала чьи-то печальные вздохи. Они были наполнены таким горем и тоской, что у девушки сжалось сердце. Открыв глаза, Ксюша удивленно осмотрелась, в поисках того, кто сейчас так страдал. Это точно не была ее соседка – Федорова продолжала спокойно сопеть у себя на кровати.
Вскоре Ксюша поняла, что вздохи доносились со стороны окна. Встав с постели и забравшись на широкий подоконник, девушка прильнула к стеклу. На карнизе над соседним окном сидел полупрозрачный мужчина и горестно вздыхал. Ксения узнала в нем призрака Филю Лукина.
Приоткрыв окно, Ксюша негромко позвала:
– Филипп! У вас что-то случилось?
Призрак обернулась на нее, и грустно улыбнулся:
– Привет, Гордеева. Не у меня случилось, а у вас. У живых…
– А что у нас случилось? – удивленно спросила Ксюша.
– Живете вы тут в нехорошем месте. Чувствую, как Тьма бушует над вами, норовит вырваться из плена. Верное пророчество было, Тьма знает, что ее освобождение уже близко.
По коже Ксюши поползли мурашки, ее пугали слова призрака.
– Про какую Тьму вы говорите? И что за пророчество? – спросила она.
– Тьма это губительная Сила, поглощающая всю магию в мире. Пророчество Тьмы гласит, что через сотню лет после заточения придет тот, кто сможет ее освободить.
Ксюша, замерев и едва дыша, слушала Лукина, когда в нее вдруг что-то врезалось, напугав до чертиков. Вскрикнув, она обернулась и увидела проснувшуюся Федорову, ее лицо выражало ярость, а фиолетовые волосы были растрепаны и напоминали змей Медузы горгоны. То, что врезалось в Ксюшу, оказалось атласной подушкой, которую кинула в нее Глафирка.
– Гордеева, хватит трындеть, спать ложись! – рявкнула Федорова, и отвернулась на другой бок.