Страница 4 из 109
В этот момент девушки соизволили меня заметить и замолчать. Затем Светлана, сообщница Хуана, с деланным сочувствием произнесла, глядя на меня в упор:
- Кстати, тех, кто пропустил собрание в кабинете начальства, с утра ждет персональная беседа. И вряд ли нерадивого работника станут хвалить, скорее речь вообще пойдет об увольнении... Верно, говорю?
Девушки дружно заохали, поддакивая, и ехидно посмеиваясь, наперебой добавили:
- Только нашей Тени бояться нечего...
- Ага, ее, скорее всего, даже в упор не заметят...
- Точно, она с цветом стен в кабинете начальства сольется...
Я опустила голову, мысленно пообещав себе, что этой стервозной банде еще отомщу, и выключила компьютер. Затем не глядя на них и не реагируя на отвратительные смешки, забрала из шкафа зимнее пальто, шапку, переодела сапоги и, захватив сумку со стула, вышла из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь. А так хотелось ею хлопнуть с тем же грохотом, с каким эти заразы все время входили в кабинет, и я уверена, что они это специально делали. Выдохнула сквозь зубы, затем оделась, сгорбилась и понуро поплелась в сторону лифта.
До дому добралась без приключений, выжатая, как лимон, без сил и настроения. Надо отметить, что жила я в двух кварталах от работы, в съемной однокомнатной квартире в старом пятиэтажном доме, причем на последнем этаже. Пусть обои были обшарпанными, мебель почти разваливалась, зато цена оказалась для меня приемлемой, да и до работы недалеко - на метро опять же не надо тратиться. Так пешком и добиралась.
Заперлась на все три замка, скинула сапоги, прежде включив свет в прихожей, затем избавилась от пальто, повесив на вешалку, и прошла в ванную. Раздевшись донага, залезла в душ под упругие теплые струи воды, смывая с себя плохое настроение, грим и краску с волос. Причем краску приходилось смывать каждый вечер, так как если ее не смыть, то утром волосы сами становились прежними, но вот покрасить их уже не получилось бы. Странная ведьмовская сила требовала возврата к истинному облику в полночь, и могла отомстить, если данное требование не уважить, причем отомстить так, что на работу пришлось бы идти не в облике Тени, а Сирены.
Стоя в одном полотенце возле зеркала, почистила зубы и улыбнулась своему отражению. По ту сторону зеркальной глади на меня смотрела улыбающаяся молоденькая девушка, словно той было лет пятнадцать, а не двадцать. Ну конечно, круглое личико с аккуратным носиком, пухлые ярко-розовые губы, черные брови, словно крылья птицы, взмахнули над большими зелеными, как сочная трава в солнечный день, глазами, приподнятыми во внешних уголках вверх, с темно-зеленоватыми длинными ресницами.
Тряхнув черными длинными волосами, которые тут же рассыпались по спине ниже лопаток, сдула упавшие на лицо передние пряди зеленого цвета. Как мне в свое время призналась моя бабуля, зеленью в глазах да в черных волосах могли похвастать только ведьмы из одного древнего клана, который был уничтожен практически полностью. Причем охота велась на моих предков довольно серьезная, жестокая... И клятву с меня стребовала, чтоб не смела никому и никогда показывать истинный свой облик, так и приучила жить под личиной. Самое ужасное в этой ситуации было то, что я не смела посещать школьные вечеринки, дискотеки, и отмечать с подружками дни рождения, потому что в школе не училась, подружек не имела, а уж на свидания бегать и подавно ходить было запрещено.
Так, не раскисать! Скинула мокрое полотенце, надела домашний халатик, тапочки, и пошла на кухню. Окна были занавешены черной тканью, что создавало ощущение замкнутости пространства, но это меня скорее успокаивало, чем тревожило. Поставив чайник на плиту, вынула чашку из шкафа и растворимый кофе, полезла в холодильник. Сообразив себе нехитрый ужин из яичницы с сыром, выпила чашечку особого кофе с добавлением толики своей магии для улучшения вкуса, закусив вишневым круасаном. Когда собралась уже вставать из-за стола и мыть посуду, зазвонил мобильник. Та-а-ак! Кого это нелегкая дернула звонить мне во время ужина? А, может это Хуан недобитый звонит? Ну-ну...
Взяв в руки телефон, номер не узнала, но всё же ответила.