Страница 100 из 180
Прошло несколько мгновений, и Норвей вновь предстал перед нами в своем человеческом облике.
Подошёл к королю, отрицательно качнул головой. И отошёл в сторону.
- Алфей, - в голосе короля - напряжение, на лице - беспокойство. Нервничает, ведь если что, то будет скандал - у кронпринца помолвка на следующей неделе.
Драконья ипостась старшего из братьев потрясала своей гармоничностью. Он и так-то был привлекателен, аж до обильного слюноотделения, но в виде дракона...
А вдруг это он?
Но Алфей, возвратив себе человеческий вид и, с тщательно скрываемым облегчением, тоже отрицательно покачал головой. Интересно, а вот что они должны были почувствовать? Разве можно вот так, сразу за одну минуту с уверенностью сказать - это не она?
Взгляды всех присутствующих, меж тем, скрестились на Дэйме.
- Он еще не оборачивается, - в голосе короля прорезались встревоженно- извиняющиеся нотки. В глазах проглядывала нежность, странно смотревшаяся на лице этого довольно-таки сурового мужчины. - Так что, даже если это и он - то подтвердить, пока что, не получится. Конечно, как только один из вас обретет своего дракона, можно будет проверить еще раз.
Король замолчал и посмотрел на свиток, сжатый у него в руке. Послание папы-короля. Я с замиранием сердца ждала, что он скажет дальше.
- Алфей, Норвей, Деми, - посмотрел король на маявшихся рядом принцев, - свободны, можете возвращаться к своим делам.
Оба старших поклонились и в секунду испарились с территории двора, а Дэйм упрямо мотнул головой и остался. Король хмыкнул, на лице у него мелькнуло странное в данной ситуации выражение удовлетворения, но никак больше на акт неповиновения младшего сына Даронир не отреагировал.
- Леди Никиэнна, - прочистил он горло, - я не вижу возможности удовлетворить вашу просьбу. У меня просто нет достаточных оснований. Мы не смогли установить, истинная ли вы пара кому-нибудь из моих сыновей, поэтому у меня нет даже формального предлога взять вас под своё покровительство. Его Величество Ромир Пятый имеет все права распоряжаться судьбой дочери до её совершеннолетия, да и после него - он остается вашим отцом и повелителем.
Я... я не верила тому, что слышала. До этого самого момента, я почему-то была уверена - все будет хорошо. Мне нельзя возвращаться в Денгрию - это было даже не предположение, а четкое знание, пусть и интуитивное, но совершенно твердое и неколебимое. Я просто 'знала'. Это было опасно, может быть - смертельно. Причём угроза исходила даже не от матушки или папы-короля, нет, - интуиция вопила аварийной сиреной, что неприятности грозят мне во дворце, в ближайшем окружении отца. Наверное, настоящая принцесса что-то знала, и отголоски этого долетали до меня в такой вот странной форме.
Не знаю, действительно ли кто-то хотел моей гибели, может у меня полезли глюки на нервной почве, но я была уверена - если я окажусь в Денгрийском королевстве, во дворце папеньки, со мной произойдет что-то страшное. Хотя, может, то, что меня собирались отдать замуж без моего согласия и вызывают такую всеобъемлющую панику? Особенно, если знать, что тебя отдадут мужчине, любящем другую.
Тётя не выдержала, вступилась:
- Мой лорд, но...
Даронир не дал ей досказать; нахмурился и разве что не рыкнул:
- Храшш тебя побери, Вада, ты что - не понимаешь? У меня нет предлога, чтобы отказать. Ты же знаешь - мы ведем переговоры о восстановлении отношений с Советом Объединенных королевств, а ты хочешь, чтобы я укрывал беглую дочь одного из глав государств, с которыми мы пытаемся договориться?
Тётя, однако, не отступила:
- Мой король, но обучение...
- Вада, - чуть ли не рыкнул король.
Я даже глазки пошире открыла - это мне что, кажется? Или король и правда с тётушкой на короткой ноге?
Даронир же опять взглянул на Дэйма и тяжело вздохнул:
- Почему вы, леди Никиэнна, не желаете возвращаться к родителям?
Я не знала, что сказать и при этом не прозвучать вздорной глупой девчонкой. Похитили меня, да, и вот теперь я скрываюсь от отца, чтобы еще раз не похитили? Меня хотели спрятать в удаленной усадьбе, но мне это показалось подозрительным? Я пошла учиться в университет под чужим именем, прячась от родственников, которые мне ничего плохого не сделали? Да, как-то неубедительно... Я задумалась: ведь все началось с того, что матушка уговорила меня бежать. Она мне даже выбора не оставила. Но её опасения разделял дед, которому я, в отличие от матушки, доверяла. Однако, полной информации у меня все равно нет. Кто стоял за обеими попытками похищения? Почему леди Аминика вдруг помирилась с супругом? Почему меня хотят выдать замуж именно за Ольгера?
Короля можно понять - он же ничего не знает, ни про странное отношение ко мне отца, ни про браслеты, пьющие мою магию; он уверен, что несовершеннолетняя дурочка должна быть под крылом родни, если не Фиарлес, то родителей, и он, конечно же, готов удовлетворить просьбу собрата-монарха, тем более подкрепленную предложением прервать экономическую почти-что блокаду.