Страница 3 из 13
Собственно говоря, самые серьезные проблемы в ее жизни начались с еды. Бабушка обожала готовить. Эти старые морщинистые руки творили волшебство, создавая кулинарные шедевры. Изумительное печенье, таящее во рту, нежнейший заварной крем, хрустящие слоеные пышки. Стоило ей, тогда еще маленькой девочке с куцыми белесыми хвостиками, прийти из школы расстроенной, как перед ней тут же появлялся ягодный компот и что-нибудь особенное, выпеченное специально для любимой внучки. Снежану обласкивали и гладили по голове. А потом бабушки ушла. Мирно и незаметно, как будто кто-то выключил свет. Все, что сохранилось - это сладость на кончике языка, напоминающая о том чудесном времени.
Оставшись единственной хозяйкой на кухне, мать помешалась на здоровом питании, переведя ее на каши и супы, поэтому Снежана тайно покупала или воровала вкусности, пряча их в спальне. Когда предки затихали в своей комнате, она включала прикроватную лампу и читала сказки или рисовала, уплетая добытое днем. Грызть конфеты в постели, и прятать фантики между спинкой кровати и матрасом стало ее излюбленным занятием. Постепенно, вес нарастал, и к шестому классу она обладала не только самой высокой фигурой в школе, но и самой полной. Зная, что ее родители богаты, завистливые одноклассницы упорно издевались, пинали, выставляли идиоткой перед мальчишками. Ей только исполнилось тринадцать, казалось, похудей, и все фантазии осуществятся. Стройное тело превратилось для Снежаны не просто в мечту, она грезила о нем днем и ночью.
Способ нашелся. Не в состоянии отказаться от ночной еды, она незаметно вызывала у себя приступы рвоты, а затем, понимая, что дико хочет есть, атаковала холодильник. Максимально набив желудок, вновь отправлялась в ванную, чтобы провести время в обнимку со своим белым другом. Отвращение от кислого запаха и собственного влажного дрожащего тела с лихвой компенсировал тот факт, что съеденная пища не откладывалась подкожным жиром.
И вес начал уходить, при этом не просто уходить, а таять с каждым днем. Плохое самочувствие превратилось в верного спутника, не отпускающего ни на шаг. Снежану шатало, голова болела и кружилась, слабость накатывала так, что на занятиях она спала прямо на школьной парте. Через несколько месяцев, когда вес снизился, издевательства не только не прекратились, а даже усилились, и теперь вместо «коровы» и «жирной дылды» ее прозвали анарексичкой и кощеем. Нервы расшатались, каждое утро приходилось начинать с пары таблеток валерианы и, стиснув зубы, топать в ненавистную школу. Казалось, ничего не изменится, но, первым положительным моментом стала тотальная смена гардероба. Вот тогда Снежана впервые заметила горячие мужские взгляды и это послужило прекрасным стимулом продолжить заниматься своей фигурой в лучшем фитнес-центре города. Проклиная спорт, она через силу ходила на аэробику и в бассейн, чтобы затем награждать себя дорогой одеждой за сброшенные граммы.
Время шло, и вес продолжал падать. Мать, которая раньше хвасталась ее прогрессом перед всеми знакомыми, теперь забила тревогу. Отец устроил настоящий допрос и слежку. Она, конечно, пыталась выкручиваться, врать про диеты и правильное питание, но активное использование ароматизатора в ванной и характерные звуки выдали ее с головой. Снежана была папиной дочкой, любимым сокровищем, которое баловали и лелеяли, ради нее он взял отпуск и повез по врачам. Диагноз «нервная булимия» шокировал родителей. Мать плакала, отец ругался, а потом просил прощения, за то, что так мало времени проводит дома. С его фирмой, заказами и разъездами по стране мало «равнялось» двум-трем семейным встречам в месяц.
Остаток учебного года пришлось провести под контролем психолога: лысоватого дядьки, вызывающего уколы раздражения своими вопросами и комментариями. Зато советы он давал действительно дельные. Раз отец ему платит, почему бы не воспользоваться? По окончанию восьмого класса Моль отослали в летний лагерь, по мнению психолога, походы на природу и общение со сверстниками, должны были помочь ей выбраться из раковины, заставить взаимодействовать с внешним миром. А еще родители лелеяли надежду, что скромное лагерное питание по расписанию сдержит ее приступы ночного обжорства. Снежане не дали с собой ни копейки, боялись, что она сорвется.
Возможно, помогли советы психолога, а может, ей просто повезло с компанией, кто знает. Но только никто не пытался издеваться и оскорблять, наоборот, девочки по комнате сочувствовали и сопереживали, Химэ даже плакала, когда они вытащили полуживую Снежану из ванной после очередного, уже нежелательного, приступа рвоты. Кто-то промокнул ей губы и убрал влажные пряди с лица, кто-то подвинул подушку под спину. Такая доброта с их стороны заставила ее разрыдаться, открыться и поделиться своими проблемами. Злата сжала кулаки и в крепких выражениях расписала, как именно надо воспитывать жестоких одноклассниц, Химэ понимающе опустила глаза, а Лизка предложила кучу способов розыгрышей и издевательств. Раковина расширилась до размеров, вмещающих трех новых подруг, но другим людям в ее жизни по-прежнему не было места. Становится примерной куколкой или дружить с кем-то еще она не собиралась. Ей искренне стремились помочь: не давали воровать еду из столовой, отвлекали от желания перекусить, поддерживали в сложные моменты.
Незаметно для себя Моль стала их лидером. Хрупким, дерзким, изворотливым. На свою новую кличку она не обижалась, потому что получила ее не за внешность, а за любовь к ночным вылазкам и выискиванием жертв в лагере. С виду это маленькое и безобидное насекомое, но, попробуй, пусти его в свой шкаф с одеждой или в мешочки с крупами, кара будет жестока и беспощадна.