Страница 87 из 187
Бровь эльфа вопросительно поползла вверх, и, чтобы сэкономить себе время, я коротко сообщила:
– Суккуб.
На какую-то долю секунды в его глазах промелькнуло что-то странное, но тут же сменилось напускным равнодушием.
– Если ты пришла отвлекать меня на всякую чепуху...
– Прекрати, – перебила я, – не хочу слушать, как ты изображаешь непонимание. Тебе прекрасно известно, о чем я.
Несколько мучительно долгих секунд эльф сверлил меня взглядом, прежде чем заговорить:
– Foile bean'chy.
Ситуация начинала порядком раздражать.
– Я не чародейка. Я – медиум и я могу увидеть, как умер человек. Понимаешь меня?
– Нет.
– Так убитые люди и эльфы не твоя работа?
– Вот оно что. Ты пытаешься обвинить меня в чьем-то убийстве, основываясь на своих колдовских видениях? – Элеас хмыкнул. – Скажи, bea
a, разве я похож на Стенниса?
Я поджала губы. Спокойно, Гвен, спокойно...
– Пока что я ни в чем тебя не обвиняю, – я пошевелила ноющей от неудобного положения шеей, сделав вид, что раздраженно тряхнула волосами. – Мои видения – весьма косвенное доказательство, но в данном случае не единственное. Есть еще одно, вполне осязаемое.
– Зачем ты рассказываешь мне об этом? – эльф скрестил руки на груди.
– Хочу верить, что ты невиновен. И объяснишь, в чем дело.
– Я ничего не обязан тебе объяснять, bloede d'hoine! – зашипел скоя'таэль. – И я не Иорвет, чтобы терпеть твои безумства!
Сдерживать себя и дальше было уже невозможно. Вряд ли Элеас предполагал, сколь метко последняя фраза бухнется в чашу моего терпения и разобьет ее вдребезги, поднимая внутри меня какой-то ураган. Вызванный одним эльфом, но сейчас направленный на совершенно другого.
– Послушай меня, ты, хренов борец за свободу и равенство, – кричать шепотом у меня выходило на удивление хорошо. – Вчера у меня был крайне дерьмовый день. Ты наверняка слышал, я разрезала живую женщину, чтобы вытащить из нее ребенка. А сегодня еще более хреновое утро. Но я пришла помочь тебе, потому что с какого-то хера уверена, что ты невиновен. И что делаешь ты, умник? Делаешь вид, что ничего не знаешь и посылаешь меня? Просто поразительно, как ты до сих пор жив с такой-то феноменальной дальновидностью! И знаешь что? Делай как хочешь, это твой выбор, а я ухожу. Только вот вместо меня сюда придет Геральт. Ну ты его знаешь, убийца чудовищ. Но он придет сюда, к тебе, а не к твоей суккубше, потому что доказательство с минуты на минуту будет у него, – разумеется, здесь я порядком покривила душой, но уж если начала быть сукой, будь ею до победного конца. – Если бы ты все объяснил, то я бы поговорила с ним, но ты не намерен помогать себе. И как ты думаешь, что сделают твои братья по оружию, когда узнают, что это ты из ревности зарубил кого-то из их друзей? Заступятся за тебя? Будут твердить, что ты невиновен? О нет, совсем нет, да ты и сам это понимаешь. Но ты сделал свой выбор, я предложила помощь, пока еще не слишком поздно, и ты отказался от нее. Удачи тебе, а я больше не намерена тратить на тебя ни секунды моего времени.
Я резко развернулась на каблуках и зашагала прочь. Быть стервой мне не понравилось, но главное результат. Два, один...
– D'yeabl. Mordice, подожди!
***
– Ну чего вам, бабам, еще надо-то? Я ж ее ну... люблю! А ты чего ревешь?
– Тебя жалко, – я громко хлюпнула носом, – и себя жалко. Вот почему жизнь такая жестокая? И почему он меня бросил?
– Потому что ты поганая d'hoine, – Элеас ободряюще похлопал меня по плечу.
Я согласно кивнула и, отобрав у эльфа бутыль, сделала солидный глоток. Секунду подержала вино во рту, с трудом проглотила и закашлялась.
– Вот d'hoine, – снисходительно вздохнул скоя'таэль, – ты вообще пила когда-нибудь?
– Года три назад напилась, – хрипло отозвалась я, чувствуя, как алкоголь теплом разливается внутри. – Проснулась потом с татуировкой и навеки отбившим желание повторить опыт похмельем. Так что у тебя с теми мужиками?
Я замолкла, заметив растерянный взгляд эльфа, и, сообразив, что к чему, уточнила:
– С мертвыми.
– А-а... – Элеас задумчиво заглянул в почти пустую бутылку. – А я не помню.
Я с большим трудом удержалась на стуле, где уже приняла позу внимательной слушательницы.
– Это как так?
Прежде чем заговорить, эльф осмотрелся по сторонам, видимо проверяя, не привлекаем ли мы слишком много внимания прочих посетителей таверны.
– Не знаю, как лучше объяснить... Просто просыпаюсь, а на сапогах свежая грязь, даже если я и не ходил никуда, а на мече кровь. Тут не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы сопоставить это с телами, которые порой и находят как раз после таких... провалов.
Я растерянно уставилась на сколотый угол столешницы. К такому повороту событий жизнь меня не готовила. Рывком я выхватила бутыль у уже твердо вознамерившегося вновь приложиться к ней эльфа и залпом влила в себя все, что еще булькало на дне. Лицо непроизвольно сморщилось, но в этот раз обошлось без приступа кашля.
– Выходит, она тебя использовала? – скорее констатировала я, когда вино заскользило вниз по пищеводу.
– Выходит, так, – Элеас тоскливо встряхнул бутылку, по-видимому в надежде, что там еще что-то осталось.
Я кивнула, закусила палец и крепко задумалась. Через почти минуту усиленной мозговой деятельности я все же громко озвучила свое решение: