Страница 6 из 49
— Пахнет как! А ты чего не ешь?
— Я уже поужинала, — соврала Настя, но он не купился:
— Давай быстро, не майся дурью!
— Ешь, я для тебя приготовила.
Вова покачал головой, встал, сам нашел вторую тарелку, вилку и нож и положил ей отбивную:
— Вперёд и с песнями! Раз уж пьём — надо закусывать.
Она наполнила рюмки, и Вова усмехнулся:
— Ну, давай за знакомство!
— Давай, — согласилась Настя, одним махом опрокидывая содержимое своей рюмки в рот.
Вова покачал головой, отрезая кусок отбивной:
— Ты пьяная — буйная?
— Нет, я весёлая, — ответила она, отправляя ложку салата вслед за водкой и закусывая отбивной.
— Ну и слава богу, — кивнул он, — а я обычно хорошо сплю.
Настя разочарованно вздохнула. Намёк понят. Он её не хочет. Зря косметику только тратила. Ну и фиг с ним, не очень-то и хотелось! Она налила вторую порцию водки и, не чокаясь с Вовой, выпила. Он пристально посмотрел на неё, доедая последний кусок отбивной, но опять ничего не сказал. Настя хотела было устыдиться, но передумала, задрала подбородок, с вызовом глядя на Вову. Пьёт, как хочет, когда хочет и сколько хочет! И даже без разрешения!
Вова встал, поставил тарелку в раковину и вышел в коридор. Настя вяло отправила кусок мяса в рот и нахмурилась. Господи, чего ж она так разошлась-то? Вова-то в чём виноват? В её жизни уж точно нет. А она уже обвинила его во всех грехах. Разве все люди подлые гады, как тот, что вытащил у неё из кармана кошелёк с деньгами в самом начале месяца? Нет, не все. Есть и хорошие, добрые, бескорыстные… Может, Вова как раз из таких?
Он вернулся на кухню с пластиковым пакетом, достал из него новый сифон, какие-то резинки, железки, и без слов полез раскручивать все крановое хозяйство.
Настя откинулась к стенке, разглядывая то, что ей было доступно — широкую спину, мускулистые ноги, обтянутые джинсами, — и с удивлением ощутила непреодолимое желание снова оказаться рядом с ним, снова вдохнуть запах его одеколона, мужской запах, который она совсем забыла…
Господи, совсем девка без мужика одичала! Настя обняла плечи руками, пытаясь успокоить взбунтовавшиеся гормоны, но в этой битве она была одна, Вова ей помогать не собирался. Наоборот, позвал из-под раковины:
— Насть, подай ключ на семнадцать.
Настя встала, чувствуя, как приятно кружится голова, и присела на корточки перед разложенными инструментами:
— Знала бы я, который из них на семнадцать… И который из них вообще ключ!
— Ну такой, вилкой с двумя клыками, — терпеливо пояснил Вова. — Там цифры на них стоят.
Настя хихикнула над «клыками» и выбрала один из ключей наугад. Оказалось — промахнулась. Вова высунулся из под раковины, возвращая ей ключ:
— Ну это ж на двенадцать…
Настя пожала плечами, неотрывно глядя на его большие руки, представляя, как они сжимают её грудь, лаская, как гладят её спину, скользят по всему телу… Вова неожиданно спросил:
— Что?
Настя очнулась и покрутила головой:
— Ничего. Не разбираюсь я в этих железках вообще!
— Это я уже понял, — проворчал Вова, находя нужный ключ с первого взгляда. — Помощник из тебя…
Он ловко и быстро поменял сифон, позакручивал всё, что требовало закрутки, и вылез из-под раковины, принимаясь за кран.
Настя прошлась по кухне, поёжилась под открытой форточкой, плотнее запахнулась в халат и решительно налила себе ещё одну рюмку. Страшно хотелось курить, и она почти украдкой вытащила сигарету из Вовиной пачки. Водка и сигарета в паре окончательно добили её отвыкшие от алкоголя тело и голову — Настины глаза перестали успевать за движениями, всё так красиво и медленно плыло перед ней, что она краем мозга поняла, что напилась.
Вова разогнулся над раковиной, пустил воду, проверил, не течёт ли сифон, закрыл кран и удовлетворённо кивнул сам себе. Повернулся к Насте:
— Ну все, кран готов!
Она улыбнулась и оторвалась от подоконника, хотела подойти к нему, чтобы поцеловать (из чистой благодарности, разумеется), но одурманенное алкоголем тело было иного мнения. Вова вовремя подхватил Настю, придержав за талию, и с насмешливой улыбкой сказал:
— Ты, я вижу, тоже уже готова!
Настя помотала головой:
— Просто расслабилась.
— Ну, это сразу заметно.
Его тёплые руки легко ласкали её спину, ненавязчиво, словно пробуя на ощупь податливое тело. Помолчав, Вова спросил:
— Может, тебе ещё что починить? Пока я в ударе…