Страж. Первое дело

Ох, ты ж! Это значит, что этот загадочный господин Бини, точно замешан во всем этом! По самые свои загадочные уши замешан. Я больше, чем уверена, что именно он нарисовал пентаграмму на полу в своем номере, а потом просто ушел, не желая становиться соучастником, или просто не хотел чтобы его каким-либо образом связали с этим преступлением… А они… они даже не попытались разобраться в том, что произошло!

- Я к тебе обращаюсь, Лиза, - повторил Антон, теряя терпение. Ему, видно, очень не понравилось, что я перестала обращать внимание на его персону и снова погрузилась в свои мысли.

- А то что? – я смело посмотрела прямо ему в глаза. Наверное, это все та небольшая победа, которую я одержала над Ройсом, так на меня повлияла. Или предвкушение от того, что мне наконец-то удалось найти что-то занимательное и увлекательное в повседневной рутине, но я не стушевалась перед напором стража, наоборот, была готова отстаивать свои интересы. А еще, я была уверена в свое правоте, на все сто процентов уверена.

И Антон, судя по всему, все это прекрасно понял, потому что весь его облик вмиг изменился. На смену злости и какой-то холодной ярости, вдруг пришла расслабленность, напряженное выражение его лица вдруг сменилась лукавой улыбочкой и страж, немного лениво, поставил ладони на столешницу и слегка наклонился надо мной. Теперь он уже не смотрел зло и насторожено, он снова стал тем самым Антоном Заром, который на первое время заигрывал со мной и с завидной постоянностью приглашал на свидания.

- Зачем тебе это, детка? – в его голосе звучали тягучие и завораживающие нотки, губы растягивались в соблазняющей улыбке, и я поймала себя на мысли, что улыбаюсь ему в ответ. Да что ж такое-то?!

Я тряхнула головой, отгоняя наваждение и, не отводя взгляда от его лица, произнесла:

- А что? Боишься, что я найду в этом деле то, что ты упустил? – я улыбалась, но теперь моя улыбка была предупреждающей. – Ведь, если судить по тому, что я уже увидела, ты совсем ничего не расследовал. Со свидетелями разговаривал? С семьей и друзьями жертвы? Из тех отчетов и протоколов беседы, которые приложены к делу, явно видно, что ты и половины вопросов не задал, которые должен был! И даже я это вижу, детка! – последнее предложение постаралась произнести с той же интонацией, что и он, недавно. И, видимо, преуспела, потому что, Антон скривился, но не отошел, а наоборот, наклонился еще ниже, закрывая своим телом меня от всех остальных стражей, и почти прошипел:

- Не нарывайся. Ты пока еще не страж, а только стажер. Ничего у тебя не получится.

Я улыбнулась, надеюсь, что получилось многообещающе и, приблизившись к нему почти вплотную, прошептала:

- А это мы еще посмотрим. И, не забывай, о моем «особом» положении, - последнюю фразу произнесла импульсивно, вовсе не собираясь говорить об этом, но, видимо, попала в точку, потому что Антон дернулся, мерзкая усмешка слетела с его лица. Он резко выпрямился и посмотрел на меня… вот я не поняла, это что… страх?

Не говоря больше ни слова, Зар просто круто развернулся и вышел из зала управления. А я, наконец, смогла оглядеться: никто, кажется,  не обращал на нас внимания. Все были заняты своими делами, и только странный, немного напряженный, взгляд Вацлава, дал мне понять, что наша перебранка с Антоном не осталась незамеченной.

И вот интересно, а когда Браславски успел вернуться? Я так увлеклась документами, что совершенно этого не заметила. Я оглядела управление еще раз: Винса видно не было, значит, Браславски вернулся один. Или они и не были вместе?

А, ну их, с их тайнами и странным поведением, мне уже надоело ломать голову над тем, почему в этом участке все не от мира сего, у меня есть дела поважнее. И я снова углубилась в изучение материалов расследования загадочного убийства Линды Маруанти.