Страница 62 из 105
***
Я кралась по тёмному коридору затаив дыхание. Боясь издать лишний шум, ступала осторожно и после каждого шага на несколько мгновений замирала на месте, прислушиваясь. На самом деле я чувствовала себя, как воровка. Хотя цели преследовала полностью противоположные. И только на чистом энтузиазме я продержалась первые несколько шагов, затем уже во мне полностью закрепилась уверенность в правоте своих действий.
Ещё после того, как Теодриг ушёл, у меня зародилась идея пробраться в комнату к Морано. Зачем мне это сдалось и что я буду делать, когда доберусь до своей цели – я не знала. Но очень сильно хотела увидеть тёмного. Мне нужно было удостовериться, что Теодриг не соврал, и Морано действительно жив. Я хотела сказать ему «спасибо». На самом деле, хотела. И сама же этому удивлялась. За что, спрашивается, я должна его благодарить, но совесть тут же напоминала за что: он рисковал собой, спасая меня; он не выгнал на улицу и даже пытался научить управлять своей силой. И даже ни разу не унизил. Ну, кроме того случая в его кабинете… От воспоминаний, почувствовала, как щёки обдало жаром. Нет, нужно выкинуть этот неприятный инцидент из головы.
«А такой уж он и неприятный?» - «мило» напомнил внутренний голос.
Приказала ему заткнуться и наконец остановилась напротив заветной двери. Подсвечник в руке дрогнул, выдавая нервное напряжение, охватившее меня. Хорошо ещё, что гостевая спальня находилась не так далеко от личных покоев Морано – на одном этаже, - а то не знаю, как бы поднималась бесшумно по лестнице и пробиралась практически через весь дом, если бы меня опять отправили в комнатку прислуги. И вот тоже вопрос: почему меня определили именно в гостевые комнаты? Я что, теперь тут на правах гостьи?
Внезапно с первого этажа послышались шаги. Дыхание перехватило, а страх быть пойманной сковал грудь. Пришлось действовать незамедлительно. Погасила свечу и юркнула за дверь, перед которой стояла. Благо, что она была не закрыта.
Прижалась лбом к шероховатой деревянной поверхности и, прикрыв глаза, стала прислушиваться. Шаги раздались сперва на лестнице, затем по коридору. И они приближались. С каждом шагом неизвестного ночного ходока, сердце падало всё ниже и ниже. А шаги и вовсе замерли возле двери! И теперь я предельной ясностью осознала, что мне конец. Если сейчас сюда кто-нибудь зайдет, то я даже спрятаться не успею. И почему, спрашивается, продолжаю стоять, как истукан, слушая стук собственного сердца? Наверное, потому что боюсь обернуться и увидеть то, что ждёт меня в этой комнате. Боюсь даже больше того, кто сейчас находится в коридоре прямо за этой дверью. Но вот шаги послышались вновь. И теперь они удалялись. Через пару секунд хлопнула где-то недалеко дверь.
Я с шумом выпустила воздух из легких. Облегчение накатило лавиной, заставляя сильнее опираться на дверь. Теперь осталось только побороть волнение и повернуться.
Досчитала до пяти и всё же отлепилась от двери, оборачиваясь.
В комнате царил такой же полумрак, как и в гостевых покоях, где очнулась я. Лишь пару свечей догорали на каминной полке. От них было слишком мало света, чтобы рассмотреть покои лорда повнимательнее, но мне это было не нужно. Главное, что сейчас я хотела увидеть… кого хотела увидеть – был Морано. И я увидела его.
Он лежал на широкой кровати, укрытый одеялом по пояс, и был невероятно бледен. Даже казалось, будто в темноте белизна его кожи слабо светилась. Это пугало. И сердце щемило.
Сделала два неуверенных шага вперед и замерла на месте, переставая дышать. Только сейчас заметила, как бледная кожа резко контрастирует с черными волосами мужчины и темной полурастёгнутой рубашкой. Взгляд сам собой задержался на рвано вздымающейся груди Морано, затем поднялся выше – на шею и лицо. Хотя тёмный и спал, его лицо не было расслабленным. Наоборот, оно словно заострилось и стало более угловатым. Казалось, что именно сейчас – в этот момент – мужчина о чём-то задумался или ему просто-напросто больно. Надеюсь, что всё же это не второе.
Вздохнула, с шумом выгоняя воздух из лёгких, и тут же зажала рот ладонью, испугавшись быть замеченной. Но Морано никак не отреагировал. Вспомнились слова Теодрига о том, что лорд в забытье, а значит услышать меня не может. Тогда я выдохнула уже с облегчением. Отставила ненужную уже мне свечу на полку к остальным и только потом осмелилась подойти ближе к тёмному.
Сейчас он был слишком слаб. Слишком беззащитен. И всё это из-за меня. Попалась же я ему на пути. Он и не рад этому. А я… Я уже не знаю. Рада ли я, что мне повстречался на пути сам Посланник Тьмы, который приютил меня и выручил в трудной ситуации, но продолжал относиться ко мне пренебрежительно? Честно, не знаю. Сейчас мне просто хочется сказать ему…
- Спасибо… - тихий шепот в надежде, что не услышит. Возможно, когда-нибудь я наберусь смелости сказать ему это прямо в лицо, если конечно на нём не будет того отстранённо-пренебрежительного выражения – но сейчас меня хватило только на это и на ещё более тихое и виноватое: - Простите.
Как же я хочу помочь ему, вот только не знаю как. Да и что я могу сделать? Я же антимаг! Мне только магию разрушать да забирать, а исцеление в «программу минимум» никак не вписывается. Какая от меня вообще польза?
Выдохнула и развернулась, чтобы уйти. А что мне ещё оставалось делать? Сидеть тут и ждать, когда тёмный очнётся? Думаю, он будет не в восторге от того, что я нахожусь в его спальне. Да ещё и неизвестно, как отреагирует после всего случившегося. Вдруг сам решит прибить меня, чтоб я не мучилась, да других не мучила? Может, лучше вообще не попадаться ему на глаза?