Афферентация

– Видите, это несложно, – осклабился Арсен. – Сюда, по ходу, набежали молодые твари, а они безмозглы, как котята, – заявил он, спрыгивая с брони «Фрактала», которая служила ему огневой позицией. – Ещё нужны поучительные примеры?

Вопрос был наверняка адресован Тегипко, но его опередила Ольга:

– Нужны. Перебьёте всех, кто будет сползаться сюда, – неожиданно посоветовала она обычной своей интонацией, которая состояла равно как из вопроса, так и из настойчивого совета. – Не буду мешаться у вас под ногами. Женя, Антон, за мной! Стас, дождёшься, пока меня ксеносы сожрут, или будешь меня сопровождать?

Охотники и Тегипко переглянулись.

– Эта та дамочка, которая блажила, чтобы ей притащили живого эпсилонца? – спросил, наконец, Арсен. – И почему её планы так резко поменялись?

– Женщины... – пожал плечами ксеносоциолог, чувствовавший себя более уютно в своей профессиональной области, чем в просто социологии безо всяких мудрёных префиксов.

– Аэлв ей что-то подсказал. Она утверждает, что теперь ей понятно, где приблизительно искать оглушённую, но ещё живую тварь, – нехотя прояснил ситуацию подполковник.

– Наверняка она добилась от него этого признания тем же способом, что и ключей от склада с оружием Поста у контурщика, – добавил майор, сделав некий недвусмысленный жест.

 

Подполковник, понервничав немного из-за саркастического замечания Паршина, наконец, отчалил, прихватив с собой двоих из группы Борислава.

Не прошло и десяти минут, как майор со смесью опасения, азарта и омерзения наблюдал за тревожно человекоподобной тварью, с ног до головы измазанной в крови, на четвереньках ловящей точку лазерного прицела.

– Гляди, – с привычным энтузиазмом театральным шёпотом провозгласил ксеносоциолог, – сейчас он даже не заметит, как останется без пальцев.

Предсказание Борислава вполне сбылось. Эпсилонец разглядывал хлещущую из отстреленных пальцев кровь, пока его окончательно не упокоили несколько (для верности) выстрелов в голову. Майор досмотрел до конца на изумление долгие дёрганья агонизирующего тела и вдруг заявил Бориславу:

– Ну-ка, дай мне попробовать половить.

Ксеносоциолог охотно отдал майору свою винтовку.

– Держи. Это просто курорт какой-то, а не вылазка.

– Ага, – подтвердил Паршин, с азартом кивнув и наводя прицел между теми домами, где ему почудилось движение.

– Так-так-так, – пробормотал ему под руку Борислав. – Теперь аккуратно выводи на свет. Кружи, меняй темп движения – ага, постарайся добиться непредсказуемости. Увлеки его – это не сложно, когда они нажратые.

Паршин был чересчур флегматичен по своему характеру, чтобы обеспокоиться, чем, по мнению ксеносоциолога, так насытились эпсилонцы, что у них последние мозги отказали. А Борислав, несмотря на свой беззаботный тон, тщательно скрывал точившее его беспокойство.

Было понятно, что уцелевшие Наставники кружат где-то поблизости, не решаясь показываться в открытую. Шум двигателя «Фешки» доносил до их обдолбанного чувства самосохранения что-то такое, что заставляло тварей держаться на отдалении. Удивительно было другое. Столкнувшись с подоспевшими силами человеческой метрополии, нелюди почему-то изменили своему обыкновению бесследно исчезать аки морок под лучами рассветного солнца.

– Эй, чё-то он не падает на четвереньки, – тихо заметил Паршин. – Чёрт, это баба что ли?

Ксеносоциолог прищурился. Застывший на приличном расстоянии Наставник, пожалуй, действительно был изящнее и ниже тех тварей, что им довелось видеть до этого. Эпсилонка склонила голову набок, заглядевшись на мельтешившую на земле перед ней точку прицела, и сделала несколько небольших шажков вперёд.

– Точно, баба, – удостоверился майор. – Я её веду. Сейчас или ещё рано?