Страница 8 из 142
(…образ шевелящейся темноты становится ярче…)
Кстати, дедушка и бабушка подарили мне амулет древнего бога леса. Не помню, как он зовут… чччёрт, я совсем окоченею… Дедушка любит охотиться в лесу на склоне…
(…я опять проваливаюсь в темноту на смазанное пятно времени…)
Воооот. Кстати, я благодарил тебя за спасение? А бабушка у меня готовит вкусные творожники и фруктовое парфе… и… я учусь в школе, в которую ехать приходится очень долго. Дедушка отвозит меня на… теперь приходится просыпаться раньше…
Я не могу…
(…по вискам из уголков закрытых глаз текут слёзы…)
Я не могу терпеть. Пить. Есть… Холодно. Круг… спаси меня ещё раз. Пожалуйста. Я тебя никогда не брошу…
(…силы на разговор оставляют меня, я разрешаю тьме окутать сознание…)
***
Я открываю глаза.
Я жив.
В душе я даже жалею об этом, потому что мне паршивее, чем было ночью. Солнце осторожно выглянуло из-за горизонта позади меня.
Стало теплее, но зубы всё равно дрожат. Я вяло приоткрываю глаза и, шевеля только зрачками, оглядываю горизонт.
Вода.
Вода.
Вода.
Вода.
Я ухмыляюсь и прикрываю веки, но потом снова открываю их. Приподнимаю ногу и смотрю на ступню. Мышцу сводит, и ступня конвульсивно сжимается. Кожа сморщена и будто разбухшая.
Безвольно отпускаю ногу и пытаюсь думать о спасении. Но мысли умерли. Пока только мысли. А скоро и я…
Не тяни с этим, Никита. Ты проиграл этот бой. Стоит сложить руки, скользнуть в дырку круга и уйти на дно. И все муки закончатся. Ты хотя бы умрёшь смертью, которая стоит на втором месте, а не на первом.
Я долго собираюсь с мыслями. Решение ускользает, как рыба, которую пытаешься схватить за хвост. Рыба. Может, мне порыбачить? Я снова усмехаюсь. На что я буду ловить рыбу? На палец?
…сложить руки…
Сейчас я не могу даже грести. Сил не хватает. Сон одолевает… или это приближение смерти?
…сложить ноги…
Солнце уже проползло по горизонту небольшой отрезок, когда перед мысленным взором вспыхнуло единственное слово: прощай.
Целый час в голове играет печальная мелодия. Со свистом. Кажется, песня называется Ветер Перемен, и исполняет её группа… зарубежная… Scorpions, да.
Мелодия всё звучит и звучит. Я не хочу плакать, а стоило бы. Ну, к чёрту. Медленно поднимаю руки и ноги, скукоживая себя в тонкую струнку, чтобы проскочить в отверстие в бездонное море. В галлоны воды. Дырка надувного круга – окошко в смерть.
тррррр… трррррр… - скрипит резина, когда моя кожа скользит по ней.
- IfollowtheMoscow, - напеваю я слабым голосом по памяти.
тррррр… тррррррр… - подыгрывает мне резина.
Я слабенько улыбаюсь.
- DowntoGorkyPark…
Нос упирается в колени.
тррррррр… тррр…
Вода плещется у губ…
***
Я хочу есть!
Я так хочу есть, что готов начать есть себя!
Прихожу в себя в скрюченной позе, наполовину засосанный в дыру круга. Паника бьётся в сердце, и я барахтаюсь, стараясь снова взобраться на своего спасителя. Теперь умирать не хочется, но… чёрт. Я попал в зыбучий песок.
Руки сомкнуты над головой, ноги – тоже. Их не выгнешь, ни за что не зацепишься. А любое движение лишь засасывает меня в пучину моря. Небось уже скалит зубы внизу, видя мой тыл.
Я хныкаю и трясусь, но уже не от холода, а от страха, паники. Я выбираюсь на круг, наверное, минут тридцать. Сантиметр за сантиметром. Выход к спасению обнаружился, когда я раскинул в стороны руки и ноги, чтобы стать толще и не проскользнуть в отверстие. Резина круга впилась в обожженную кожу острыми клыками, и я застонал.
Хотелось умереть.
И не хотелось умирать.
- Спаси меня, дружище, ещё раз, - шептал я Кругу. – Спаси, братишка…
Когда удалось-таки выбраться, оказалось, что солнце в зените и печёт как духовка. На горизонте лишь вода, а чего ты ещё ожидал? Оле-Лукойе припас для тебя эксклюзивный третий зонтик.