Страница 6 из 74
- Сопоставь факты, - предложил колдун. – Тебя запихнули в тело человека, умершего, с вашей точки зрения, естественной смертью. Ты замурована внутри трупа.
- Что?! Нет!!!
- Будем реалистами. Здесь всё чётко написано. Причём человек – тот, чьим трупом ты ныне пользуешься, – погиб отнюдь не от руки демона. Таков закон. Она умерла по каким-то другим причинам. После чего её тело изъяли и применили, как камеру одиночного заключения. Для тебя. А учитывая, как ты говоришь, наличие верёвки на шее… - Фламмель приблизился ко мне вплотную и вперился глазами в моё горло. Провёл пальцем по коже: ободранный веревкой участок до сих пор саднил. – Типичная странгуляционная борозда… Эта несчастная либо повесилась… Либо ей помогли повеситься, но отнюдь не твои сородичи, а её же собственные. В смысле, люди.
- Но я… - от волнения меня трясло. – Я не могу быть трупом! Они же ничего не чувствуют! А я… я ем вот, и мне вкусно, и тепло… А сначала ноги болели… и шея… И дышу… Да, я же дышу!
Фламмель состроил озадаченную гримасу. А затем решительно приказал:
- Раздевайся.
- Это ещё зачем? – насторожилась я.
- А вот проверим сейчас, что ты чувствуешь, а чего – не чувствуешь.
Вглядевшись в моё лицо, он смилостивился и пояснил:
- Нужно тебя осмотреть. На предмет возможных повреждений. Вдруг у тебя уже трупные пятна по всей спине.
…Надо отдать ему должное: Фламмель действовал быстро и чётко. Он пробежал пальцами по костям, проверяя их целостность; несколько раз надавил на какие-то болевые точки; тщательно прощупал живот; заглянул в глаза, оттягивая веки; осмотрел зубы и глотку; прощупал пульс на обеих руках и на ногах в районе лодыжек; выслушал звуки, раздающиеся в грудной клетке, через забавную деревянную трубочку, похожую на дудку; несколько раз треснул по конечностям в разных местах согнутыми пальцами правой руки, от чего конечности слегка подёргались. И разрешил одеваться. Я завернулась в простыню, на которой лежала. Мне совершенно не хотелось возвращаться в тряпки покойницы.
Его слов я ждала, наверно, с таким же трепетом, с каким тяжело больной человек ожидает вердикта от медицинского светила, согласившегося его проконсультировать.
- Ну, что я могу сказать, - колдун заложил руки за спину. Пожевал губами. Прошёлся по комнате. – Признаков смерти я не нахожу. Пациент скорее жив, чем мёртв.
Я выдохнула с облегчением.
- В области крестца имеется здоровенный синяк, - продолжил Николя. – Но ничего общего с трупными пятнами он не имеет. Обычный нормальный здоровый синяк. Ну, и на шее – сама понимаешь, что. В остальном, всё в порядке. Сердце бьётся. Пульс и дыхание, как говорится, в норме.
Я, конечно, обрадовалась, что я ещё пока живая. Но…
- Но как же тогда «установленный законом порядок»?
- А вот с этим интересно, да… В теле нет человеческой души, Натанаэль. Оно думает и разговаривает исключительно за счёт твоего в нём присутствия. У тебя есть версии, как такое возможно?
Может быть, фраза о том, что тело всё ещё думает, причём именно за счёт моего присутствия, подхлестнула мой интеллект. Разрозненные факты, щедро сыпавшиеся на меня сегодня с самой ночи, наконец-то заняли по отношению друг к другу подобающее положение. И версия появилась.
- Тело изъяли согласно закону, - произнесла я каким-то деревянным голосом. – Она была мертва, когда это произошло. И наши не убивали её, как и предусматривает закон. Она повесилась. Сама. Верёвка оборвалась под тяжестью тела. Ты ведь заметил: у неё один конец ровно обрезан, а второй торчит волокнами разной длины? - (Фламмель утвердительно кивнул). - Тело упало и ударилось задом обо что-то твёрдое – корень, камень, пень, неважно… Оно было мертво, но очень недолго. Не больше пяти-семи минут. В этих пределах ещё не происходит необратимых изменений, и органы можно запустить по новой – все, даже мозг. Подозреваю, что смерть наступила даже не от самого удушения, а из-за остановки сердца, и была быстрой. Это обеспечило бы наилучшую сохранность всех органов и систем. Наши запустили тело и всунули туда меня. Вот и всё. Очень просто.
- А душа? Где же тогда её душа?
- Душа отправилась в Воздушку, как и положено. В том же, установленном законом, порядке. Женщине положено было умереть, и она умерла. Только тело получило некоторую отсрочку.
- Повесилась, - пробормотал Фламмель. – Самоубийцы… Ваши любимые клиенты. Они отвергли жизнь, а после смерти их отвергают собственные соплеменники. Их даже на кладбище не хоронят… А ты уверена, что это она сама себя так? Может, ваши ей всё же помогли?
- Может, и помогли. Но только морально – принять такое судьбоносное решение.
- И куда её теперь? В Геенну?