Страница 229 из 231
Вот как сейчас помню, МакГи светится и брызжет энтузиазмом, мы, на всякий случай, держимся чуть в стороне, чтоб нас этим самым энтузиазмом не зацепило…. И всё было бы ну просто замечательно, отделались бы мы лёгким испугом и морем самых неоднозначных впечатлений, но…
Но как назло сделка с господином Дигро явно подпортила нам карму. Других объяснений, с какого перепугу посреди вотчины любителей цветоводства возник вполне себе животного вида гибрид, у нас не было. Зато было, что сказать по этому поводу, когда химера, с телом быка и головой кабана, оскалила полную клыков пасть и попыталась нами отобедать. Конечно, мы не оценили. А уж когда на спине этого чудного кабанчика-быка появилась довольная рожа химеролога из команды соперника…
Вы когда-нибудь видели злой боевой тандем из робкого герболога и раздолбая химеролога? Нет? Мы тоже. Но именно дуэт из МакГи и Ириса вынес противника с поля боя чуть ли не по частям. Без помощи и дополнительного допинга, хотя Ирис, получивший после поцелуй в щёку от своего обожаемого некроманта сиял как начищенный пятак весь оставшийся день.
И вызов на ковёр к ректору ни капли не испортил его настроение. Вот что значит правильная мотивация и самая малость любви!
Я снова фыркнула, вспоминая о том, как этот самый раздолбай вился вокруг своей Орфелии и строил ей глазки. В общем, вёл себя как кот в марте и даже не пытался это отрицать, шипя и рыча на всяких там гипотетических соперников. Орфелия же…
Что ж, четвёртый день Имперских Магических Игр отводился на конкурс «Кто круче?» и участвовать в нём могли алхимики, зельевары, ядоделы и… Некроманты. Как последних занесло в нашу лабораторию, я, если честно, так и не поняла. Но пока мы сосредоточено сопели над котлами и ингредиентами, зорко бдя за действиями соперников и конкурентов, любители неупокоенных духов, призраков и проклятий упражнялись в свободной части помещения. И мы даже не мешали друг другу, пока какой-то очень уж оригинальный участник состязания не решил, что простой ритуал экзорцизма это скучно, а качественно сварить зелье – раз плюнуть и растереть. После чего начал творить форменное безобразие и…
Призвал-таки дух одного из самых нетерпимых алхимиков прошлого столетия. Этот учёный экземпляр и при жизни был тем ещё «подарочком», а уж после смерти и вынужденного посмертия в виде духа и вовсе стал невыносим. За каких-то полчаса он вскрыл защиту пентаграммы, выел мозг чайной ложечкой некромантам и довёл до нервного заикания присутствовавших в лаборатории судий. А после и вовсе, устроил чёрт знает что, принявшись кидать в котлы несчастных адептов всё, что под руку подвернётся. Ещё и комментировать изволил!
«Коготь ящерицы-тапана? Смело-смело… Не знал, что вы желаете так изощрённо самоубиться!»
«Баба за котлом – к беде, это я ещё при жизни понял!»
«Милочка, у вас тут это… Тушь размазалась. И пара капель без труда превратили ваше оценочное зелье в помои. Вы рады? Я очень»
И всё бы ничего, и не такие комментарии мы, алхимики, слышали порою. Но когда он внезапно принялся расхваливать отвратительно сваренное зелье какого-то лощёного идиота…
Вот тут-то крышечка на котле моего терпения и лопнула. Мы ж, алхимики, народ не гордый. А ещё – вредный, злопамятный и быстро ориентирующийся в опасной ситуации. Особенно, если на помощь пришёл знакомый некромант, которому сей цирк тоже порядком поднадоел. А то, что попутно больничное крыло снова (в который уже раз!) пополнилось новыми пациентами…
Ну, собственно, кто ж виноват, что они правила поведения в алхимической лаборатории не читали. Между прочим, это труд не одного поколения доблестных выпускников нашего факультета и написан слезами, потом и кровью нескольких сотен алхимиков и зельеваров. Причём, порою, в буквальном смысле. Несчастные случаи они такие несчастные.
Подозрительный шум, раздавшийся из кучи прямо по курсу, отвлёк меня от воспоминаний и заставил насторожиться. Обменявшись быстрыми взглядами с хмурым боевиком, я жестами призвала друзей сохранять тишину и спокойствие. И искренне удивилась, когда прямо из этой самой кучи по полигону разнёсся хоровой, полный боли и страданий стон. Это же…