Страница 19 из 23
***
Так по-дурацки прошедшее свидание втроем все же утомило Лизу. На обратном пути девушка не выдержала и задремала под негромкую музыку. И едва не подскочила, когда почувствовала прикосновение к щеке чего-то прохладного.
– Прости! – она увидела, что это Генри наклонился к ней и мягко провел пальцем по коже до самой скулы. – Случайно заснула…
– Все нормально, вечер, и правда, выдался бурным. – Брюнет отодвинулся, и Лиза выпрямилась, от души надеясь, что во время сна не захрапела и не пустила слюну. Рядом с таким мужчиной нельзя расслабляться. А то глазом не успеешь моргнуть – уведут.
Девушка расправила платье и огляделась. Оказывается, они уже приехали к ее дому. Генри припарковал автомобиль в глубине заросшего деревьями двора, даровавшими днем спасительную тенистую прохладу.
– Это ж сколько я спала? – ужаснулась девушка, видя, что день уже клониться к закату. Налитое жаром солнце медленно опускалось за крыши соседних домов, заливая двор оранжевым светом. Видно было, как подъезжают и подходят вернувшиеся с работы люди, а из подъездов выходят те, кто в самую жару отсиживался дома.
– Не так много, мы довольно быстро доехали. Пробок сегодня немного. – Генри задумчиво смотрел на солнечный диск сквозь солнечные очки. – Все, кто мог, уехали за город, там хоть немного, но прохладнее.
– М-м-м, – неопределенно промычала девушка, прикидывая, сказать мужчине свое мнение относительно выездов на природу или лучше не стоит.
– А ты городское дитя, верно?
Что-то в этой фразе резануло Лизкин слух. Но она так и не поняла, что именно.
– Я не любитель этих поездок с палатками, ночниками, кострами и так далее. Нет, знаешь, мне природа нравится, но так, издалека. Меня как-то Алекса позвала в поход на три дня, это было ужасно! – в глазах Лизы отразился искренний ужас при одном только воспоминании о пережитом. – Ох, Генри, мне жаль, что прогулка вышла такой дурацкой. Я не знаю, что нашло на Алексу. Обычно она куда более вменяемая.
Генри искренне расхохотался.
– Да уж, это было забавно, – он снял очки и потер покрасневшие глаза, – Твоя подруга… Интересная и необычная девушка, явно лишенная инстинкта самосохранения.
Лиза собралась было ответить, но тут ее телефон заиграл что-то яркое и динамичное – подобная музыка, кажется, не нравилась Генри, и он едва заметно поморщился.
На дисплее высветилось «мама».
– Извини, – девушка торопливо прижала мобильник к уху. – Привет, мам. Да, я не дома. То есть, почти дома. Ну… Так, была на свидании. Подожди секунду.
Она чуть виновато посмотрела на Генри и прошептала:
– Это надолго. Мама очень болтливая. Я уже большая девочка, но она все равно пытается меня контролировать.
– Родители - это святое. До скорой встречи, Елизавета, – мужчина, как всегда, был воплощением галантности. – Он молча помог девушке выйти из машины и, коротко, но чувственно поцеловав на прощание так, что у Лизы закружилась голова, уехал прочь.
– Мама, – девушке пришлось откашляться, прежде чем к ней вернулся нормальный голос, – слушай, этот Генри - он просто срыв башни, честное слово! Что? Нет, сегодня мы были в планетарии, а вчера мы были на какой-то дурацкой научной выставке, он там с кем-то договорился насчет инвестиций. Короче, вкладывает свои деньги в перспективные предприятия. Это его работа. Да ладно, зачем в подробностях-то? Да? Ну не знаю, с виду он просто мегаупакован. Но да, ты права, надо расспросить его получше, а то он только меня расспрашивает, а сам от ответов уходит. Но он такой кла-а-ассный, мам…
Обсуждая с матерью «своего» Генри, Лиза поднялась домой и буквально упала на диван. Все же прогулка по выставке ее изрядно измотала физически и морально. Пообещав матери заехать на днях в гости, девушка отбросила мобильник в сторону и тупо уставилась в белоснежный потолок, по периметру которого красовались точечные светильники. Потом кое-как встала и пошла в ванную, на ходу стягивая сарафан. Ей хотелось забраться под прохладный душ, чтобы смыть с себя пыль и жар города.
А заодно немного успокоиться после поцелуев Генри.
Впрочем, ей этого сделать не удалось, и, стоя под прохладными струями воды, которые бережно ласкала кожу, девушка только и думала, что о своем мужчине. О том, какие у него губы, руки, как манящ его голос, бережны прикосновения…
Она бы с удовольствием пригласила Генри на кофе, но ведь он наверняка воспримет это неправильно - он ведь такой приличный.
«Приличный и горячий», – мрачно подумала Елизавета, в который раз вспоминая их первый неожиданный и волшебный поцелуй в машине. Она бы многое отдала за его продолжение прямо сейчас, тут, в тесной душевой кабине.
Лизка закусила губу, прижавшись влажной спиной к запотевшему стеклу. Одна рука ее словно сама по себе скользнула по шее к груди, на которой кольцами лежали мокрые темные пряди. Ладонь второй же, проведя по плоскому животу, опустилась ниже.
Девушка, запрокинув голову и касаясь макушкой стекла, едва слышно простонала, в красках представляя, что это Генри ее ласкает, и это его нежные руки касаются ее кожи.
Правда, сладким грезам быстро пришел конец - по каким-то неведомым, но постоянным причинам, вода из душа вдруг пошла совершенно холодная и льдом обожгла разгоряченную бронзовую кожу. Девушка дернулась, моментально выключила ее и проорала ругательства, в равной степени адресованные коммунальщикам и соседям.
Освежившись, Лизка, наплевав на приличия и одежду, прямо из ванной комнаты направилась к холодильнику. Увы, оказалось, что она забыла заглянуть в магазин и купить мороженого и холодных напитков. Пришлось набирать воды из фильтра и кидать в нее кубики льда. Их в морозилке всегда было навалом.