Страница 19 из 24
Люди никогда не испытывают угрызений совести от поступков, ставших у них обычаем.
Вольтер
Девушка очнулась спустя час и одарила меня шаблонной реакцией. Вдох. Распахнутые ресницы. Бесполезная, но такая старательная попытка просочиться в соседнее купе через стенку. Разве только голосить не стала, предусмотрительно зажав маленький ротик ладошкой.
- У вас два варианта, мисс Кейтон, - спокойно заговорил я, встречая её взор и рассеянно поглаживая шею кшахара, всё ещё дремавшего у меня на коленях. - Вы можете вести себя хорошо, и тогда я доставлю вас до пункта назначения целой и невредимой. Либо, - брови мои выразительно изогнулись, - вы рискуете получить ещё одну дозу эфирной смеси, которая, поверьте, не лучшим образом отразится на вашем здоровье.
Она судорожно кивнула, и я улыбнулся.
- Это понимать как согласие сотрудничать?
Она кивнула ещё раз.
- Да. Да.
- Что ж, превосходно.
Я перевёл взгляд в окно, старательно обозначая своё нежелание продолжать беседу. Говорить только необходимое - больше общения с жертвами неизбежно породит ненужные чувства из ряда жалости или сочувствия. А единственный, кому я должен сопереживать - мой клиент. Потому что только он приносит мне средства к существованию и бесценную репутацию.
Впрочем, жертвы, со своей стороны, редко разделяют моё стремление.
- Зачем вы делаете это? - тихий, напуганный шёпот. Первая стадия, так сказать, проба пера. Вскоре за ней пойдут слёзы и увещевания, а за ними - если, конечно, девочка попалась с характером - попытки обыграть.
Я молчал, по-прежнему уставившись в окно, в котором не видел ничего, кроме её отражения. Она сидела, подтянув колени к груди и вжимаясь в стену - бесплодный страх, обыкновенная реакция слабого на неизвестную опасность. Она смотрела на меня, а я - на неё сквозь окно, и спустя пару минут она вдруг перевела взгляд и поймала мой в отражении.
Я вздрогнул и прямо взглянул на неё.
- Вам лучше отдохнуть, мисс Кейтон.
Она нахмурилась.
- Почему вы делаете это? - повторила она тихо, но уже не шептала. Потом обхватила руками свои плечи, и голос её дрогнул: - Вы знаете, что они сделают со мной?
- Нет, - ответил я и вздохнул: - Мисс Кейтон, я не намерен беседовать с вами больше, чем это нужно. Поэтому, прошу вас, прекратите задавать вопросы.
- Но вы ведь понимаете, кто они?
Как будто и не слышала вовсе.
- Я не знаю, кто они, и меня это не интересует.
- Они демоны, - тихо и так отчаянно произнесла она, что я, не выдержав, усмехнулся.
- О, в самом деле? Те самые, страшные, зубастые и рогатые, иногда ещё даже с хвостами? А я-то думал, зачем они носят эти странные балахоны.
- Это рясы, - ответила она, глядя в окно. - И вы зря смеётесь. Я говорю правду.
- Мисс Кейтон, - укоризненно проговорил я. - Помилуйте, но девушке с вашим происхождением и образованием просто стыдно произносить вслух такую суеверную чепуху.
Она резко взглянула на меня, и я вздрогнул от неожиданности. Никогда не думал, что серые глаза могут быть настолько яркими.
- Суеверную чепуху? - холодно повторила она. - А вы, выходит, из этих просвещённых нигилистов, мистер Сандерс? Полагаете, что мир таков, каким вы видите его через призму своих луп и микроскопов?
- Ни разу не глядел в микроскоп, признаюсь честно, - я беспечно улыбнулся.
- Вы видели, на что они способны, - процедила она. - Или вы будете утверждать, будто лазать, словно пауки, по отвесным стенам - нормально для людей?
Я пожал плечами.
- Вы даже не представляете, чему можно научить человека, мисс Кейтон.
- Они не люди.
Я лишь скривил губы и молча отвернулся к окну. Теперь я старался не глядеть на её отражение и старательно изучал, как причудливо изгибались очертания одёжных полок в неровном стекле.
- Не делайте этого. Пожалуйста.
Ну вот, дошли и до моления. Сейчас начнётся самое отвратительное. Терпеть не могу женских слёз.
- Они погубят меня, мистер Сандерс. Они отравят мою душу, превратят меня в куклу, как...
Она осеклась, и я разумно удержал себя от закономерного вопроса:
"Как Аннабель?"
- По-моему, вы зря волнуетесь. У вашей сестры, кажется, весьма высокое положение среди этих страшных демонов.
Нет, и всё же не удержался. Иногда в такие моменты мне хочется попросить Акко, чтобы тот откусил мне слишком длинный язык.
- Высокое положение! - она даже руками всплеснула. - Да вы... - снова осеклась, и мне стало любопытно, каким таким эпитетом она собиралась меня наградить. Но она лишь отвернулась и произнесла тихо: - Вы ничего не знаете о моей сестре.