Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 89 из 115


- С одной стороны, ты нам достался совсем бесплатно, так что мы ничего не потеряем. С другой – никакого морального удовлетворения от твоей смерти я не получу.

- Леди, это существо много раз оскорбило вас и не извинилось. Оно необучаемое и ни на что непригодное. К тому же мы здесь по делу, помните? – Рикиши высказал все это вслух, глядя на злобно сверкающего глазами гнома. Уж больно заметно сверкающего… Так и есть – плачет, засранец. Глаза влажные, взгляд злой… на язык невоздержан…

- И что, мы этого иблита с собой потащим?! – тут уже проняло Чхара.

- И что теперь, госпожа? – мрачно поинтересовался Бхинатар, неодобрительно поглядывая на размахивающего руками гнома, который сначала пытался издать хоть звук, потом кинуться на моего мужа… а теперь валялся на полу и стучал по нему кулаками и ногами.

- Убить проще, - буркнул Чхар и, нахохлившись, уселся у стены. – Иначе, куда мы этого иблита денем?!

У гнома, слегка притихшего при упоминании ошейника, явно открылось второе дыхание, и он опять начал отчаянно стучать по полу всеми частями тела.

А, главное, действительно, как и куда мы потащим этого рыжего?

- Так, присмотрите за эпилептиком, я попробую договориться с его дядей…

- Леди! Вы для них Мать Дома, назначенная двумя богинями. Они вас уважают, хотя бы только за это. Но нельзя оставлять поведение этого существа безнаказанным…

- Хорошо, - я села на кровать и попыталась сосредоточиться. Ужасно хотелось есть и спать… Но на полу лежала свернувшаяся в комок проблема, которую надо было решить незамедлительно.

Все внутри заледенело, эмоции отключились. Привстав с кровати, я уже протянула руку, начав фразу:

- Вот, он с ней не расставался. Забирайте… - пробормотал он и вышел.





Встав с кровати, я небрежно отодвинула коленопреклоненного рыжика и, подойдя к мужу, взяла у него из рук книгу. Она была на темно-эльфийском, зараза…

- Имена всех драконов Троемирья и родословные жрецов до… - тут Бхинатар задумался, как будто что-то высчитывая, - …тысяча трехсотого года, по летоисчислению Яхолии.

Гномик, с несчастно-понурым видом подползший вслед за мной, вдруг попытался извернуться и выхватить у меня книгу. Но я этого почти не заметила, потому что Рикиши черной молнией метнулся, подсек настырного засранца, прижал к стене и прошипел:

- Слушайте, а у вас рабов по голове часто бьют? Может, у него сотрясение мозга, раз чувство самосохранения потерял? – знаю, что нечестно издеваться над тем, кто даже ответить не может, но мое терпение не бесконечно. И потом, я тут уже почти морально приготовилась его убить, а теперь точно не смогу. У меня перед глазами будет стоять этот умоляющий взгляд, беззвучное шевеление губ…

Я протянула ему обе бумаги, и муж в изумлении выдал что-то типа: «О-го!».

- Назови имя своего прадеда? – Бхинатар махнул рукой в сторону извивающегося, как червяк на удочке, рыжего. – И учти, у тебя есть право на пять слов, используй их с умом.

Муж молча достал меч, я также молча забрала его, проигнорировав изумленный взгляд, и подошла к рыжему. Глубоко вдохнув, мысленно представила, что передо мной виртуальный персонаж… Да, именно! Я в игре, и это просто картинка на мониторе. Играла же я в далеком студенчестве в компьютерные игры, неплохо стресс снимало, кстати… А теперь, быстро соображаем! Так, отрубить голову, мне сил не хватит, – у меня игра, очень приближенная к реальности. Проткнуть живот – не эстетично. Да, именно так, не эстетично – брызги крови кругом… Подсознание помнит, что это долгая и мучительная смерть, но у нас же виртуальный персонаж. Не настоящий. Просто, вот так вот, красиво отрисован и смотрит на меня очень живыми, блестящими глазами, в которых настоящий, реальный страх. Потому что… Игра очень качественная! Значит, надо прицельно бить в сердце, а там ребра. Обхватываем ручку меча, как будто это нож, и делаем замах побольше…

Мальчишка еще шевелил губами, но лимит слов, разрешенных Бхинатаром, у него закончился.

- Твоим прадедом был Тарим Сутербенс?

- Госпожа, к сожалению, нам придется сохранить ему жизнь. По крайней мере, пока не найдем более вменяемого потомка Тарима.