Страница 11 из 21
– Это сложно. – Я отвернулась и снова посмотрела в окно. Слишком много эмоциональных разговоров. В последнее время я предпочитала принимать их дозировано.
Думала, Дэн станет приставать с расспросами, но он просто сказал:
– Вот и у меня сложно. Но быть может, я и расскажу. Потом.
Остальной путь до Москвы мы преодолели молча. Я расплатилась с таксистом у подъезда, очередной раз благодаря Глеба за ежемесячные перечисления на карточку. Он редко звонил – наверное, боялся ранить воспоминаниями о прошлом – но исправно подкидывал денег.
Мне стоит озаботиться поиском работы. Потом. Если вернусь.
Мы поднялись по лестнице, и я открыла квартиру, ставшую внезапно чужой и пустой. По-настоящему пустой, словно пустота поселилась в ней, пока мы с Ирой гостили у андвари. Большое зеркало на стене в коридоре отражало огни из окна открытой спальни напротив. В углу молчаливо притаилась вешалка. И мне почему-то вспомнилась моя квартира на Достоевского — тоже пустая, но по-другому. Представилось, как она пропиталась одиночеством и тоской из-за бросившей ее впопыхах хозяйки.
Дэн вошел молча, разулся и аккуратно поставил кроссовки на полку.
– Голоден? – поинтересовалась я, но без особого энтузиазма. Хотелось остаться одной. Подумать. Дать волю собственной грусти и одиночеству, но нужно привечать гостя. Душа противилась, сопротивлялась, побуждая выставить его вон. Наверняка ведь сейчас начнет расспрашивать или невпопад шутить, а я не выдержу, сорвусь, и тогда...
– Я плотно поужинал, – смущенно ответил он. – У сольвейгов отлично кормят.
– О... – выдохнула я и уронила сумку на пол.
– Я не буду мешать, почитаю где-нибудь. Не обращай внимания. – Он помолчал немного, а потом добавил тихо: – Не хотел бередить ненужное, извини.
– Ничего. Ты же не знал. – Я включила свет в коридоре и на кухне. – Может, чаю выпьешь? Со мной? – Вздохнула и беззастенчиво соврала: – Не хочу быть одна.
– Чаю выпью, – согласился он. – С лимоном. У тебя есть пряники?
– Пряников нет. Но есть печенье недельной давности. Ира купила.
– Сойдет, – подмигнул он и безошибочно определил, где ванная. Я услышала, как включилась вода, вздохнула и отправилась на кухню ставить чайник.
Признаться, аппетит у Дэна был знатный — он съел все печенье, что у нас было, и это после плотного, как он выразился, ужина. Затем нагло слямзил оставшиеся две котлеты из холодильника.
– Я начинаю понимать, почему тебя невзлюбила Сесиль. Ты съел ее пирожные? – пошутила я.
– Сомневаюсь, что она их ест, – поморщился Дэн. – Хотя не помешало бы. Женщинам полезно сладкое — они тогда не такие нервные.
– Вот как? А может, вас чего посерьезнее пирожных поссорило?
– Драмы не было, если ты об этом. Не переношу драмы. Девочки иногда считают, что улыбка мужчины почти предложение руки и сердца.
– Я так и думала, – рассмеялась я. – Поматросил и бросил?
– Грубиянка! – осадил он меня, но незлобно. – Я не сторонник серьезных отношений, плавно перетекающих в семью. Да и нельзя мне. Ваше племя в приоритете. Барт мне как отец, если что. Я ему по гроб жизни должен.
– Он тебя спас?
– Так нечестно. Твоя очередь рассказывать.
– Нечего рассказывать. – Я пожала плечами, размешивая давно остывший чай. Грусть вернулась горечью на губах и отчаянным желанием выпить чего-то покрепче. – Барт наверняка поведал тебе мою историю, раз уж вы так близки.
– Барт не так много сказал. Был драугр, но ты спаслась, и в этом как-то замешано твое племя. Вообще странно все это.
– Что именно?
– Что ты жива. Обычно драугры не церемонятся с сольвейгами. Вы для них такой себе деликатес.
– Герда болела – у нее была повреждена жила. Для того, чтобы излечиться, нужен был специальный ритуал. Влад учился ему у Альрика, убедил Герду, что хочет помочь, а потом запихнул ее в какой-то портал. Не знаю, куда он ведет. Вот и вся история.
– Он многим рисковал, – задумчиво произнес Дэн.
– Ну да, он у нас вообще герой, – сердито обронила я. – Во всех смыслах.
– Это сарказм?
– А незаметно?
– Твой вождь, скорее всего, понимает, кто ты такая, но вот что с тобой делать, не знает совершенно. Сольвейг в племени – огромный геморрой, но и хорошее оружие. А ты уверена, что у нее не осталось адептов? У Герды? Возможно, ее последователи все еще следят за вами.
– Влад сказал, что убил всех. Но я бы не стала слепо доверять его словам.
– Ты в курсе, что был совет? У сольвейгов. Где они решали, чем могут тебе помочь. Многие голосовали за то, чтобы попытаться тебя спасти. Сам Барт, кстати, тоже.