Страница 87 из 89
Вызвал ужас тоннелей, для подстраховки. Появление ходячего кошмара гномов, никто не удивило.
Ихтинианцев не стали добивать, по приказу командующего погрузили на моего пета. Прячущиеся в домах люди, будто этого ждали, начали выглядывать в окна, приоткрытые двери. Те кто посмелей, выходили, небольшая кучка аборигенов пожелали свершить самосуд над еле живыми ихтинианцами. Командир от них отмахнулся, делайте что хотите.
Люди переминались с ноги на ногу, толкали друг друга, но никто не решался лезть на гигантского жука за так нужными им телами. Тот, подтверждая их опасения, шипел и щёлкал на остатки смелости горя линчевателей.
- Эй! Орк, отзови своё чудовище, отдай нам морских тварей. – Подстрекаемые из толпы насмешливыми выкриками и простыми обвинениями в трусости вынудило их начать диалог. Нпс знал владельца пета или просто кричал ближайшему живому от него, в обоих случаях обращались ко мне. Скривил лицо в гримасу отвращения.
- Ничтожество, не проси то что не смог взять сам.
Гражданские загалдели, взволнованно зашептались.
- Они должны быть убиты, рыбаголовые получат урок и больше не сунутся к нам. – Мужичек не успокаивался.
Хотел ему повторить, что рыба-люди валялись у них под окнами достаточно долго, чтобы они могли совершить задуманное, но по причине отсутствия у них неких органов, отвечающих за смелость, ему стоит обратно спрятаться под лавку, из под которой он несомненно вылез. В море бахнуло, столб света выстрелил в небо, а с туши ужаса тоннелей раздался голос.
- Сегодня все успеют умереть, через четверть часа те, кого безвозвратно поработила бездна, явятся за нами, за теми, кто вырвался в последний момент, не растворился, оставив пустую оболочку. Можете убить нас, смерь это ничто, по сравнению с тем, что теряют слуги бездны.
- Ээ, багаж, не вгоняй в уныние. – Прервал очнувшегося ихтинианца. – Еще аж целых 15 минут будем жить.
В голову неожиданно пришла хорошая мысль.
- Слышь рыба-человек, я тебя спас. Сослужи мне службу.
- Выполню любую просьбу! Говори!
- Как тут город отстроят, оставишь этот амулет в банке на моё имя. – Протянул амулет Ихтинианцу. Тот неожиданно упал сраженный копьем, кинутым, из толпы.
- Воздух! – Закричал командир отряда. Копье прилетело отнюдь не из толпы, а с неба. Вновь мелькнула серебряная искорка, и второй ихтининанец разделил судьбу первого.
- Боги на нашей стороне! – Выкрикнул кто-то из разбежавшейся по укрытиям толпы.
Перебежал за сарай, где толкалась несколько местных.
- Мужик, хочешь подзаработать? – Толкнул в бок ближайшего мужика.
- А чего делать и сколько платишь? – Потирая бок, прищурился тот.
- Ожерелье из зубов дракона даю, за то, что ты этот амулет положишь в банк на мое имя, как город построят, сам не сможешь детям завещаешь. – Хрясь. Мужика пришпилило к стене, копьём. Пришлось менять укрытие.
- Старик! Хочешь неплохо заработать? – Хрясь, пробившее соломенную крышу навеса, копье убила старика, не дав ему даже ответить. Кто-то намеренно убивал тех, с кем говорю.
Попробую цензурой прикрыться.
- Эй, пацан. Вылась, у меня для тебя ожерелья есть, из зубов дракона. – Потряс перед ним зубами, выманивая из-под телеги. – Паренёк взял ожерелье, в небе засвистело, машинально поднял голову, и тут прилетело очередное копье, но не в парня, а в мою бестолковую голову. Прямо в правый глаз.
Боль разрывала голову, умер в прошлом. Мир почернел, вывалился из саркофага, но боль не прекращалась. Опять полоса жизни скакнула к нулю, еще одно возрождение уже у плиты управления зиккуратом, и боль, невыносимая боль.
Аварийное отключение! 3, 2, 1. Выход.
Выпал в реальность, но боль и тут не прекратилась, стало еще хуже, тело было зафиксировано, из моего глаза торчал осколок стекла. Крышка капсулы, была пробита в нескольких местах, вентиляторы капсулы с трудом справлялись с черных воняющим паленой проводкой дымом. Встроенные мониторы отчаянно мигали красным. На одном из них что-то пытался мне сказать оператор медицинской службы. Но я уже умер.
С трудом открыл один глаз, лишь пульсация в правом глазе напоминала о полученной травме. Лежал я на галечном пляже, удобно привалившись к валуну, сияло солнце, шумело море. Привратник, бредущий в мою сторону. – Чего? Предсмертные галлюцинации? Или я теперь часть игры? Было бы неплохо остаться в игре. – Боль начала возвращаться.
Привратник не спеша шел, обмахиваясь веером, с интересом глядя на мое разложенное тело, каждое движение прибавляло боли. Неожиданно его усмешку сменила гримаса беспокойства. Махнул своим веером, сметая с меня доспехи, превращенные в пыль. Осмотрел тело, потом сложенным веером повернул мою голову на бок. В ушах стоял гул, все звуки исчезли.
Двуликий что-то выкрикнул в правую сторону. Втрое лицо тоже крикнуло, но уже налево. Справа от меня ослепительно сверкнуло, появилась черноволосая девушка, отчаянно красивая, в воздушном красно-белом платье. С ее появлением меня будто начало куда-то затягивать, туда, где темно и холодно, туда, где ничего нет.
Девушка не ожидала от меня такой реакции, расстроенная этим, залепила мне пощечину. Голову мотнуло в другую сторону. Погружение временно прекратилось.
С левой стороны воздух треснул, черная полоса расширялась, из нее высунулась серая рука, схватила за край и расширила пролом. Из пролома вылез высокий парень, с повязкой на глазах, из одежды на нем была только набедренная повязка, весь осыпанный пеплом он держал в руках трезубец. К появлению Таши, оказался не готов, зрение начало пропадать. - И этот тоже пришел меня ударить на прощание.