Страница 82 из 100
-О, Безымянный, ты здесь. Значит, тот шум, что я вчера слышал – это очередное нападение?
Я кивнул.
-Понятно, - протянул он, зевая во весь рот. – Ну, потом с этим разберёмся. Я спать хочу.
Пришлось проводить его до спальни. Проследив за тем, как у покоев короля была поставлена новая стража, я отправился к себе. Нужно смыть со своего тела грязь. Так как в крепости не было водопровода, то стоило как можно скорее найти воды. Если следовать намеченному камердинером Гонтора плану, то отбывали мы в Радбург через три часа. Этого времен должно хватить на умывание.
Однако, только открыв дверь в комнату, я в очередной раз переборол желание тут же захлопнуть её. Судя по всему, постановка, представшая перед моим взором, называлась «Эльф в депрессии». Его Несравненно Самовлюблённое Высочество Хёскилион сидел на моей кровати без маскировочного амулета, который валялся совсем рядом на подушке, и распространял вокруг себя ауру подавленности. Спина была согнута, лицо опущено и совершенно не видно из-за необычных, похожих на солнечный свет, волос. Было странно и как-то страшно видеть его рожу без дурацкой усмешки и наблюдать совершенно погасшие глаза. Поза белобрысого являлась просто воплощением уныния.
Я подошёл, со вздохом приземлился рядом на кровать и произнёс:
-Тебя отвергли, - не вопрос – утверждение.
Он болтнул головой сверху вниз. Ясно. Старшая дочь лорда Бэра оказалась крепким орешком и наговорила эльфу множество противных слов. Нет, не только. Обычными словами принца Наардина не возьмёшь. Она вылила на него всё своё презрение и негодование, ни капли не волнуясь, что разумный перед ней воспринимает мир гораздо чувствительнее, чем все остальные.
-Почему? – наконец-то, после молчания растерянно спросил Хёски.
Я совершенно не умею утешать, а поэтому просто-напросто ответил правду:
-Потому что ты придурок, который ведёт совершенно неподходящий образ жизни. Потому что ты бабник, не пропускающий мимо ни одной юбки. И потому что пока ты так себя ведёшь, подобраться к тебе слишком трудно. И потому что у людей есть и другие дела помимо того, чтобы удовлетворять твои самолюбие и похоть.
-Но она же замужем за стариком, - почти слышно прошептал принц. – И она его не любит. Почему же тогда отвергла меня? Ведь все, кто жив, хотят быть кому-нибудь нужными.
А, вот в чём дело.
-Шутишь? Быть нужным – это не значит провести с кем-то ночь, только потому, что тебя попросили. Да и не имеет это никакого отношения к плотскому удовольствию. Не ребёнок вроде уже, ты должен это понимать.
-Но я ведь просто хочу, чтобы кто-нибудь был рядом…
-Заведи себе собачку, авось не сбежит, если вместо поводка оденешь на неё цепь, - посоветовал ему я.
-Эй, Кау, а я тебе нужен? – он наконец-то поднял голову и его глаза с надеждой посмотрели на меня.
Из-за своих волнений он даже забыл про Его Высочество и говорил, как простой смертный. Отказ одной-единственной девушки порядком сбил с него спесь и сделал его крайне неуверенным. Но я не стану его жалеть. Мне не совсем понятно, что это такое – жалость: просто глупость или в этом чувстве есть какой-то скрытый смысл?
-Неа. Мне никто не нужен. Как бы пафосно это не звучало, но даже если у меня будет выбор: остаться единственному разумному в этом мире или каждый день видеть одни и те же рожи рядом, то я без сомнений выберу первое.
Его голова вновь упала, а волосы занавесили глаза. Спустя мгновение плечи его затряслись. Однако я сразу понял, что если этот парень и будет рыдать, то только от смеха. Так и есть. Эльф просто беззвучно хохотал над моими словами.
-Демон, - произнёс он, еле-еле отдышавшись, - ты и правда Монстр, Кау. Но всё уже прошло… Всё хорошо… Так что приказываю: забудь всё, что Моё Высочество здесь наговорило! Если не сделаешь, то я буду преследовать тебя до конца твоей жизни.
-Своей, ты хотел сказать? – поправил его я. – Брысь из моей комнаты, принцесска. Нет у меня на тебя времени.
-Моё Высочество удалится, но не потому, что его просит об этом какой-то монстр! – возвестил Хёски, выпятив грудь. – Нужно отыграться за ночной проигрыш! Где тут у нас были симпатичные служаночки?..
Дверь спальни со стуком захлопнулась за ним. Наш ловелас боится остаться никому ненужным? Кто бы мог подумать. Хотя этот страх вполне логичен: ведь мало кто захочет остаться рядом с эмпатом, слышащим все твои самые потайные чувства. Впрочем, это всё совершенно не моё дело. Быть рядом с кем-то так утомительно.
Воду я нашёл только спустя полчаса. В километре от крепости текла горная река. Вот уж действительно место, где легко можно замёрзнуть. Однако если меня не подводит память, на Севере водоёмы ещё холоднее. На большинстве из них, чтобы искупаться, приходится вскрывать лёд толщиной чуть ли не в метр, а у остальных такое сильное течение, что тебя снесёт быстрее, чем ты успеешь зайти хотя бы по колено. Но я как-то раз набрёл на горячие источники. Тогда они показались мне просто божественными, однако добираться до них достаточно трудно, так как находятся высоко в горах, которые круглый год покрыты снегом. Одно неверное движение и можно запросто распрощаться с жизнью. А ещё там бродят снежные духи, способные заморозить тело и душу разумного. Если они заберут первое, то ещё есть надежда, что когда-нибудь ты сможешь вернуться к жизни, но если второе – то от тебя останется просто безвольная кукла, неподвластная эмоциям и самой сути существования. Но, несмотря на все опасности, что я встретил там, Север мне понравился. Он был холоден, кристально честен, как лёд, и хаотичен, словно снежная буря.