Страница 38 из 94
Обернулась.
В коридоре, у шкафа, стояла не распакованная посылка.
Неизвестно сколько прошло времени до того, как она, не отрывая взгляда от коробки, набрала номер Вадима.
– Обратный адрес, – голос Марии дрогнул. – Его не существует.
Несколько секунд трубка тревожно молчала.
– Ты уверена?
– Абсолютно. В моем бывшем доме нет триста двадцать пятой квартиры. Там всего четыре подъезда.
– Мария… – Вадим чуть повысил голос. – Не обращай внимания. Просто лишняя цифра. Твоя мама задумалась и ошиблась.
– Значит, моя мама ошиблась трижды – я жила в сто шестнадцатой квартире, – она пыталась говорить спокойно, но темнота за окном и осознание того, что ближайшие девять часов Вадима не будет рядом, заставляли сердце сжиматься чаще.
– Пожалуйста, ложись спать, – его сонный голос был еще нежнее, чем в обыденности. – А после школы мы откроем посылку вместе.
Это была хорошая идея. Всего лишь коротенькая ночь, а затем появится Вадим – и все проблемы исчезнут. Мария запрятала коробку в самый дальний угол кухни. Переоделась. Выключила свет. Легла на кровать. Потом вернулась на кухню, схватила посылку и перенесла на свой стол.
– Я могу тебе чем-нибудь помочь? – тетя, разбуженная блужданиями племянницы, явилась выказать недовольство прямо в ночной сорочке.
– Да, – ответила Мария, не отводя взгляда от коробки. – Принеси, пожалуйста, что-нибудь острое. Нужно разрезать скотч.
* * *
Вадим усмехнулся, когда увидел на дисплее телефона имя Марии. Она словно чувствовала, что сейчас он всецело поглощен мыслями о ней. Перед ним на столе лежал только что распечатанный, еще теплый, лист со списком участников региональных соревнований по плаванию. Знала бы Мария, кого он отыскал в том списке.
Поводом для ее столь позднего звонка стал неизвестный адрес на таинственной посылке. В отличие от Марии, Вадим догадывался, кто отправил такой сюрприз, – но не представлял, что скрывается в ящике. Лучше бы им узнать это вдвоем.
Вадим сбросил вызов и положил телефон во внутренний карман спортивной куртки. Ему было интересно, Мария дождется утра, как только что обещала, или сразу же бросится открывать посылку? Вадим ставил на второй вариант.
– Почти полночь. Поздновато для пробежки, – раздался позади мамин голос.
Вадим обернулся. Наташа стояла на пороге своей комнаты, в джинсах и майке, волосы – собраны в короткий хвост. Она казалась такой юной и хрупкой, что ее хотелось носить на руках.
– Подстраиваюсь под чужой график, – после паузы ответил Вадим.
Наташа молчала. Да и что она могла сделать, когда обычные уговоры не действовали? Посадить под домашний арест, лишить карманных денег? В этом не было смысла: Вадим старался поступать разумно, умело избегал неприятностей и давно зарабатывал больше матери.
Заботливый, умный, надежный – со стороны Вадим казался идеальным сыном, но сам-то он знал, что у матери идеального сына не должно быть такого выражения лица, как сейчас: обеспокоенного и в тоже время отстраненного. Возможно, по отношению к сыну Наташа чувствовала беспомощность: пока другие мамы строили жизнь своих детей, ей оставалось лишь довольствоваться ролью наблюдателя.
Вадим отвел прядь с маминого лба, поцеловал тонкую морщинку и вышел на улицу.
Стояла по-зимнему морозная ночь, такая тихая, что было слышно, как легкий ветер волочит по асфальту сухие кленовые листья. В синей глубине, цепляя верхушки деревьев, двигалась прозрачная растущая луна.
До парка Вадим дошел неспешным шагом, затем, взглянув на часы, перешел на легкий бег. На ближайшем перекрестке он свернул на главную аллею – и оказался всего на десяток метров позади другого бегуна, парня в зеленом спортивном костюме. Вадим подстроился под его темп.
Они пробежали еще полкилометра, прежде чем парень оглянулся – лицо преследователя скрывала тень от капюшона – перешел на шаг и, наконец, становился.
– Что тебе…
Вадим сбросил капюшон – и Антон запнулся. Мимолетное облегчение на его лице сменилось настороженностью.
– Люблю ночные пробежки, – ответил Вадим.
Тяжело дыша, Антон смахнул со лба пот и оперся ладонями о колени. Он и в самом деле устал, но сейчас явно переигрывал, пытаясь казаться слабее, чем был, – так для перестраховки. Не очень-то уютно находиться одному, ночью, в безлюдном парке, лицом к лицу с ревнивым парнем, к девушке которого он клеился накануне – мало ли что у него запрятано во внутреннем кармане. Но у Вадима во внутреннем кармане был только телефон.
– Ты хочешь выиграть соревнования, – сказал Вадим, выждав паузу подлиннее. – А я знаю парня, который поможет тебе завоевать золото. Он не очень сговорчивый, но это уже не моя проблема. Так что я называю тебе имя, а ты сам решаешь, воспользоваться этой информацией или нет.
Антон выпрямился, его дыхание стало ровнее.
– С какой стати тебе помогать мне?
– У меня есть причины. И у меня есть условие: ни Мария, ни этот человек не узнают о нашем разговоре.
Антон колебался, но им обоим было ясно, что он ответит.
Вадим нашел нужное имя в списке контактов и повернул телефон дисплеем к Антону.
– Спасибо, – все еще недоверчиво произнес тренер.
– Мне не нужно твое спасибо.