Страница 22 из 32
—Удачный образ, но относится к разряду примитивно-пассивных!
—Сейчас она, вот хитрюга, приказывает мне, упросить тебя принести ей
шашлык и погладить! Надо же…
—Манипулирует и лавирует… Держись, не поддавайся!
—Хочет, чтобы я… лизнул её в нос!
—Обойдётся! Попробуй дать ей встречную команду, будто ты хочешь, чтобы
она тебя сама лизнула… Представь мысленно зеркало, из которого на Элен отражаются все её команды!
—Хорошо… Представляю!
Элен, зевнув, поднялась и вплотную приблизившись к Яне, лизнула её в голую
коленку. Яна расхохоталась и укоризненно посмотрела на Вовку:
—Вовка, это твоя работа?
—Не скажу точно, но похожа на мою…
—Ладно, будем считать, что ты прошёл испытание!
—Премного благодарен, сударыня. Позвольте в таком случае выполнить моё
условие пари…
—Попробуй…те, сударь!
Усевшись у ног хозяйки, Элен утробно зарычала, переминая передние лапы.
Вовка снисходительно улыбнулся и в мгновение ока у его ног оказался лопоухий Шварц, бесстрашно и незамедлительно оскаливший свои маленькие белые зубки на Элен. Противостояние животных длилось недолго. Однако Вовке оно показалось достаточно затяжным, притом настолько, что он успел прочувствовать — обидные фразы типа "маменькин сынок" и "безвольный рохляк" к нему не имеют уже никакого отношения…
Глава 8
В безоблачном утреннем небе угасала полная Луна. Первые лучи солнца, медленно поднимающегося из-за тёмного соснового бора, щедро брызнули на просторную лужайку перед Вовкиным домом. Продрогшие росинки на сочной траве засияли в ответ миллионами янтарных звёздочек, превращая изумрудную лужайку в сказочную поляну. Хорошенько согревшись в нежных солнечных лучах, неутомимые искристые странники, выпрямляя после ночного сна свои травяные постельки-стебельки, поднимались крохотными туманными клубочками в небо…
Неумытый и взлохмаченный Вовка в мятой пижаме сонно вгрызался в бутерброд, который впервые соорудил собственноручно без маминой помощи. Бутерброд Вовка сделал большой. Притом, в единственном экземпляре, чтобы поменьше возиться. Однако, после перегрева в микроволновке, коварный бутерброд превратился в горячий замасленный кусок хлеба. По виду, а отчасти и по вкусу, он напоминал толстенные кожаные стельки со скрюченными пластами колбасы, увязшими в растопленном сыре и щедро залитые кетчупом. Из-за большой ширины бутерброд не помещался в рот и Вовка уныло надкусывал его со всех сторон, брезгливо убирая салфеткой кетчуп со щёк и носа.
Запивая горе-бутерброд чаем, Вовка размышлял о том, что ухаживать за самим собой таки достаточно трудно! Особенно хорошо это ощущаешь, когда родители тебя покидают, пусть даже и на несколько дней. Поначалу вроде бы всё замечательно, — можешь делать всё, что угодно! Зато потом, словно в отместку, приходят чувства одиночества, ненужности и тоски. Интересно, а как же Яна смогла столько времени прожить без родителей, да ещё в какой-то дальней глухой деревне? Старенькая бабушка не в счёт, ведь за ней самой нужно присматривать! Да, Яна девчонка что надо! Не то, что он, — избалованный маменькин сынок. Кем она ещё позавчера его обозвала? Ах, да… Рох-ля-ком! К тому же безвольным! Хоть Яна и забрала свои слова обратно после того, как Вовка одержал первую победу над хвостатой гипнотизёршей Элен, сам-то он о себе прекрасно знал, чего стоит…