Страница 5 из 55
Глава 3
Настена
3 дня раннее
Мне не нравятся мои фото.
Ни одно даже близко, кажется, не передает нужных посылов, и уж тем более не говорит мужчинам на сайте знакомств, что они должны увидеть.
Я промахиваю пальцем вправо очередное фото с похода, где у меня счастливая улыбка и два колоска на голове. Далее отвергаю сефли с аккуратным макияжем (впервые накрасилась под конец лета) и пролистываю бесконечные кадры с ребенком.
Хотя последнее можно было и оставить. Мужчины не любят, когда от них скрывают наличие малыша, но я скорее вообще сотру этот Тиндер с памяти, чем выставлю Марусю на обозрение всего сайта знакомств.
Глубоко вздохнув, все же выбираю фото «макияж» и одну с гор, загружая на личную страничку, и со вздохом открывая «круговорот» мужчин. Хм, а здесь много симпатичных. Может, из этой бредовой идеи и правда выйдет толк…
Через час взаимных лайков, пар, «мэтчей» и переписок я со стоном откладываю телефон, и роняю голову на руки. А еще через пару минут нахрен сношу «макияжное» фото, а у походного беспощадно режу голову по подбородок.
Вот так. Замечательно. Больше я просто не вынесу вот этих «Привет, милашка!», «У тебя такие милые глазки», и «Эти губки просто созданы для…».
Черт, неужели я выгляжу так, что у меня больше нечего спросить? Пустота в глазах, просто кукольная стеклянность, и ничего из анкеты, что бы могло зацепить внимание? Или это, может мужчины здесь такие? Разом все, да, а я одна хорошая…
Я нервно смеюсь, подпирая щеку кулаком, и следя, как количество лайков и сообщений снижается. Вот так, отлично. Пусть тут не видно ничего, кроме шерстяного костюма и темных волос – зато мне напишут уж точно не за внешность…
Я еще немного просаживаю времени в приложении, немного лайкая наиболее не банальных мужчин. Качки с ссылкой на инстаграм сразу пролистываю влево – мне не интересно, какое у мужчины тело, если в нем нет мозгов. А вот черно-белые фото, красивая улыбка и хоть минимальный намек на разумность во взгляде заставляет с надеждой смахнуть пальце вправо.
- Мам! – слышу голос с прихожей, и громкое хлопанье дверью, - а мы уже пришли!
Бегом в прихожую, где моя трехлетка уже нетерпеливо стягивает кроссовки, чтобы скорее обняться. Приседаю на полпути, и в таком положении ловлю малышку в руки – прохладную от ветра, пахнущую улицей и чем-то сладким.
- Все нормально? – спрашиваю поверх дочкиной головы у Димки, который замер в темной прихожей.
- Да, поели сахарной ваты, и облазили все горки в округе. Еще дал откусить сосиску в тесте, не ругайся, - бодро отчитывается Маруськин отец, наблюдая, как я стягиваю с ребенка курточку.
- Значит, обед можно не предлагать, - вздыхаю, выворачивая дочкины карманы с распиханными туда камнями, - спасибо, что погуляли, Дим.
- Ну, это и моя дочь тоже. Давай я заберу ее в среду? У меня как раз выходной со смены.
- Созвонимся, - киваю, подхватывая Малышарика мыть руки, - ну что, помашем папе пока-пока?
- Я могу пройти, еще поиграть с ней… Если хочешь, - неожиданно предлагает бывший муж, и я замираю, не зная что ответить.
- Она ведь все равно спать сейчас, - нахожу наконец-то правильные слова, и внимательно смотрю, как меняется Димкин взгляд.
- Я мог бы сам уложить ее.
Что за черт?
- Дим. – Мой голос тверд, как камень, когда я произношу это, - не нужно, ладно? Мы ведь договорились.
Щека бывшего странно дергается, и на миг мне кажется, что все повторится, и я покрепче сжимаю в руках ребенка. Вот сейчас он не выдержит, сорвется с места, и из адекватного разумного мужчины превратится в орущего гадости человека, в то время, пока я со страху вжимаюсь в стену. А затем пошлет меня на три веселых, и уйдет, громко хлопнув дверью. А я не смогу ничего, кроме как проглатывать каждый всхлип, держа зубы крепко сомкнутыми, и стараясь еще больше не напугать Машулю.
Но этого не происходит. Дима сдерживается, лишь пожимает плечами, и уходит, даже не хлопнув дверью. Я облегченно выдыхаю, и запираю квартиру, размышляя, как простой развод сразу учит мужчин сдерживаться.
И никакие «я такой» и «по-другому не будет» уже не прокатывают.
В который раз похвалив себя мысленно за верно принятые решения, я уношу Марусика в ванну, а после готовлю к дневному сну. У нас нет проблем с этим – сказка, молоко, и ребенок спит минимум два часа подряд.
А я за это время успеваю поработать, потому что в выходной день без садика другой возможности просто нету.
Когда я подхожу к ноутбуку, чтобы вычитать вчерашний текст и внести правки, замечаю, как телефон на столе подает «признаки жизни». Хм, кто это все же решился побеспокоить мою обрезанную мордашку, и даже написал сообщение?
Максим: Привет. Ты правда писательница?
Хм. Я прищуриваюсь, открывая его профиль, чтоб понять, безопасно ли для моей хрупкой психики вообще писать ответ. С черно-белого фото куда-то в сторону смотрит симпатичный мужчина, и я лишь отмечаю черные, явно вьющиеся волосы и тонкий рот с хитрой ухмылкой. Ну… Ничего «сверх», но весьма неплохо…
«У меня всегда в запасе пара историй про мух-иммигрантов, птеродактилей, купленных на базаре или трансплантацию самых неожиданных предметов. А еще я точно знаю, какой шоколад тебе купить, чтобы утешить»
Я невольно улыбаюсь, осознавая, что это – самая оригинальная анкета, которая мне попадалась здесь. Что ж, ничего на первый взгляд нет, так что можно…
Настя: Привет) Нет, не правда. Я пишу тексты на заказ, а вовсе не придумываю свои миры. Но я зарабатываю ими на жизнь – так что не знала, как еще отметить свою работу.
Максим: Ну, а в трудовой что написано?
Настя: Окей, там – журналистка. Но мне не нравится это слово, оно совсем меня не характеризует. Поэтому – писательница. Ничего?
Максим: Самое то, красавица.