Страница 28 из 55
- Да расслабьте вы анусы, а! – рявкаю я, стремительно шагая мимо Усладова, но для удовольствия все же турнув его своим плечом, - я к шефу.
Кабинет Михалыча слишком близко, чтоб я мог за это время хоть чуть-чуть успокоится, а потому я влетаю туда таким-же взбешенным. Шеф удивленно приподнимает брови – и тут же прощается с кем-то по телефону.
- Максим, что за…
- Если ты не хочешь, чтоб я набил морду этому Усладову, то имей совесть, и сам сообщай мне обо всех факапах в нашей долбаной работе!!!
Лицо шефа сменяется пониманием – и это бесит еще сильнее.
- Черт, говорил же ему, чтоб не лез, - Валерий Михайлович качает головой, и промокает морщинистый лоб платком, - ну в чем тут проблема, Максим? Выйти на полдня, с двойной оплатой, помочь коллективу...
- Да нет проблем, Михалыч! Только в том, что у меня куплен билет на самолет, и дела, которые я запланировал уже с неделю назад! А этот идиот приходит, и словно царь и бог, сообщает мне о том, что я должен задержаться! А ничего больше я тут не должен, стесняюсь спросить?!
- Да ни черта ты не стесняешься… - Шеф снова промачивает лоб, и с тоской смотрит на меня, - совсем никак не остаться тебе?
Я выдыхаю от человеческого, участливого тона, и сажусь напротив Валерия за стол. Хорошо, все-таки, что именно он мой непосредственный руководитель – с другим бы мы шиш договорились.
- Никак, Валер. Любые другие выходные – ты же знаешь, я всегда «за». Но на эти планы, серьезно.
- Да знаю. Именно потому и сунул тебя закрыть факап – ты ж у нас почти единственный без семьи, детей, и…
- И, кажется, без друзей среди коллег с такими разговорами! – обрубаю я, и шеф виновато улыбается, понимая, что он только что высказал.
- Ладно, Макс. Я все понимаю. Конечно, это твои законные дни – проводи их как хочешь. Только, прошу, не ссорься с Усладовым – его папочка охрененно спонсирует музей, и все наши проекты тоже.
- Предлагаешь за это лизать ему задницу?
- Предлагаю идти ко мне, если есть какие-то вопросы.
- Чтобы лизал задницу ты?
- Аллаев! Ты договоришься когда-нибудь…
Я ржу, вскакивая, и направляясь к двери. Хорошо, когда есть люди, которые понимают твои шутки.
- Ладно-ладно, я знаю, что ты свой язык можешь использовать по другому назначению.
- Именно поэтому, Максим, в этом кресле не ты, а я. Если бы ты был посдержаннее и умел договариваться – цены бы тебе, как руководителю, не было.
- Мне как научному журналисту ее нет! – улыбаюсь, и с довольной рожей покидаю кабинет.
Руководитель или нет – какая мне, на хрен, разница?! Тем более что нет ничего скучнее зависать в приказах, планах и сроках, а в свободное время бубнить о нужности финансов вот таким вот мешкам с говном… Простите, с деньгами.
Я возвращаюсь в пустой кабинет, где ни Усладова, ни дрожащей Анжелы, и вижу оповещение из чата на телефоне. Хватаю трубку, ожидая погрузиться в нашу переписку, и вновь представить Сахарную Попку кверху на столе – как по глазам резко бьют совсем не «нужные» буквы.
Настя: Максим, прости, у меня тут все срывается. Муж вдруг включил оленя, и отказывается брать Марусю. Я попробую решить вопрос, но пока не уверена, что получится.
Вот ведь… Твою ж мать!