Сладости

Чарли хотел сразу перейти к делу, ибо он прекрасно помнил, какие загоны были у Элл во время университета и даже в школе. Хоть они и учились в разных местах, но в одном же городе, и даже в одном районе, поэтому виделись довольно часто.

Чарли знал, что Элл нужно с кем-то поговорить, и он знал, что она может довериться только ему.

— Я не знаю, с чего начать, — вздохнула Элл, уставившись в небо. — Всё так сложно, мне столько всего нужно тебе рассказать.

— Давай по порядку, — не торопил Чарли, внимательно наблюдая за мимикой своей подруги. — Что тебя сейчас больше всего беспокоит?

Элл посмотрела на Чарли, тяжело вздыхая. Сделав еще затяжку, омега посмотрела перед собой, пытаясь найти правильные слова. Ей не хотелось, чтобы Чарли неправильно её понял.

Проблема в том, что если она скажет А, то скажет и Б. Если она скажет о своей проблеме, то придется сказать и про своих истинных альф, а Элл не была на сто процентов уверена в реакции своего друга. Да, Чарли можно доверять, ведь они держат столько секретов друг друга, но все равно Элл боялась.

— Помнишь мои легкие припадки во время универа? — Чарли кивнул, вспоминая сцены из прошлого. — Так вот, это начинает возобновляться. Я пытаюсь это держать в узде, не давать себе… падать в эту яму. Но из-за недавних событий всё это очень плохо получается. Знаешь, когда вроде и есть мост, но с годами он изнашивается и в любой момент может сломаться. Вот так и я хожу по хилому мостику.

— Подожди, — Чарли потушил сигарету и внимательно посмотрел на Элл. — То есть, подожди. Так, я просто не могу понять. Ты опять возобновила общение с родителями?

У Элл прошел легкий холодок по спине при упоминании матери с отцом.

— В том-то и дело, что нет, — Элл тяжело вздохнула и потушила сигарету, кладя окурок рядом с собой. — Я очень давно с ними не общалась. Чарли, я не знаю, я могу тебе доверять? — Элл посмотрела на своего друга с безмолвной просьбой согласиться и выслушать абсолютно все.

Чарли не мог отказать, это даже не обсуждалось.

— Естественно, — альфа уверенно закивал и похлопал Элл по плечу. — Говори вообще всё, что лежит у тебя на душе. Вот вообще всё-всё, я никому и никогда этого не расскажу, а только помогу решить любые проблемы. Скажешь мне задачу, я её тут же…

— У меня семеро истинных альф.

— …решу, — Чарли на секунду завис, пытаясь понять, ему показалось или он действительно услышал то, что услышал. — Стоп, чиво? Стоп, нет, ты шутишь?!

— Ты с ними недавно познакомился, кстати, — Элл стала шуршать пакетом из Бургер Кинга и доставать колу с воппером.

Чарли пребывал в некой другой реальности. Сейчас он наблюдал за тем, как Элл спокойно начинает свою трапезу, его лицо выражало абсолютное ничего, а в голове творилась какая-то каша. Услышанное от Элл не сразу обрело смысл в голове у Чарли, но чуть погодя, он понял.

Чарли. Все. Понял.

— БЛЯТЬ, ЧТО?! — Чарли аж подскочил с места, чем напугал Элл, из-за чего та чуть не подавилась едой. — Ты шутишь, да? То есть, эти все бэтэсэ, все, блять, семеро, вот все они твои истинные альфы?!

— Не кричи ты на весь Сеул, а то мой секрет узнают даже глухие бабули, — Элл запила колой, немного прокашливаясь.

— Срань Господня, я сплю, что ли? Нет, это бред, — Чарли нахмурился и посмотрел на Элл. — На тебе нет меток, значит, ты меня обманываешь и вообще, всё это дурацкий розыгрыш.

Рыкнув, Элл достала из своего рюкзака влажную салфетку, убрала волосы и немного стерла тоналки, чтобы укусы появились у неё на коже.

— Вот, теперь ты мне веришь? — Элл подождала несколько секунд, ибо Чарли просто смотрел и все равно не реагировал, а затем достала тоналку с зеркальцем и быстро все замазала.

— Нет, ну пиздец, — Чарли достал сигареты и вновь закурил, делая глубокую затяжку. — Просто… я в шоке. Я в глубоком, мать твою, шоке.

Чарли стал ходить туда-сюда перед Элл, постоянно выпуская дым. Он что-то бурчал себе под нос, что омега слабо могла разобрать, но почти все нецензурные выражения Чарли, почему-то, говорил на английском, а не на родном корейском.

— Знаешь, когда я советовал тебе присмотреться к Тэхену или Чимину, или кому я там тебе говорил присмотреться, я не имел в виду вот это вот всё. Вообще, когда это произошло? Об этом еще кто-то знает? Нет, меня больше интересует, как это произошло? Хотя, нет, стой! Не говори мне! Я хочу сохранить свою психику здоровой, хотя бы её остатки. Пиздец, просто нет слов. Все семеро?

— Чарли, успокойся, ты слишком активный. Я не могу ответить сразу на триста твоих вопросов. Дай сигарету, — Элл протянула ладошку, в которой почти сразу же оказался заказ Элл вместе с зажигалкой. — Могу сказать только одно, — говорила Элл с сигаретой в зубах, — я не о чем не жалею.

— Еще бы, — Чарли издал смешок, забирая зажигалку. — Трахаться сразу с семерыми. Хорошо, если ты не можешь ответить на мои вопросы, пока что, то давай так. Я задам тебе всего лишь один вопрос, и ты на него ответишь, окей? — Элл кивнула в знак согласия, немного поправляя кепку. — Кто лучше всех в постели?

Элл нахмурилась и посмотрела на Чарли, как на идиота, хотя затем, она лишь тяжело вздохнула, вспоминая, с каким извращенцем ведет беседу. Скорее, она даже удивилась, что Чарли отреагировал с таким шоком, а не первым делом задал столь интригующий его вопрос.

— Никто. Мне все нравятся одинаково.

— Хм, справедливо-справедливо. Ладно, хорошо, — Чарли вновь приземлился рядом с Элл. — Допустим, я осознал всё то, что услышал. Допустим, я это принял более-менее адекватно. Допустим, хорошо. Твои припадки начались после того, как у тебя появились истинные? — Чарли попытался перейти на более серьезный тон и переключить всё свое внимание на психологические проблемы своей подруги.

— Скорее всего, да, — Элл закивала несколько раз. — Ты помнишь, что со мной было, верно? Сейчас это проявляется немного легче, ибо я ухожу в работу. Но я не знаю, как сделать так, чтобы я вновь полностью вернулась на поверхность. Я не хочу, чтобы ты подумал, что мне не нравятся мои истинные, нет, просто я хочу исправить свое положение и жить с этим в спокойной обстановке, а не испытывать периодически дикие приступы самобичевания, — Элл сделала глубокую затяжку, слегка прикрывая глаза.

— Ты с ними говорила на эту тему? — Чарли достал свой воппер с сыром вместе с фантой и картошкой фри.

— Нет. Я очень боюсь рассказывать им, что со мной творилось тогда.

— Ну и дура, — лаконично ответил Чарли, смачно поедая свой ужин. — Ты не жумаешь, што ешли ты ш ними поговоришь, чебе штанет легче?

— Мне придется рассказать абсолютно всё. Начиная, наверное, со школы, если не с садика, — Элл стала медленно попивать колу через трубочку. — Страшно, что они захотят избавиться от меня или будут думать, что я сумасшедшая.

— Я же говорю, дура, — прожевав, сказал Чарли, и почти сразу получил кулаком в плечо. — Я сейчас тебе пытаюсь помочь, а ты меня бьешь.

— Я тебе душу выкладываю, свои секретики, а ты меня обзываешь.

— Это не обзывательство, это диагноз, — Чарли был готов к еще одному удару, но Элл лишь закатила глаза. — Поверь мне, после нашего с ними знакомства, я сразу что-то заподозрил, помнишь? Сразу ощутил эту жгучую ревность и какое-то соперничество. Ты омега, ты ничего такого не чувствуешь. Ты прекрасно знаешь мой опыт в любых отношениях, так что я могу с уверенностью сказать, что, узнав твое прошлое, они уж точно не бросят тебя. Тебе нужно поговорить с ними, раскрыться, чтобы у вас не было секретов. Вот у нас с тобой всё просто, правильно? Поэтому мы не нервничаем, мы уверены друг в друге. Вот и пусть у вас всё будет разложено по полочкам.

Пока Чарли продолжил поедать свой воппер, Элл задумчиво уставилась на свой бумажный стакан с колой. Чарли сказал то, что ей и хотелось услышать. Подтверждение привязанности её альф к ней же самой. Да, как бы эгоистично это не звучало, ей нужно было услышать это от постороннего. Не от себя самой, не от её истинных альф, а от того, кто не находится внутри их жизни.