Страница 30 из 60
— Я попытаюсь, — единственное, что пришло мне в голову.
— Рад слышать, — он мягко улыбнулся. — Кстати, мне понравились наброски в твоем альбоме. Ты часто их делаешь?
— Когда просыпается желание, — пожав плечами, я выпрямилась и посмотрела на Джумина, натягивая пиджак плотнее к телу.
И вправду прохладно.
— Я думал, что ты можешь настолько волшебно рисовать только людей, но то, как ты передала всю утонченность и грацию Элизабет Третьей на обычном наброске — поразительно, — он с легкой восторженностью смотрел на меня.
— Я редко рисую животных, на самом деле. Но твоя Элизабет так и просится, чтобы её рисовали, — я улыбнулась, поправляя волосы, которые начали мешать мне из-за ветра. — Может, зайдем обратно?
— Не спрашивай, — Джумин открыл передо мной дверь, чтобы я зашла внутрь.
Если честно, не хотелось мне отдавать ему пиджак. Совсем не хотелось. Мне было тепло в нем и хорошо, да и запах парфюмов успокаивал, почти что клонил в сон.
Я выкинула бычок в мусорник, чтобы не сорит где попало. Заметив Элизабет, которая уже лежала на диване, галантно подобрав под себя передние лапки, она напомнила мне сложенный в нескольких слоях пушистый белый шарф. Она медленно завиляла хвостом из стороны в сторону, когда заметила нас.
Мне захотелось нарисовать её на полноценной картине и подарить Джумину, ведь он так любит её и трепетно относиться к ней. Та улыбка, которую он дарит кошке, не получила ни одна женщина, я уверена в этом. Мистер Хан не смотрит ни на кого с таким особенным влюбленным взглядом.
Взяв скетч-бук с журнального столика вместе с карандашом и ластиком, я села на диван напротив Элизабет, открыла пустой лист и стала выводить изображение кошечки. Я часто смотрела на неё, ведь хотелось в точности передать её удовлетворение, что она не одна, хозяин дома, всё тихо и спокойно. В то же время, она медленно вертела головой, проверяя, всё ли в порядке с её владениями.
Джумин в это время сел в кресло, в котором недавно сидела я, и наблюдал за мной. Я была слишком сильно сосредоточенна на рисунке, поэтому не могла в точности сказать, как мистер Хан смотрел на меня. Мне хотелось запечатлеть как можно больше деталей, чтобы потом перенести это на полотно.
Когда я закончила, мне захотелось погладить Элизабет. Она была слишком пушистой, поэтому желание коснуться её мягкой шерстки возникало само собой. Хотя, даже если бы я увидела собаку, всё равно потянулась бы к ней рукой, лишь бы только прикоснуться к ней.
Элизабет Третья довольно замурчала и сразу развалилась, выпрямляя лапки. Прикрыв глаза, она позволила мне погладить её и почесать за ушком, иногда двигая головой, чтобы я касалась пальцами именно там, где она хочет.
— Она такая бусичка, — умиленно сказала я, не отрывая взгляда от кошки.
— Я знаю, — Джумин слегка улыбнулся.
Посмотрев на него, я заметила за ним часы на стене. И, о Боже, уже почти одиннадцать, а я всё еще дома у Джумина. Я помню, что он предлагал остаться, но это будет не вежливо с моей стороны опять отбирать у него кровать.
— Джумин, я, наверное, домой поеду, — неуверенно начала я, скидывая его пиджак и кладя на диван. — Уже поздно, — я посмотрела на него виноватым взглядом, хотя почему я чувствовала себя ужасной, не понимала.
— Я же говорил, можешь остаться у меня, — он тоже встал с кресла и подошел ко мне.
— Но, Джумин, я не могу, — я стала нервно мять пальцы, не понимая, почему так нервничаю.
Я имею право отправиться домой, да?
— Почему? — он слегка нахмурился, смотря на меня. — Тебе не комфортно здесь?
Он был озадачен, но в то же время он был спокойным, даже тон голоса не изменился. Джумин смотрел на меня, искренне не понимая, почему я хочу уйти в такое позднее время.
Как бы ему сказать, что это не вежливо быть дома у мужчины и ночевать в его кровати второй раз, хоть мы и не связаны чем-то серьезным, кроме дружбы. Тем более, такой, как Джумин, должен быть осторожным, кто-то может заметить меня и пойдут слухи.
— Потому, что я не хочу доставлять тебе неудобства, — на выдохе ответила я, смотря тому в глаза.
Он чуть наклонил голову вбок, пытаясь понять, о чем конкретно я говорю.
— Неудобства? — переспросил Джумин, ладонью поправляя свои волосы и отводя взгляд куда-то в сторону. — Прошу прощения, если моё поведение заставляет тебя так думать. Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя подобным образом, — он вновь посмотрел на меня из-под слегка опущенных век. — Венди, я не знаю, как правильно объяснить то, что я чувствую, когда рядом с тобой. Поэтому я не хочу, чтобы ты уходила, — мягким, почти что завораживающим голосом говорил мистер Хан, не отрывая взгляда от меня.
— Что ты имеешь ввиду? — чуть нахмурившись, спросила я, наблюдая за тем, как Джумин недовольно сводит брови к переносице, вновь перемещая взгляд в сторону.
Сейчас поведение мистера Хана не то, чтобы резко отличалось от обычного, но он был не таким, как всегда. Я впервые видела его таким запутанным и от части растерянным. И мне нравилось смотреть на эту сторону Джумина. Другую, которую, возможно, никто не видел.
Но я могу преувеличивать.
— Меня раздражает то, что я сам не могу до конца понять, почему мне захотелось вновь позвать тебя к себе. Сначала я думал, что это из-за Элизабет Третьей, ведь ты ей понравилась. Я был уверен, что она будет рада вновь тебя увидеть, — он опять посмотрел на меня. — Но сейчас, по сравнению со вчерашним вечером, когда я рядом с тобой — я чувствую себя странно. Из-за этого чувства я не хочу отпускать тебя домой.
Это было неловкое и непрямое признание в любви?
Да нет, Венди, такого быть не может.
Мистер Хан выжидающе смотрел на меня, чем заставлял покрываться мурашками. Каждый раз, когда его глаза встречались с моими, мне хотелось, чтобы он не отводил взгляд.
Я улыбнулась, чем заставила Джумина удивленно вскинуть брови. Он и так не мог точно определить, что с ним происходит, а теперь еще и моя реакция на его удивительно чувствительные и искренние слова вовсе сбила с толку.
— Прости, Джумин. Ты просто очень милый, — мягко произнесла я, сама же удивляясь своей интонации. — Ты запутался точно так же, как и я. Возможно.
Мистер Хан наблюдал за тем, как теперь мой взгляд бегает туда-сюда, как я начинаю мять пальцы, пытаясь подобрать нужные слова.
Если я скажу, что это любовь, он наверняка посмеется и скажет, что я говорю чистой воды бред, причем слишком уверенно. Да и тогда он поймет, что я к нему чувствую, и может отказаться от чего-либо подобного. Ему не нужны такие отношения со мной. Я должна помнить, что такая, как я, не подходит ему.
— Как и ты? — он подошел чуть ближе.
Нет.
Слишком близко!
Сглотнув, я подняла на него свой взгляд. Джумин был очень близко. Это заставило меня смутиться, резко покраснеть, вздрогнуть и чуть ли не задохнуться. Меня это пугало, сбивало с толку. В его взгляде была одна уверенность, кое-где насмешливость над резким изменением моего поведения.
— Нет, в смысле… Я другое имела ввиду, — я хотела сделать шаг назад, но Джумин остановил меня, схватив ладонью за руку чуть выше локтя, не давая двигаться.
— Венди, не отходи от меня, — мистер Хан плавно переходил на низкий шепот.
Я резко втянула в себя воздух и вздрогнула, ощущая, как мое сердце начало бешено колотиться. Я чувствовала его ладонь, пальцы, которые обхватили руку. Он не делал мне больно совершенно, но умудрялся одной рукой заставить остановиться и не идти дальше.
— Джумин, это всё неправильно, — я нахмурилась, пытаясь разозлиться, но у меня плохо получалось.
— Что именно? — Джумин слегка прищурился, внимательно следя за тем, как на моем лице играют эмоции.
Он и вправду слишком близко, это невыносимо. Я начинаю чувствовать себя странно, еще страннее, чем это вообще возможно. Я чувствую его туалетную воду, вижу его ключицу, которая слегка открыта из-за расслабленного галстука. Вижу его шею, его губы, глаза. Да, глубоко-серые глаза, в которые хочется смотреть вечность.