Another Road

Может, пригласить его домой? Но Элис уже должна быть дома. Не хочу ей мешать, да и у нас в квартире Армагеддон. Элис не успевает убирать из-за съемок, а меня почти не бывает дома. Нет, это плохая идея. Да и моя маленькая квартирка по сравнению с хоромами мистера Хана – коробка для котят.

Потушив сигарету, я заметила подъезжающую знакомую машину. Когда она остановилась напротив меня, я тут же заскочила внутрь на переднее сиденье и пристегнулась.

— Привет, — сказал Джумин, сосредоточенно осматривая меня. — Ты вся в краске, ты это знаешь? — серьезным тоном спросил мужчина, посмотрев мне в глаза.

— Знаю. Сегодня дома отмою, — с улыбкой сказала я, пока Джумин выезжал на главную дорогу.

— Лучше заедем ко мне. Элизабет Третья скучает, меня целый день не было дома, — мистер Хан устало вздохнул, чуть ослабевая галстук. — Ты не против побыть у меня? — он глянул на меня, пока мы остановились на светофоре.

Он вряд ли спрашивал. Он просто утверждал, используя вопросительный тон. Его взгляд так и говорил мне, что я должна согласиться, ведь отказа он не потерпит. Джумин чуть сильнее сжал руль, что заставило вновь посмотреть на его пальцы. Потом я отвернула взгляд на дорогу и кратко кивнула, начиная мять свои пальцы.

— Нет. Я соскучилась по Элизабет. Но ведь уже поздно, — неуверенно начала я.

— Останешься у меня, ведь такое уже было? — он мягко улыбнулся, давя на педаль газа.

— Как твой день? — решив сменить тему, спросила я.

— Я устал. Целый день мне приходилось работать над одним проектом. Мисс Кан тоже была занята поручениями, поэтому даже она не смогла приехать к Элизабет и присмотреть за ней. Хорошо, что ты позвонила. Я думал написать тебе, но ты упоминала, что вновь будешь занята всю неделю. Поэтому не хотел тебя отвлекать, — он устало вздохнул и поправил ладонью волосы.

— Элизабет часто остается одна? — я вопросительно посмотрела на него, неосознанно наслаждаясь его элегантным профилем.

— Относительно. Часто за ней присматривает мисс Кан, если я уезжаю на долгое время, — Джумин кинул на меня взгляд. — Что ты рисовала? Опять не ответишь?

— Нет, конечно, — я еле заметно ухмыльнулась. — Я же говорила, что увидишь на выставке.

— Я заинтригован, — сказал Джумин, улыбаясь.

Когда мы подъехали к многоэтажному зданию, мы вышли из машины. Джумин накинул свой пиджак и пошел вперед. Я последовала за ним, чувствуя себя неловко. Вокруг были люди, одеты исключительно официально, а я, скорее, походила на подростка, который сбежал из школы.

Зайдя в лифт, Джумин нажал на кнопку своего этажа.

О, мы одни в лифте.

Мы довольно близко стоим друг к другу.

Но ведь такое бывает только в фильмах, да? Вряд ли Джумин прижмет меня к стенке и станет страстно целовать. А может, он тоже об этом думает? А смотрел ли Джумин Хан вообще такие фильмы? Я же вообще ничего не знаю о его вкусах в таких банальных вещах.

Я услышала, как Джумин улыбнулся, смотря на меня.

— Что? — в недоумении спросила я, смотря на мужчину.

— Ты как-то говорила, что я забавный, но сама не представляешь, насколько забавляешь меня ты, — его серые завораживающие глаза внимательно смотрели на меня с каким-то наслаждением.

Я немного покраснела и отвела взгляд на дверь перед собой. Неужели я сейчас смешная? Конечно, Венди, ты выглядишь как сбежавший ребенок-переросток из детского сада. Еще бы ты не была смешная.

— Извини, нужно было как-то отмыть себя в мастерской, — я заправила локоны за уши и скрестила руки на груди.

— Нет, так ты бы только всё размазала, — мягко произнес Джумин.

Мы вышли из лифта и мне даже легче стало дышать. Когда мы зашли в квартиру, к нам сразу же подбежала белая пушистая лапочка, которая по дороге что-то мяукала, как бы приветствуя своего хозяина.

Естественно, она сначала подошла к Джумину, стала тереться о него и громко мурчать. Я не помню, так ли она реагировала на него прошлый раз, ведь я быстро удалилась в уборную, обниматься с белым другом.

— Привет, — Джумин ласково поднял её на руки, поглаживая ладонью мягкую шерстку.

Элизабет Третья довольно терлась мордочкой о нос мистера Хана, немного покусывала его пальцы, нервно дергала хвостом со стороны в сторону, но все равно радостно мурчала. Затем Джумин отпустил её, и Элизабет подошла ко мне, аккуратно обнюхивая мои ноги. Я присела на корточки, протягивая ладонь кошке, надеясь, что она меня еще помнит, ведь тогда она даже засыпала со мной.

Белоснежная малышка почти сразу потерлась мордочкой о мои пальцы, заставляя меня улыбнуться.

— Какая же она милая и красивая, — Элизабет ушла в сторону кухни, показывая, что проголодалась.

— Я знаю, — удовлетворенно улыбнулся Джумин.

Скинув обувь, мистер Хан пошел кормить Элизабет, а я, так же сняв кеды, зашла в гостиную, осматриваясь. Словно вчера тут была. Всё та же идеальная чистота, тот же строгий запах и тишина. Высокие потолки давали ощущение свободы и вольности в движениях, не ощущалось, что ты в клетке, а наоборот. Хоть и в прошлый раз, когда я тут была, мне удалось изучить почти каждый уголок квартиры, мне всё равно было интересно осмотреть всё заново. Так светло и просторно, такой чудесный вид на город, особенно ночной.

Положив рюкзак возле дивана, я подошла к окну, скрещивая руки на груди. В голове сразу всплыла недавняя картина, на которой я изображала мистера Хана. Хоть там и был изображен дневной город, но точно ли я передала атмосферу? Так ли выглядит само окно, дома внизу? Смогла ли я изобразить подходящую позу мистера Хана?

— Мне тоже нравится вид из этого окна, — ко мне подошел Джумин, скидывая пиджак на диван. — Особенно ночью, когда видно небо, — он внимательно посмотрел на меня.

— Если сравнивать дневной и ночной город, то я предпочитаю ночной, ведь играет контраст между светом, которого не так уж и много, — я слабо ухмыльнулась и посмотрела на Джумина. — Такой вид и рисовать легче. Знаешь, не нужно задумываться, как рисовать небо, в каких тонах, какие краски смешивать, чтобы передать утреннее или дневное солнце, как его лучи падают на город. Луну тоже тяжело изобразить, передать всю магию её существования в целом, но это интереснее, как по мне, — сосредоточенно рассуждала я, не отрывая взгляда от зданий, в которых кое-где горел свет в окнах. — Ой, извини, увлеклась, — я виновато улыбнулась, посмотрев на мистера Хана.

Джумин лишь мягко улыбался, вновь смотря на меня точно так же, как и в лифте. Ему нравилось слушать меня, наблюдать за мной в целом. В его взгляде так и читалось, чтобы я продолжала говорить.

— Всё в порядке, не извиняйся. Мне нравится слушать тебя, Венди, — мягко произнес Джумин, чуть наклоняя голову в бок. — Мой друг профессиональный фотограф и так же увлеченно может рассказывать о своей профессии. Наверное, все творческие люди ведут себя подобным образом.

— Мой отец может часами говорить о том, как поставить кадр так, чтобы всё было на своих местах, чтобы сама фотография получилась такой, как нужно. Может сделать сто фотографий, но выбрать одну, — я ухмыльнулась, вспоминая две недели съемок со своим отцом. — Впрочем, думаю, ты помнишь, как он вел себя в студии.

— Тем не менее, представитель журнала отписал мне, что всё вышло отлично, что не могло меня не радовать. Но, всё же, я считаю, что это заслуга твоего отца, — он задумчиво коснулся пальцами пуговицы на краю рукава белой рубашки.

К нам подошла довольная Элизабет, облизывающая свою мордочку. Она стала тереться о ноги Джумина, держа трубой пушистый хвостик. Мистер Хан обратил на неё внимание и тут же расслабленно улыбнулся, наслаждаясь тем, как кошка бродит между его ног.

Пока я следила за тем, как Джумин взял кошку на руки и стал чесать за ушком, мне в голову внезапно пришла замечательная, на мой взгляд, идея.

— Можно попросить тебя сесть сюда? — я подошла к дивану и указала на него ладонью.

Джумин удивленно вскинул брови, но спокойно присел туда, куда я указала. Достав из рюкзака свой скетч-бук, карандаш и ластик, я села в кресло, которое стояло напротив дивана и начала делать наброски.