Страница 41 из 44
Лилит резко зажала плоскогубцами коленную чашечку, раздалбливая её на мелкие кусочки. Опять этот ужасающий хруст, от которого в голову ударила новая вспышка отвратительных ощущений. Опять эта боль, мучения, новый поток слез и громкий крик.
Я визжала во всё горло, пытаясь заглушить звуки хруста, постоянно повторяющиеся у меня в голове. Но я не успела привыкнуть к этому, как Лилит уничтожила в щепки левую коленную чашечку.
Я вздрогнула и нагнулась чуть вперед, выплевывая слюни со рта. Мой плач переходил все границы, это превращалось в угнетающее рыдание. Мышцы всего тела сжимались, мозг не выдерживал такой нагрузки. В голове всё смешалось, была лишь всепоглощающая боль.
- Пожалуйста, прекрати, - еле разборчиво промямлила я сквозь мои рыдания и крики.
Никогда не думала, что меня заставит кто-то молить.
Лилит довольно улыбнулась, беря в руки какую-то веревку или кнут. Я не могла разобрать, ибо не было сил следить за её действиями. Мне хотелось, чтобы меня прикончили, лишь бы не видеть свои опухшие колени и руку.
Моя шея резко оказалась прижатой к спине стульчика, от чего я стала задыхаться и кашлять, еле успевая дышать. Слезы не останавливались литься с моих глазах ни на одну секунду, сердце бешено колотилось, почти что выпрыгивая из груди.
- Думаю, ты достаточно намучилась. А пока ты будешь без сознания, мой ребенок будет оплодотворять тебя. Ты выносишь мне моего внука и родишь, а затем, ты сдохнешь из-за причиненной твоим ребенком боли, - словно ядовитая змея шипела мне на ухо, пока я задыхалась и понимала, что перед глазами начинает всё темнеть.
У меня уже не было сил сопротивляться, мне хотелось просто умереть. Её слова убивали меня, я понимала, что я не в силах что-либо сделать.
Неужели так и закончиться моя жизнь? Я больше не увижу Данте?
Но вдруг кнут ослаб, а сама Лилит внезапно исчезла.
Я стала откашливаться и пытаться прийти в себя. Колени еще горели, как и рука. Я мучилась в агонии, но мой мозг словно открыл мне второе дыхание. Это удушье перезагрузило меня.
Мне нужно прийти в себя, мне нужно одолеть боль и выбираться отсюда. Хоть ползком, с переломанной рукой и коленями, я должна добраться до выхода.
Проблема была в том, что у меня не было опоры. Про ноги можно было забыть, а расшатать стул я никак не могла. Меня окутывали цепи, из-за них я не могла двигаться. У меня не было сил даже еле-еле шатнуться.
Я услышала, как сзади меня кто-то выбил дверь, в помещении стало немножко светлее.
Передо мной оказался Том, который с таким шоком в глазах смотрел на меня, что мне стало еще больше не по себе. Я боюсь представить, как я выгляжу.
- О Боже, Эвелин, - прошептал он, не в силах даже двинуться. – Т-Ты жива вообще?
Я еле кивнула. Перед глазами всё так же были слезы, но их уже было по-меньше.
Том осмотрел мои ноги, затем руку, а потом и шею с лицом. Кстати, да, эта стерва Лилит не трогала моё лицо, никогда. Чтобы не испортить его красоту, как она мне вечно говорила.
Пока она издевалась надо мной, во мне был лишь страх, а сейчас я очень зла, но тело не разрешает мне быть в таком состоянии. Все силы ушли на борьбу с переломами.
- Я даже не могу взять тебя. О, черт, да, - у Тома взгляд бегал туда-сюда, пытаясь найти выход из ситуации. – Тебе нужна регенерация тела, хотя бы частичная. Ты же помнишь, как мы с тобой это делали раньше? – он не смотрел мне в глаза.
Его руки дрожали, Том сейчас действительно превратился в маленького мальчика по своему поведению. Он испугался моего вида, он не понимал, что ему делать. Ему нужна была помощь старшего.
Я стала припоминать, как мы делились силами, когда в какой-то битве нас чересчур ранили. Тогда мы просто брались за руки и пытались сосредоточиться на передачи силы, да? Я же правильно думаю?
Мое тело не двигалось, я не хотела причинять себе боль каким-либо движением. Но я смогла слабо кивнуть в ответ Тому, пока тот всё так же осматривал меня.
- Черт, да, - он аккуратно взял мою ладонь целой руки и чуть сжал. – Попытайся немного сосредоточиться, Эвелин, - я слышала, как его голос вздрагивал.
Каким-то чудесным образом, я смогла сжать ладонью его руку и почувствовать необъяснимый прилив силы в моем теле. На моих глазах рука стала исцеляться, хоть и синева не проходила с кожи. Колени стали приходить в свой прежний вид. Осколки стали собираться в одно целое, приобретая форму здоровых коленей.
Но самое замечательное – боль с моего тела практически исчезла.
Том сделал основной наплыв регенерации на мои ноги, чтобы я смогла ходить. Рука полностью не зажила, но я хотя бы не чувствовала жгучего изнутри ощущения. Моё состояние улучшилось, но не полностью. Страх исчез, голова не была забита одной лишь мыслью, как выжить, а тело не дрожало.
- Ого, - прохрипела я, когда Том отпустил мою руку. – Спасибо тебе большое, - я еле говорила, так как голос был почти сорван, а пережатое кнутом горло давало о себе знать.
Том немного шатнулся, так как он вложил большую часть своих сил на моё восстановление. Затем он немного мотнул головой о посмотрел на меня. Наконец-то он посмотрел мне в глаза.
- Я рад, что тебе легче, - он стал ломать цепи тем, что было на тележках. – Я боюсь представить, что она с тобой тут вытворяла.
- Как ты меня нашел? – мало того, что я хрипела, так еще и медленно говорила.
- Ах да, это, - когда все цепи были сняты, он отложил инструменты и подал мне руку, помогая мне подняться на ноги.
Том еле держал меня, так как он был ростом по мои лопатки. Одной рукой он обнял меня за талию, а второй держал за здоровую руку, придерживая меня. Я смогла идти, но не сильно. Я почувствовала, что я ослабла. Тело исцелилось немного, но сил почти не было. Однако, мне нужно было передвигаться, я должна была.
Когда мы вышли из этой кладовки или комнаты пыток, я заметила знакомые бетонные стены. Значит, мы были в здании Мундуса. Хоть Том и придерживал меня, мне всё равно захотелось присесть, прислонившись спиной о стенку и отдышаться. Такое ощущение, что я пробежала триста километров со штангами в десять килограмм в руках.
- Прости, я не могу быстрее, - сказала я, сглатывая слюну и тяжело дыша.
- Я понимаю, Эвелин, но нам нужно двигаться. Неизвестно, что будет с этим зданием, когда Мундус будет повержен, - быстро говорил Том, присев напротив меня на колени. – Я знаю, что тебе тяжело, но нам нужно двигаться дальше.
Его голос звучал как-то отдаленно. Я понимала, что я могу сейчас отключиться. Видимо, мое сознание больше не выдерживало такого наплыва самых разнообразных ощущений. Меня клонило в сон.
- Нет, мне нельзя спать, - сказала я себе вслух и попыталась встать, но тут меня подхватили крепкие мужские руки, поднимая над полом.
Я удивилась, но тут же почувствовала знакомый аромат, от которого на душе стало так тепло и спокойно. Прикосновения этих рук ни с кем не спутать.
Повернув свою голову, я заметила сожалеющий и даже виноватый взгляд Данте. Он смотрел на мою шею, руку, ноги, полностью осмотрел меня, держа на руках, как невесту. Мне было еще немного дискомфортно, когда кто-то прикасался к коленям или руке, но даже сейчас я готова была это вытерпеть, лишь бы побыть рядом с ним.
Слезы полились сами собой, и я прижалась лицом к плечу Данте, здоровой рукой обнимая его шею. Я стала плакать, так как поняла, что мне пришлось пережить. Эти скачки страха, злости, сонливости, ужаса и боли заставляли меня плакать. Я была так рада, что он жив, что он пришел сюда.
Я заметила, что он был без плаща, лишь в одной майке. Его щека коснулась моей, теплое дыхание окутало мое ухо, из-за чего пошли приятные мурашки. Только сейчас мое сердце стало успокаивать свой ритм.
- Прости, что я не смог тебя защитить, - прошептал он, прижимая меня к себе, но из-за этого мне стало больно в руку, и я попыталась чуть отодвинуть его. – Да, прости. Том, что с ней произошло?
- Я восстановил её немного, она была в ужасном виде. Я не знаю, что именно Лилит с ней сделала, но на Эвелин были ужасные повреждения, - я заметила, как Том пошел вперед.