Страница 25 из 59
- Два кофе, если можно – улыбнулась я, обращая ее внимания на себя.
- С каких пор ты пьешь кофе?
- С тех самых пор, как перестала пить чай…
- Санем, а нам теперь нужно называть тебя Санем ханым? – понизив голос спросила Гюлиз.
- С ума сошла! Конечно нет! Гюлиз, ничего не изменилось, я все так же Санем.
- Ну уж нет, дорогая… Ты очень изменилась…
Вот и Гюлиз говорит, что я изменилась. Лейла с Айхан также сказали. И мама с папой… «Ты стала другой»… Я и чувствовала себя другой, как будто мне обновили все программы, затерев старые данные…
- Ты тоже похорошела – не желая признавать важность ее замечания, я все свела к простому комплименту. Больше я с Гюлиз не разговаривала, потому что пришли Дерен с Мари и мы приступили к переговорам…
- Санем, можно к тебе сестренка? – Лейла скреблась в мою деверь, а я лежала зажмурив глаза, притворяясь спящей. Но она не сдалась – Я знаю, что ты не спишь…
- Тогда заходи – тяжело вздохнув, я села в кровати, отвернув голову к окну. Я не хотела, чтобы она меня видела.
- Ты плакала? Я тебе помешала?
- Да, немного…
- Как ты? – я знала о чем она спрашивает. Вместо ответа я обняла ее и снова заплакала, потому что слезы душили меня. – Неужели не отпустило? Все настолько серьезно?
- Сестра, я так хочу вернуться в те дни, когда сидела в магазинчике отца и мечтала о писательстве, о Галапагосах, о путешествиях…
- Санем, не говори глупости. Посмотри, сестренка, разве плохо получилось?! Ты бы навсегда осталась мечтательницей, так ничего не попробовавшей в жизни. Сегодня посмотри, кем ты стала… Ты за этот год прожила больше, чем люди проживают за всю жизнь.
- Я за этот год, прожила несчастную любовь, Лейла. Любовь, которая измучила меня, превратила в больную.
- Да, сестрёнка… Но ведь прожила же… Многие оставляют этот мир так и не узнав, что такое любовь. А ты…
- А я? Я узнала… Я узнала о себе столько всего! Многое бы никогда не хотела узнать! Я бы никогда не хотела знать, насколько бессовестным человеком могу быть… Что могу предать любимого человека, что могу разрушить его жизнь…
- Я думаю, ты должна перестать винить в случившемся себя. Ты должна посмотреть на ситуацию по-другому.
- Как по-другому? Я же все это сделала? – Лейла не хотела понимать главного. После всего случившегося, я не знала как смотреть в глаза ребятам… Как притворяться прежней, если я теперь другая.
- Ты не одна все это сделала…
- Да, уж… Эмре видимо не мучается угрызениями совести…
- Он свое получил от отца, от брата… Да и мать его не погладила по голове – хоть меня и удивило последнее замечание Лейлы, но больше я была поражена ее тоном. Я думала сестра давно забыла про поступок Эмре и простила его. Но сейчас услышала осуждение, злость и даже жестокость в ее голосе.
- Ты все равно его любишь – это был не вопрос. Раз она до сих пор злится на него, значит любит. Ведь только когда любишь человека, тебе небезразлично что с ним, что он делает, как поступает. Оказывается, Лейла по-настоящему любит Эмре, раз не бросила его. Раз, не смотря на обиду и злость, осталась рядом с ним и поддержала его… Она его не простила, потому что любит.
А тот, кто не любил… тот забыл все и продолжил свой путь…
- Это не имеет никакого значения, Санем – голос Лейлы ворвался в мое сознание, возвращая меня к реальности – Этот человек совсем из другого мира. И потом, ты не думай, что я ему простила ту историю… то, что он сделал с тобой…
- Ой, сестра, брось, – я снова обняла ее, спасая нас обеих от неловкости – Я сама себе все сделала. Человек же не заставлял? Он просто обманул, а я поверила. Кто же виноват в том, что я оказалась такой доверчивой и такой глупой…
- Он хочет поговорить с тобой, но не осмеливается, – дорогая моя сестра… Как же у нее болит сердце за него и за меня. Как же много мне сейчас послышалось в ее полном надежды голосе. Лейла простит только после того, как я его прощу…
Как бы мне не хотелось сейчас закричать, что не хочу с ним разговаривать и видеть его не хочу… Но от этого зависело счастье моей сестры.
- Хорошо, я поговорю с ним… Но только не завтра… Не сразу…
- Тебя никто не заставляет, Санем. Если ты не хочешь, не говори… Я все понимаю.
- Я поговорю – пообещала я. Не знаю, о чем я буду с ним говорить после всего случившегося… После того, как на моих глазах этот человек уничтожил своего брата… уничтожил меня… Но я смотрела в большие голубые глаза моей сестры и знала, что смогу перешагнуть через себя. В конце концов, на самом деле в этой истории только я и виновата…
- Ты не хочешь у меня ни о чем спросить? – Лейла знала, что меня больше всего интересовало. Но она не знала, как сильно я боялась узнать ответы на свои вопросы. Поэтому я покачала головой, не осмеливаясь смотреть ей в глаза. – Хорошо, сестренка. Скажу кое-что? Этот итальянец, Марио… он очень симпатичный и все время поглядывает на тебя. Очень мне понравился… Мне кажется он к тебе неравнодушен…
Я молчала, думая существует ли что-то в этом мире, что поможет мне забыть про Джана… перешагнуть через прошлое и идти дальше. Лейла по своему пытается сказать мне именно это. Я должна все забыть и отпустить. И я даже думала, что отпустила… поверила в то, что смогла это сделать... А в действительности, болезнь отказывается отступать. Я не могу забыть про Джана, потому что вижу его везде… Все, что меня окружает напоминает мне о нем, о моем альбатросе… О моей несбывшейся мечте…
Джан
Я злился на весь мир! На всю вселенную и даже больше! Я злился на самого себя за то, что стал таким безвольным и слабохарактерным… Я злился на нее, за то, что она уничтожила меня окончательно!
Стоя перед дверью, я не решался войти, потому что там был Эмре. Он был дома – машина стоит на месте, да и свет в доме горит. Я так и не смог перешагнуть через предательство Эмре. Вроде и эмоции сошли на нет, и обида прошла… Но все равно, я не мог простить ему.
- Брат? – Эмре в изумлении уставился на меня. – Как ты тут оказался?
- Помешал? Мне остановиться в отеле?
- Нет, нет – он испуганно схватил меня за руку и затащил внутрь. – Брат, я так рад, что ты приехал.
Он смотрел на меня в нерешительности. Я понимал, что он хочет меня обнять, но не решается.
- Отец позвонил, попросил приехать – буркнул я оправдываясь. Как будто боялся, что он сейчас поймет, почему именно я приехал. Хотя не сомневался, что сразу же понял.
- Хорошо сделал, что приехал – повторил Эмре и все-таки не сдержавшись обнял меня. Конечно наши объятия с годами все больше отдалялись и мы иногда ограничивались простым прижатием плеча к плечу, но неизменным оставалось всегда одно – Эмре хватал мою одежду и зажимал в кулаках, прямо как в детстве. И по силе этого движения я всегда понимал насколько мой младший брат по мне соскучился. И чем сильнее он сжимал кулаки, тем счастливее я становился… А сейчас я не знаю, как мне реагировать на его мертвую хватку…
- Я устал – это все, что могу сейчас сказать ему. А он смотрит на меня в надежде, он ждет…
- Конечно, извини – Эмре разжал руки и освободил мою футболку. А я отвел взгляд, потому что не мог видеть разочарование мелькнувшее в его глазах. Я знал, что он ждал от меня прощения, ждал разговора, ждал шага в его сторону. Но мои ноги приросли к полу, а язык окаменел. Развернувшись, я подхватил сумку и пошел к себе.
Я чувствовал его взгляд, спиной ощущал его. И все-так решение остановиться дома было ошибочным:
- Завтра я хочу поехать в офис пораньше, чтобы ознакомиться с делами…
- Если ты не возражаешь… – он остановился на полуслове. Мое сердце сжалось… Первый раз с того самого дня, я по настоящему ощутил, как ему тяжело со всем этим справиться. Очень тяжело…
Оказавшись в своей комнате я не почувствовала ожидаемого облегчения. К сожалению, я не могу оставить свои мысли за дверью также, как оставил там Эмре. Они всегда со мной, всегда преследуют меня, не позволяют забыться хотя бы на минуту. Я к этому уже привык… Без этого я уже не мог…