Наконец-то вместе

- Вкусный кофе.Но вкус чая мне нравится больше. Особенно заваренного тобой.

В гостиной повисла тишина, все приступили к кофе. С особым интересом я следила за сестрой, но она как будто почувствовала, отложила чашку и, повернувшись к свекру, что-то ему прошептала. Тот послушно кивнул:

- Нихат бей, Мевкибе ханым, наш приход в ваш дом всем ясен. Поэтому я хочу перейти сразу к делу. Наши дети любят друг друга и хотят создать семью – Азиз бей откашлялся, искоса посмотрев на нас, – давайте поможем им в этом.

- Поможем – согласились мама с папой и все присутствующие.

- Ну тогда… С позволения Всевышнего и благословения Пророка мы просим руки Санем для нашего сына Джана, – слова доносились откуда-то издалека, я почувствовала, что силы покидают меня и тело становится невесомым. – Отдаете, Нихат бей?

Дальше я не помню ничего, в глазах потемнело, уши заложило, как будто я нырнула в воду. Холодные капли падали на лицо, мне было почему-то неприятно.

- Санем! Санем! – кто-то звал меня издалека. Голос стал приближаться.Это был голос Джана.

Я открыла глаза, голова гудела, в ушах все еще «стояла вода». Я лежала на диване, надо мной склонился Джан, лицо его было очень испуганным. За ним стояли мама с папой, Лейла и Азиз бей. Следующим рядом выстроились все остальные.

- Джан?

- Милая, ты в порядке? – голос Джана дрожал и это напугало меня еще больше.

- Что со мной случилось?

- От радости упала в обморок! – крикнул Джейджей с последнего ряда.

- Конечно обрадуется, честное слово я сам рад. Сколько раз ее пытались замуж выдать, наконец смогли.

- Заткнитесь оба – рявкнула на них Лейла и оба сразу же замолчали.

- Санем, дорогая, голова не кружится? – мама присела рядом.

- Нет, я чувствую себя хорошо – мне казалось, что я чувствую себя хорошо, но как только попыталась подняться все опять закружилось перед глазами.

- Так, все! Срочно, едем в больницу – скомандовал Джан, наклоняясь ко мне, чтобы взять на руки.

– Джан, пожалуйста. Я хорошо себя чувствую. Просто переволновалась. Прошу тебя не нужно в больницу – я больше себя убеждала, чем его. Он подозрительно посмотрел на меня:

- Хорошо, милая. Но если что, имей ввиду…

- Если что, мы поедем в больницу. Обещаю!

- Всё! Успокоились все и дайте ребенку дышать свободно – скомандовала мама.

- Мама, успели отдать? – меня сейчас интересовало только это.

- Успели, успели – радостно подтвердил Азиз бей, но смотрел на меня все же настороженно.

- Отдать успели, осталось только кольца надеть. Давай поднимайся ребенок – мама помогла мне подняться. – Азиз бей, продолжим?

- Конечно, конечно. Лейла, дорогая, где кольца?

Лейла как по волшебству откуда-то вытащила серебряный маленький поднос, на котором лежали два кольца перевязанных красной лентой. Я чувствовала, как подрагивает рука Джана, держащая меня за руку.

- Итак дети, – Азиз бей взял с подноса кольца и обойдя нас, встал сзади, – пусть ваша любовь только крепчает с годами, пусть ваши руки всегда будут неразлучны, а сердца связаны между собой также, как связаны эти кольца. – Он надел кольцо мне на безымянный палец, затем повернулся к Джану. Мы стояли напротив наших родителей, связанные алой лентой. Я вспомнила как Джан говорил мне: «Раньше люди верили, что от безымянного пальца к сердцу отходит вена. Благодаря этому влюбленные могут чувствовать сердцебиение друг друга у себя в сердце». И я могла поклясться, что слышала сердцебиение Джана у себя в груди.

Азиз бей взял ножницы, и я зажмурилась, не хотела смотреть на то, как он разрежет ленту. Но неожиданно почувствовала, как лента дернулась. Непроизвольно распахнув глаза, я увидела улыбающееся лицо Джана, его горящие любовью глаза. Пока Азиз бей резал ленту, я смотрела в его глаза и думала «Ах, Санем, какая же ты глупая. Ну разве какие-то ножницы могут разрезать ту связь, что между вами уже существует. Глупая Санем».

И вот наконец обряд был совершен, лента перерезана, все кинулись поздравлять нас. Я же пыталась прорваться к Джану, потому что чувствовала острую необходимость в его прикосновении, его поцелуе. Мама, папа, Азиз бей… люди не заканчивались, а мое терпение уже исчерпалось. Я оттолкнула Джейджея, который по третьему кругу подошел ко мне и прижалась к Джану. Его руки сомкнулись вокруг меня, его губы нашли мои губы. И… Я даже не могла себе представить, что Джан умеет так целоваться… так целомудренно... Я возмущенно посмотрела на него и схватив ладонями его лицо притянула к себе.

Джан

Весь вечер был для меня чем-то нереальным. Я смотрел на Санем и пытался вспомнить, когда это улыбающееся солнышко вошло в мою жизнь. Мне казалось, она была в моем сердце всегда. Когда-то прочитав слова Фрейда о что, что мы встречаем только тех людей, кто уже существует в нашем подсознании, я только посмеялся. Теперь точно могу сказать, я встретил Санем потому, что она всегда жила в моем подсознании, в моем сердце.

Рассеянно прислушиваясь к разговору, я рассматривал золотое кольцо на безымянном пальце. Оно оттягивало палец непривычной тяжестью. Я смотрел на него и думал, что отныне я принадлежу Санем и могу об этом сообщить всему миру. Не нужно больше прятаться и скрываться. Каждый кто посмотрит на меня поймет, что я принадлежу ей, я больше не одинок. Сегодня я испытал новый уровень счастья. Таких ощущений и чувств я еще ни разу не испытывал.

Я был очень рад, что этот день случился в моей жизни. Единственное, что его омрачило – неожиданный обморок Санем. Я испугался. Я потерял способность думать, дышать, двигаться. Меня парализовало. До сих пор мои руки дрожали, и я боялся отвести от нее глаз. Именно по этой причине я отказался оставлять ее и ехать домой. Санем уговаривала меня, убеждала что чувствует себя хорошо, но я видел ее бледное лицо. Поэтому никакие уговоры и убеждения не могли на меня подействовать.

Поняв, что я настроен серьезно, даже родители Санем не смогли мне противоречить. Они понимали, что все закончится еще хуже, я просто заберу жену с собой, поэтому подумав нашли выход их ситуации. Нихат бей предложил отцу «сыграть с ним в нарды». Лейла и Эмре уехали домой, а Мелихат, проинструктированная моей тещей, побежала на улицу рассказывать соседям как прошло обручение. Никогда не смогу привыкнуть к тому, что все происходящее в доме становится общедоступным.

Санем потянула меня в свою комнату, чему я был несказанно рад. С тех пор как я увидел ее на лестнице, только об этом и мечтал.

- Только не обращай внимания на беспорядок – заволновалась она.

- Неужели ты думаешь, что я вижу хоть что-то сейчас?

- Не видишь?

- Нет.

- А меня ты видишь? – Санем подошла ко мне очень близко.

- Только тебя и вижу. Везде и всюду – я обнял ее, прижал к себе, вдохнул ее аромат. – Я так соскучился.

- Джан, мы же виделись сегодня ночью, да и сейчас вместе.

- Я ужасно соскучился, Санем. Хочу, чтобы ты быстрее вернулась домой. Мне там делать нечего без тебя.

- Я тоже этого очень хочу, – глаза Санем наполнились слезами, да я и сам был готов заплакать. Я хотел, чтобы моя жена была рядом со мной в нашем доме. – Нам осталось потерпеть еще пару дней. И все закончится.

- Все только начнется – я прижал ее что было силы, но услышав жалобный стон сразу же отстранился. Я снова вспомнил ее неподвижное тело в своих руках. – Ты должна лечь, сейчас же!

- Пожалуйста, Джан! Не начинай снова! – Санем отодвинулась от меня и лукаво улыбнувшись поманила к себе – лучше помоги мне раздеться.

- Санем, ты же понимаешь, чего от меня просишь? – я с трудом сглотнул.

- Понимаю, очень хорошо понимаю.

- Ты что, пытаешься меня соблазнить?

Она не ответила, только весело улыбнулась и подняв волосы встала перед зеркалом, ожидая, когда я расстегну молнию. Я стоял и смотрел на ее отражение, любовался ей. Понимал, что если я сейчас к ней прикоснусь, то мне будет очень нелегко остановиться, практически невозможно. Поэтому взяв за руку, я повел ее к кровати, и уложив, лег рядом.