Наконец-то вместе

- Санем, что это за новости?

- Какие новости? – на минуту мне показалось, что она все знает. Неужели Метин не смог объяснить Дерен, чтобы та никому пока не рассказывала.

- Ты осталась на ночь у Джана?

- Лейла, мы здесь не одни, я не хочу обсуждать свою личную жизнь при ком-то.

- Они заняты работой и не слышат ничего. А ты не увиливай от ответа!

Я развернулась и вышла. Сегодня передо мной стояла та Лейла, с которой я не хотела общаться. Ее приказной тон мне напомнил старые времена, когда она работала в агентстве, а я просила ее меня тоже устроить в ФикриХарика. Сейчас она также высокомерна и холода, как тогда. Я даже ждала, что она вдруг скажет: «У меня в агентстве свой имидж, я не могу взять ответственность за Санем! Мы там рекламу делаем, а не скотоводству обучаем! У меня там репутация, я все-таки правая рука господина Эмре!»

Я хотела зайти в гостиную, но Лейла перехватила меня и потащила дальше по коридору. Мы оказались в детской, которая больше была похожа на картинку из журнала, чем настоящую детскую комнату. Она была очень большой и красивой, но совершенно нежилой.

- Итак, я тебя слушаю. – Лейла скрестила руки на груди, и вздернув подбородок ждала мой ответ.

- Сестра, тебе не кажется, что я слишком взрослая для того, чтобы ты так со мной разговаривала?

- Я с тобой очень нормально разговариваю. Ответь мне, ты на самом деле ночевала с Джаном?

- А в чем твоя проблема, даже если это так? – меня начинал раздражать ее тон. Мне хотелось схватить ее и встряхнуть как следует, чтобы все ее высокомерие слетело с нее.

- Ну, у меня-то проблем нет. Я живу в современном мире и могу понять все. Но вот родители очень встревожены.

- Не переживай, я смогу держать ответ перед родителями. – Я отвернулась от нее и начала рассматривать игрушки.

- Как хочешь, сестренка. Только в следующий раз, сама сообщай родителям шокирующие новости, а меня не втягивай больше в свои авантюры.

– Что, досталось тебе? – я не смогла сдержать довольную улыбку, когда представила бедную Лейлу вод градом маминых воплей.

- Досталось. – Лейла подошла ко мне и развернула к себе. Посмотрела мне в глаза, но уже не холодным взглядом Снежной королевы, а взглядом старшей сестры – Ты счастлива?

Этот простой вопрос заставил меня сдать свои позиции. Я сразу размякла и уже открыла рот, чтобы все выложить своей сестренке, но вовремя спохватилась. Лейла так легко не сдается, уж я ее хорошо знаю:

- Не получается, сестра. Попробуй еще раз. – я не смогла сдержать смех, когда лицо Лейлы покраснело от злости.

- Хорошо, как знаешь. Но я тебя предупреждаю, готовься к разговору с родителями.

Я не ответила ничего, подошла к маленькой кроватке:

- Мелек спит здесь одна?

- Это ее комната, где же ей спать? И потом, она не одна, она с няней.

Я кивнула. Вокруг была такая тишина, что даже разговаривать было страшно.

- У тебя здесь очень тихо.

- Да, мы долго искали это место – Лейла ходила за мной по пятам и поправляла все вещи, которые я трогала. Даже если они в этом не нуждались.

- Я даже не знаю, смогла бы жить в такой тишине? – я обратилась больше к себе, чем к ней.

- Потому, что ты привыкла жить в простом районе.

- Что, прости? – я не могла поверить, сколько высокомерия она вложила в эти слова. – Ты говоришь о нашем районе?

- Я имею ввиду, что он настолько маленький, что люди живут друг на друге. Все как на ладони. Каждый может сунуть свой нос в твои дела. Вот как сейчас, например. Маме приходится оправдывать тебя и выгораживать, потому что все спрашивают, где ты и правда ли то, что ты живешь с мужчиной, хоть и не замужем.

Меня сейчас мало волновало, кто и что про меня говорит. Я не могла оправиться от шока, когда услышала слова Лейлы. Я вспомнила день, когда она собрав чемоданы переехала в дом Дивитов и госпожа Хюма встретила нас именно с такой речью. Тогда она назвала наш район «простое, дешевое, необразованное захолустье». Но то была Хюма, а теперь эти же речи говорит моя собственная сестра, выросшая в этом самом «захолустье».

- Сестра, ты скучаешь по нашему дому? По своей комнате? По нашим спорам по утрам, когда я прятала твои вещи?

- Санем, сестренка. Я с тобой про серьезные вещи говорю, а ты про какие-то глупости думаешь.

- Для меня это не глупости! Ответь мне, пожалуйста, – к горлу подступил комок. Как она может быть такой хладнокровной, такой забывчивой? Настолько забывчивой, что отчий дом для нее глупости.

- Мы давно выросли – сказала Лейла после минутного молчания. – Конечно я скучаю по прошлому, но сейчас у меня другая жизнь. Муж, ребенок. У меня нет времени предаваться воспоминаниям.

- Да, сестра, ты права. Работа, спортзал, салоны красоты забирают слишком много времени. Про работу я вообще молчу, ты же теперь деловая женщина.

- Зря ты иронизируешь – обиделась Лейла. Я не успела ей ответить, Азиз бей вошел в комнату:

- О чем говорят мои красавицы? – он посмотрел на Лейлу, потом повернулся ко мне и замер – Санем, ты расстроена? Что-то случилось?

- Нет, Азиз бей, просто устала немного. Утром рано встала, не выспалась – я не могла больше говорить. Затолкав комок поглубже, я виновато улыбнулась ему – Я отдохну, если вы не возражаете? Сестра?

- Конечно-конечно, сестренка. Чувствуй себя как дома.

Я нашла комнату, которую мне выделили несколько дней назад. Я еле успела закрыть дверь,слезы потекли из глаз. Сама не понимаю, от чего, но сейчас я хотела просто побыть одна и выплакаться. Я легла, накрывшись с головой одеялом. Вот так хорошо, так спокойно. Сейчас полежу немного и встану.

Когда я проснулась, за окном было уже темно. Я не сразу смогла разглядеть Джана, который сидел прямо на полу напротив кровати, прислонившись спиной к шкафу. Я потянулась к ночнику и включила его. Джан зажмурился на секунду, а затем привыкнув к свету, посмотрел на меня.

- Привет, – его голос был тихим и серьезным.

- Привет, – я отодвинулась, приглашая его прилечь рядом. Он не заставил просить дважды, но и ложиться не стал. Присел на край кровати. Я сразу же развернулась так, чтобы моя голова оказалась на его коленях. – Почему ты сидел в темноте?

- Ждал, когда ты проснешься – Джан запустил пальцы в мои волосы и стал из расчесывать.

- Я просто хотела полежать и не заметила, как заснула.

- Санем, отец сказал, что ты была расстроена.

Я посмотрела на него снизу, погладила по щеке:

- Джан, я могу быть расстроенной. Это же нормально, я живой человек. Ты не должен из-за этого переживать.

- Я не могу не переживать. Я не хочу, чтобы ты расстраивалась.

- Я очень очень очень люблю тебя – мне так захотелось сказать ему об этом. Я просто почувствовала необходимость в этом. И мне сразу стало легче. Джан улыбнулся:

- Это очень приятно слышать, дорогая женушка.

- Санем жена! – это звучало так непривычно, незнакомо, что я рассмеялась.

- Моя жена! – в голосе Джана послышались собственнические нотки.

Я была готова лежать так, купаясь в волнах нежности, которые исходили от Джана, всю свою жизнь. Но осознание того, что за стеной сидят и ждут мои родители, не давало мне полностью расслабиться.

- Родители приехали?

Джан кивнул.

- Надо идти? – я чувствовала себя маленькой девочкой, которая получила двойку в школе и теперь боится показаться на глаза родителям.

- Санем, ты боишься?

- Очень! – мне нечего было скрывать. Только не от Джана. Я боялась, я нуждалась в нем.

- Я рядом, не бойся – он поцеловал меня и поднялся, протягивая мне руку.

Я схватилась за протянутую руку, но вставать не спешила.

- Хочешь, чтобы я с ними поговорил и объяснил все сам?

- Нет, я сама – я должна была сама поговорить с родителями.

- Хорошо. Тогда, прежде чем мы отсюда выйдем, я хочу вернуть тебе кое-что.

Прежде чем я успела что-то понять, он надел мне на палец кольцо. То самое, которое я отдала хиджре. Я считала его потерянным, не знала, что оно у Джана. Кольцо, которое Джан надел на мой безымянный палец в день своего рождения. И пусть сам он не был рядом со мной, но кольцо это всегда согревало мне душу.