Наконец-то вместе

- Ребенок, я верю своим глазам, – мама попыталась вразумить меня. – Вот фотография, тут все хорошо видно!

Газета упала передо мной на стол и я увидела на фотографии Джана, рядом девушку и они обнимались. Рядом стояли Метин и Акиф, а чуть подальше от них БэмбиГамзе.

- Ну уж нет! – Я схватила газету и, не говоря ни слова, поднялась к себе.

Подойдя к двери, я услышала настойчивый звонок, кто-то рвался со мной поговорить. Я даже знала кто, но говорить точно не хотела, потому что мне нужно было подумать и самой во всем разобраться. Конечно я кривила душой, когда сказала, что меня не волнует вся эта ситуация. Меня она волновала, еще как волновала. Но в одном я не сомневалась, Джан не мог пойти туда с девушкой. Скорее всего он пошел туда с Метином и Акифом, а Гамзе с подружкой просто встретил уже на месте. Такое же может быть? Конечно может. Но такое может быть каждый раз, когда Джан с друзьями куда-то пойдет. Готова ли я принять эту ситуацию, вот что меня волновало и над чем мне нужно было подумать.

Приняв душ и потеплее одевшись, я вышла на улицу, потому что дома я не могла больше оставаться, эта тишина давила на меня. Я не взяла с собой телефон, потому, что сопротивляться мне было сложно, рука так и тянулась ответить на звонок, но это не то, что мне сейчас нужно для ясности ума.

Я пошла на набережную, к большим камням, мне там всегда хорошо думалось. Сев на скамейку я снова вытащила газету и уставилась на фотографию. Прислушавшись к себе, я поняла, что не чувствую ничего. В этом вопросе я полностью доверяю Джану и спокойно могу закрыть вопрос об этой девушке. Но, таких девушке, которые время от времени будут светиться рядом с ним будет много. И каждый раз это будет сопровождаться такой же истерикой со стороны моих родственников? Хорошо, что еще мама не стала говорить про соседей, которые «теперь только об этом и будут говорить». Вот этого давления я бы точно не выдержала.

Но я понимала, что сегодня она промолчала, а если завтра возникнет такая же ситуация она не промолчит. И мне придется каждый раз держать оборону и отстаивать невиновность Дажана? Нет, мне нужно закрыть раз и навсегда эту тему, чтобы ее больше никто не касался.

«Давай, давай. С легкостью открывай и закрывай вопросы, – пауза. Я стараюсь не реагировать. – Ты лучше переходи ко второму вопросу, который тебя беспокоит».

«Сейчас совсем не подходящий момент для того, чтобы спорить с тобой!»

«На самом деле? Ты же готова сдаться сразу, без боя».

«А зачем мне воевать? Что Джан такого сделал, чтобы с ним воевать»?

«Девочка, передо мной можешь не притворяться. Я знаю, что ты обиделась на Джана за то, что он встретился с друзьями»

«Не обиделась»

«Обиделась, обиделась»

«Ну может быть совсем чуть-чуть… Подожди ка, ты что хочешь поссорить меня с ним?»

….

«Я с тобой разговариваю!»

…

«Ух, противная!»

Джан

Так и не дозвонившись до Санем я решил поехать к ней и понять какие у нее там мысли крутятся в голове.Уже садился в машину, когда телефон завибрировал в кармане:

- Азиз капитан! Как ты себя чувствуешь?

- Сынок, мне передали отличные новости и теперь я чувствую себя великолепно. – голос отца был бодрым и это не могло не порадовать меня, потому как в последнее время он часто болел. – Ты вернулся в Стамбул? Надолго?

- Надолго отец, надолго.

- Джан, сынок, я правильно понимаю?

- Правильно, Азиз бей, – я не смог сдержать улыбку.

- Спасибо, родной мой, бОльшего счастья мне в жизни не надо!

- Отец, когда ты сможешь приехать?

- Собирался через пару недель, на сорокапятилетние агентства. Нужно приехать раньше?

- Нужно, отец. Ты мне здесь очень нужен.

- Хорошо, мой лев! Я прилечу первым же рейсом.

- Позвони, я встречу.

- Хорошо, только приезжайте вдвоем.

- Теперь только так, отец. И никак иначе!

Да, теперь было только так и мне все равно какие на этот счет мысли у Санем. Ценой собственной жизни никуда ее не отпущу. Вот сейчас только доеду до нее, и привяжу ее к себе, чтобы всегда была рядом. Чтобы я всегда знал о каждом ее шаге, о каждом вздохе и не переживал, когда не могу дозвониться до нее. Все утро я пытался это сделать, но безрезультатно.Я снова набрал ее номер – в ответ тишина. Ах, Санем, ах!

Подъехав к ее дому, я еще раз попытался связаться с ней,но она снова не ответила. Степень моего бешенства достигла предела. Я точно был уверен, что Санем не поверила в историю с Дерьей, на этот счет я даже не волновался. Беспокоило меня другое.На фоне того, что я не находил время для встреч с Санем за последнюю неделю, встреча с друзьями должна была выглядеть в глазах странно. Но, почему она подумала сразу о плохом, почему она мне не доверяет?! Значит, она не верит и в мои чувства? Ну хорошо, СанеймАйдын, я тебе сейчас растолкую, что такое доверие!

Рука дрожала от сдерживаемой злости, когда я нажал на кнопку звонка. Дверь открыли сразу, и я не удивился, увидев в дверях маму Санем. Она сверлила меня взглядом, и ждала…

- Доброе утро, тетя Мевкибе. Я бы хотел поговорить с Санем.

- Мы тоже, – тон ее был еще тяжелее, чем взгляд.

- То есть?

- Новости прочитала, оделась и ушла, – она подняла руку, в которой держала телефон Санем – можешь ей не названивать, она телефон не взяла с собой.

- Давно ушла? – я почувствовал, как моя злость начинает отступать. Значит она не игнорирует мой звонок, она просто захотела побыть наедине с собой.

- Послушай, Джан – она вышла на порог, прикрыв дверь. Похоже меня не хотят впускать в дом. – Ты знаешь, я очень тебя люблю и уважаю. Но Санем моя кровь и плоть, поэтому, прошу тебя, оставь ее сынок. У тебя жизнь другая, ты всегда в окружении людей, в окружении женщин. Бары, выпивка, заграницы. Ты сделаешь ее несчастной, и я этого не переживу.

- Значит, вы меня таким видите? Женщины, бары, алкоголь…

- Тогда объясни, что это за новости? Как нам это понимать?

Я понимал, что она переживает за свою дочь и поэтому даже не думал обижаться на нее. Хотя, ее слова меня задели за живое. Разве я дал ей когда-нибудь повод думать обо мне подобным образом?

- До свидания, Джан.– не дождавшись от меня объяснений, она зашла в дом и захлопнула дверь перед моим носом. Сейчас все мои мысли были заняты Санем, поэтому я даже не обратил внимания на эту грубость. «Куда она могла пойти? Может на камни? Опять эти прОклятые камни?».

На набережной Санем не оказалось, поэтому я поехал к Лейле, надеясь, что она там. Дверь мне открыла няня и сообщила, что госпожа Санем не заходила сегодня. Я позвонил Эмре, чтобы узнать не в агентстве ли она, но нет, там ее тоже не было. Эрме обещал сообщить мне, если что-то узнает. Его тон заметно изменился после утреннего разговора с Метином. Оставалось одно место куда она могла поехать, хотя сомнительно, – горный домик. Как я и ожидал ее и там не оказалось. Ах, Санем, ах! Моя сладкая беда, Санем!

Я вернулся в город и поехал снова на район. На этот раз не стал заходить к ней домой, пошел сразу к камням. Уверен, что она придет сюда.

Санем

Возвращаясь с набережной, я решила зайти в нашу с Айхан любимую кафешку, чтобы попить кофе и позавтракать. Я чувствовала себя легко, потому что смогла договориться с собой. Я поняла главное: если я хочу быть с Джаном, то должна принять его таким какой он есть и верить ему. Если он говорит, что занят, значит верить в это. Если он говорит, что любит меня, значит так оно и есть. Я поняла, что только доверие может спасти нас, полное, слепое доверие. И я это приняла.

После завтрака я еще немного прогулялась по набережной, и свернула к дому, где и застала очередную драму. Мама с завязанной головой причитала, что она что-то натворила, папа с давлением лежал на диване. Вроде бы обычная история, моя мама – королева драмы, а папа ее благодарный зритель. Однако, во всей этой постановке мне не понравилось только одно – часто звучавшее имя Джана.

- Отец, что случилось?