Наконец-то вместе

Санем затрепетала, задрожала всем телом. Я почувствовала каким напряженным оно стало, как выгнулось, стремясь к моему телу. Цепляясь за последние крохи здравого смысла, я все-таки освободился от оставшейся одежды и проделав с ее трусиками тоже, что и с бюстгальтером, кинул их куда-то в сторону. Теперь наши тела были свободны от преград, стремились друг к другу и сгорали от желания. Терпеть больше не было сил ни у меня, ни у Санем, поэтому я прекратил эту пытку наконец соединив наши тела. Санем выгнулась подо мной, протяжно застонала и сомкнув ноги вокруг моих бедер отдалась полностью в мои руки.

Я двигался все быстрее ведомый каким-то диким, первобытным желанием, подхлестываемый нашей страстью, одной на двоих. Санем двигалась навстречу мне, рычала, хрипела, всхлипывала. Она как будто обезумела от желания и это еще больше подогревало мое собственное желание. Я горел, горел изнутри и снаружи. Мне казалось, что огонь охватил мои легкие, и вместе с кровью разнесся по всему телу. Моя кожа горела, особенно в том месте, где она касалась кожи Санем. Я терял рассудок от желания, и мне все было мало, хотелось большего. Судя по всему, Санем также потеряла голову, и мы ослепшие и обезумевшие от страсти приближались к концу. Последний толчок, последний стон Санем, последний мой хрип и в глазах потемнело…

Санем

Я возвращалась в реальность и чувствовала, как мое тело все еще дрожит от пережитого. Каждый раз Джан дарил мне новые ощущения, совсем не похожие на предыдущие. С каждым разом я все меньше могу контролировать свою страсть и все ближе хочу подойти к краю, чтобы потом рухнуть вниз,на самое дно.

Но в этот раз я испытала нечто совершенно иное, нечто нечеловеческое. Каждое его прикосновение, каждое движение я чувствовала с особой остротой. Страсть сжигала меня изнутри, но не уничтожала, а наоборот. В ушах до сих пор звучал хриплый голос Джана – «Санем, Санем, Санем….». Наверно сотню раз он повторил мое имя, и даже это меня возбуждало. Наверно я просто безумно соскучилась по нему, по его ласкам, по его любви. Хотя… Было же то утро, после его приезда, когда всю ночь он горел от жара, а под утро ему стало лучше... Я оставила его ненадолго, чтобы переодеться и принять душ. Но уже через пару минут, он прижимал меня к прохладной стене душевой и любил торопливо и жадно. А я дала волю своему эгоизму и желанию, и отвечала ему со всей страстью на какую была способна, забыв про его болезнь. Тогда я думала, что отдаю ему всю себя, что на большее я не способна. Но сегодня оказалось, что это был совсем не предел. Сегодня я как настоящий феникс сгорела и возродилась из пепла.

Я повернула голову и посмотрела на Джана. Он лежал с закрытыми глазами, тяжело дыша, но тело его уже не было таким напряженным. Его ресницы трепетали, грудь вздымалась и опадала, рука, лежащая на животе, подрагивала. Я не смогла удержаться и провела рукой по альбатросу, оставив ладонь на его груди.

- Дай мне всего пару минут, единственная моя. Всего пару минут... – Джан попытался открыть глаза, но не смог. А я не могла ничего сказать, поэтому только хмыкнула в ответ, сомневаясь, что даже через двадцать минут он будет способен открыть хотя бы один глаз.

Но, оказалось, что я очень плохо знаю своего мужа. Не успела первая волна удовольствия затихнуть внутри меня, он поднимал уже новый ураган страсти и желания. И снова я тянулась к нему, к его губам, к его рукам, к его телу. Снова я сгорала и восставала из пепла. Джан был беспощаден, безжалостен и убийственно нежен. Я же старалась вернуть ему всю любовь и нежность, которую он дарил мне.

Я тихонько выскользнула из комнаты и спустилась на кухню, чтобы приготовить завтрак для моего любимого. Но для начала я хочу принять душ и освежиться, потом выпить горячий чай и только после этого можно почувствовать себя человеком. Сейчас я чувствовала себя уставшей, истерзанной, измученной, но совершенно счастливой птицей, потому что не ощущала ног. Я не шла, я летела по лестнице вниз, не в силах сдержать счастливую улыбку.

Как я и предполагала, после душа стало значительно лучше, я восстановила душевное равновесие, чего пока не могла сказать про свое тело. Оно все еще ныло и болело, но эта была сладкая боль, очень даже приятная. Горло саднило от вчерашних стонов и криков. Ах, Санем, какая ты бесстыжая…

Так, надо чем-то покормить моего пещерного человека, я думаю он проснется совершенно истощенным. Вытащив на стол половину холодильника, я принялась готовить настоящий турецкий завтрак, питательный и сытный. Я так увлеклась готовкой, что подскочила от испуга и завизжала на весь дом также как малышка Мелек, когда Джан обнял меня сзади.

- Что ты делаешь? – мурлыкал она мне на ушко, запуская руку под футболку, которую я снова стащила у него.

- Готовлю тебе завтрак – хмыкнула я, ощущая слегка болезненное, но возбуждающее покалывание, когда пальцы Джана сомкнулись вокруг моей груди. До вчерашней ночи я даже не имела представления, насколько чувствительной может быть моя грудь.

- Мой завтрак уже готов – засмеялся он, проведя ладонью по сжавшемуся в комочек соску.

- Джан, ну что ты говоришь?! – кажется я покраснела и никак не могла это скрыть от его. Я попыталась выкрутится из его объятий – Отпусти, завтрак сгорит.

- Если отпущу, то я сам сгорю – пожаловался Джан, целуя меня в шею.

- Джан, ну пожалуйста… Дай мне пару минут, я закончу с завтраком.

- Я где-то слышал это уже… Дай мне пару минут, и я начну заново – получив удар локтем в бок, он расхохотался и довольный присел за стол, наблюдая за мной с хищным блеском в глазах.

- Ты на самом деле дикарь – пожаловалась я, поворачиваясь к нему спиной, чтобы он не увидел довольную улыбку на моем лице.

- Ты снова в моей футболке – это был не вопрос, а констатация факта. Кажется, Джану очень нравится, когда я одеваю его вещи.

- Угу – довольно заулыбалась я в ответ – Ты не возражаешь?

- Совсем нет – по изменившемуся голосу Джана я поняла, что так и не успею закончить с завтраком. Я боялась посмотреть на него, потому что совершенно теряла волю, когда видела «голодный» блеск в его глазах.

- Может ты пока пойдешь в душ?

- Душ я уже принял – улыбался во всю Джан – мне кажется, ты просто хочешь прогнать меня из кухни.

- Зачем мне это делать? – «возмутилась» я, пойманная с поличным.

- А затем, что ты не можешь противиться своему желанию…

- Ничего такого – горячая волна накатила на меня снизу, обожгла лицо и откатилась обратно вниз, к животу.

- Может проверим? – Джан напоминал мне хищника, который выслеживает свою добычу. Не спускает глаз, не растрачивает энергию, просто сидит и ждет…

- Джан, ты не голодный? – я попыталась придать своему голосу побольше строгости, но испортила весь эффект глупо заулыбавшись при виде его озорной улыбки.

- Я очень голодный, но то, что ты готовишь не может утолить мой голод – Джан поднялся и медленно начал подбираться ко мне.

- Тогда готовь сам то, что утолит твой голод – изобразила я обиду и выключив плиту начала также медленно отползать к выходу.

- Не успеешь, даже не пытайся – предупредил Джан и в следующее мгновение я уже сидела на столе, а он стоял между моих ног.

- Джан, ты просто… – я не договорила, потому что он закрыл мне рот поцелуем. Все, я пропала… Пропала окончательно…

- Я просто дикарь? – выдавил он сквозь хриплое дыхание.

- Ты просто дикарь… Мой любимый дикарь… – Я сцепила ноги за его спиной, притянув еще ближе к себе.

- Пойдем наверх или прямо здесь? – спросил мой дикарь, освобождая меня от футболки.

- Что ты делаешь! Что значит здесь? – я не могла поверить в то, что он это делал на самом деле.

- А что такого? – кинув футболку на стол, он уложил меня на нее, с легкостью преодолев мое сопротивление.

- Джан, пожалуйста. Это стол, мы за ним завтракаем и обедаем….

- И ужинаем… – подмигнул мне Джан и снова склонился над моей грудью.

- Ох… – в глазах темнело от его прикосновений.