Когда ты рядом...

Как она сможет изучить его, как сможет понять и принять, если он не захочет ей в этом помочь… А на этот счет девушка очень даже сомневалась… Джан Дивит принадлежал к той категории людей, которые переживают стихию внутри себя, не выпуская ее наружу… Джан Дивит и сам был стихией, к которой если приблизиться – может уничтожить… Раньше она не видела этого и не боялась… Теперь видит… Теперь боится… Теперь не знает, что с этим делать…

Ничего не подозревающий о стихии, бушевавшей в голове девушки, Джан ждал ее в гостиной. Он время от времени поглядывал в холл, но ее не было видно. Значит Санем решила остаться в комнате и не выходить? Может она заснула? Или ей что-то нужно? Злясь на нее и на себя Джан поднялся, но недовольный голос отца остановил его:

- Сядь на место!

- Что? – отец редко позволял себе разговаривать с сыновьями в таком тоне, поэтому оба брата уставились на него удивленно.

- Что вы на меня смотрите? Я так и знал, что девочка будет чувствовать себя здесь стесненно.

- Но кто виноват в этом? Разве кто-то стесняет ее? – Джан искренне не мог понять в чем проблема…

- Воспитание ее стесняет, сынок. Вы с ней с разных планет, у вас разное восприятие мира. То что для тебя норма, для нее проблема, а может быть и катастрофа.

- О чем ты говоришь?

- О том, что вы привыкли общаться с дамами, готовыми раздеться в прихожей, лишь бы ублажить вас. Им было плевать есть дома еще кто-то или нет, шумят они или нет… Сколько раз я просыпался среди ночи от ваших безудержных «страстных воплей» вы ни разу не задумывались об этом? Уходил в сад и сидел там до утра, чтобы не стеснять вас. А вам, мальчики, было плевать на это, потому что для вас удовольствие на первом месте всегда было. А эта девочка – он показал в сторону комнаты Джана – боится издать лишний звук, чтобы мы не подумали, что вы там делаете что-то неприличное, что-то что может оскорбить жителей этого дома.

- Что? Ты шутишь? – Джан не мог поверить своим ушам, но кажется отец прав. Только это объяснение подходило к поведению Санем. Но что за чушь?!

- Нет, дорогой мой… Не шуту. Не забывай, что Санем домашняя девочка, воспитанная традиционно. Тебе надо быть более чутким и понятливым, Джан. Иначе у вас будут большие проблемы.

- И что мне теперь делать? – молодой человек посмотрел на брата, сидящего в задумчивости, пытаясь переварить услышанное.

- Старайся не скомпрометировать ее… - видя полную растерянность сына Азиз откинулся в кресле и с удовольствием отпил глоток вина – Ну… когда сейчас зайдешь в комнату, оставь дверь приоткрытой. И старайся не часто оставаться с ней наедине.

- А еще, старайся не прикасаться к ней в людных местах – подхватил Эмре и только теперь Джан понял, что родственники над ним подшучивают. Схватив маленькую подушку с дивана и швырнув ее в лицо улыбающемуся Эмре, он кинул бешеный взгляд на отца и вылетел из гостиной, под дружный смех мужчин. Отсмеявшись Эмре посмотрел на отца – Ты правда сидел в саду до утра, когда мы тут…

- Я тебя умоляю, Эмре… - засмеялся тот, закатив глаза.

- Но ты был сейчас очень убедителен – выдохнув, расслабился молодой человек.

- Спасибо, я старался – посмеиваясь, Азиз заглянул в холл и с удовлетворением отметил, что старший сын все-таки оставил дверь в комнату приоткрытой.

Джан не воспринял слова отца всерьез и даже посмеялся над собой за минутную слабость, но войдя в комнату все же оставил дверь приоткрытой для успокоения совести. Однако, когда Санем испуганно метнула взгляд на дверь, а потом расслабилась, он понял, что отец не так уж далек от истины.

- Как ты? – буркнул он, садясь рядом с девушкой. Она уже успела прибрать в комнате, распаковать вещи и даже высушить его мокрую одежду.

- Нормально – тихо ответила Санем и, на всякий случай, немного отстранилась от него.

- Санем, я хочу, чтобы ты чувствовала себя здесь свободно и защищенно. Я не сделаю ничего такого, из-за чего тебе бы пришлось испытывать неловкость…

- Спасибо – и все-таки Джан почувствовал разочарование, услышав ее тихое «спасибо». Он-то надеялся, что она кинется уверять его, что он ошибается… Но она не кинулась, а наоборот, отсела от него на такое расстояние, что ему пришлось бы встать и обойти кровать, если бы он захотел к ней прикоснуться. Мысленно призвав все свое терпение, всю мудрость и разум, Джан шумно вздохнул:

- Ты полежи, отдохни до ужина. Если проголодалась, я принесу тебе что-нибудь.

- А ты где будешь? – вопрос вырвался прежде, чем девушка сумела себя остановить. Она видела, что ее поведение не нравится Джану и даже понимала почему, но поделать с собой ничего не могла. Каждый раз, когда она представляла, что через стенку от них сидят ее свекор и деверь и могут подумать, что они с Джаном тут занимаются чем-то таким… Санем даже мысленно не смела произнести чем именно они тут могут заниматься… - Прости…

- Я буду в гостиной. Если что-то понадобится, достаточно открыть деверь и сказать «Джан» и я услышу.

- Джан, пожалуйста, не сердись на меня…

Но он уже не слушал, захлопнул дверь и оставил ее в полном одиночестве. Санем закусила губу, пытаясь сдержать набежавшие на глаза слезы, и виновато уставилась на дверь. Как же они будут жить в этом доме? И почему Джан не может понять ее? Разве она говорит что-то странное, что-то непонятное?

Санем легла на кровать и подтянула колени к подбородку. Пусть дуется, пусть злится… Когда он вернется она поговорит с ним и попытается объяснить все… Он поймет, он обязательно поймет… Потому, что любит ее, потому что и она любит его… Девушка судорожно выдохнула, пытаясь успокоиться и заставила себя дышать глубоко и ровно. Этому приему ее научила мама, когда в детстве она не могла уснуть. Если дышать глубоко и размеренно, сон придет сам, не спрашивая хочешь ты принять его или нет…

Сон не пришел… Санем лежала на кровати, распахнув глаза и с тоской смотрела на дверь, мечтая только об одном, чтобы Джан заглянул к ней и поинтересовался как она. Ведь это будет означать, что он больше не сердится на нее. Но его не было, а она все продолжала гипнотизировать взглядом закрытую дверь. Когда та наконец открылась, сердце девушки подпрыгнуло в груди от радости, но вместо Джана в дверях появился брат Рыфат со стаканом молока в руках:

- Дочка, позволишь войти?

- Входите, дядя Рыфат – Санем торопливо села в кровати, подтянув ноги к подбородку.

- До ужина еще долго ждать, поэтому я принес тебе молоко. Будешь?

- Конечно буду. Спасибо большое – улыбнулась Санем, думая о том, что лучше бы он принес воду, молоко она не очень-то и любит…

- Вот и отлично – обрадовался мужчина и передал ей стакан – вот, держи.

- Спасибо, - Санем задержала дыхание и на одним махом осушила стакан. Стараясь не морщиться, она вернула его и осторожно поинтересовалась - Дядя Рыфат, а вы давно работаете в этой семье?

- Очень давно. Сколько себя помню, я с ними работаю. Еще в старом доме работал, а потом, когда они переехали сюда, я тоже вместе с ними перебрался.

- А что случилось с их старым домом? – Санем никогда не слышала о том, что раньше семья ее мужа жила в другом доме.

- Когда госпожа покинула нас, дети с трудом смогли пережить эту трагедию. Поэтому господин Азиз решил закрыть старый дом и купить новый.

- Он продал старый дом? – ужас, прозвучавший в голосе девушки, заставил мужчину улыбаться. Все-таки добрая девочка его новая хозяйка. Она сможет сделать счастливой Джана, да и их всех тоже.

- Нет, что ты дорогая. Разве такое возможно? Он его не продал, дом до сих пор стоит закрытый. Ни один из сыновей, ни сам господин Азиз не решаются навестить его.

- Как это грустно… - Санем выглядела на самом деле расстроенной. Ей было ужасно жалко старый дом, в котором прошли самые счастливые годы жизни семьи, а теперь он всеми забытый и одинокий. Пустой… Наверно уже разваливается без присмотра…