Страница 30 из 102
Идея найти тех, кто способен ощущать мага Тьмы, пришла к Йорунн на утро после боя. В конце концов, даже обычный человек осознавал давление Тьмы, находясь рядом с ее носителем, а одаренные чувствовали мир гораздо острее. Конечно, многое зависело от уровня владения магией и умения сосредоточить и направить свои силы в нужное русло. Но поскольку особого выбора не было, попробовать стоило.
Когда Йорунн собрала всех четверых и пояснила, чего от них ждет, ответом ей было молчание и взгляд четырех пар удивленных глаз. Только если молодые ребята смотрели на нее с искренним недоумением, то травница осуждающе покачала головой — она отлично представляла цену таких забав.
Впрочем, спорить с воспитанницей самого правителя на глазах у молодежи женщина не стала и крайне учтиво попросила разрешения переговорить с леди один на один.
— Я понимаю, чего вы от нас хотите, но не понимаю почему. Зачем учить детей искать других магов? Это как-то связано с недавним нападением на крепость?
— Да. И, к сожалению, от того, насколько хорошо они справятся с этой задачей, могут зависеть сотни жизней.
— Все настолько серьезно? — изумилась целительница. — Ведь магам запрещено участвовать в битвах: и стихийным, и владеющим Тьмы. Слишком много смертей.
— Боюсь, что запрет уже нарушен, — вздохнула Йорунн.
— Но подобного не было больше ста лет!
— И я хотела бы, чтобы так было и дальше, но, увы, решение принято за нас.
— Эти ребята… как вы им об этом скажете? Им предстоит сражаться? Убивать?
— Нет, — поморщилась Йорунн. — Только искать угрозу, дальнейшее решат стрелы и мечи. Кроме того, вас будут защищать и охранять лучшие воины из тех, что есть в Эльтре. Но если вам не удастся обнаружить мага, то, боюсь, гарнизон, а следом жители долины, окажутся беззащитны.
— Но ведь так нельзя, — травница искренне опечалилась. — Детям не место на войне. Они еще ничего не понимают, у них молоко на губах не так давно обсохло.
— На войне никому не место, — голос Йорунн остался спокойным несмотря на все эмоции, что сейчас бушевали внутри. — Ни детям, ни вам, ни мне. Но как это часто бывает — у нас просто нет выбора. Мы должны быть готовы, иначе погибнем.
— Сколько у нас времени?
— Я не знаю, — честно ответила Йорунн. — Может месяцы, а может дни.
К сожалению, кузнец оказался не способен уловить потоки даже после того, как Йорунн забрала на себя контроль его сил. Пришлось отпустить мастера заниматься своими делами: развить слабый дар в столь короткие сроки было невозможно.
С ребятами было сложнее: они очень старались и за три дня даже стали делать успехи. Степнячка видела, что глаза их горят жаждой знаний и предвкушением открытий. “Теперь я начинаю понимать, правитель Хальвард, почему вы не решились забрать к себе для обучения наивную девочку не смотря на то, что магия однозначно указала на нее. Тяжело ломать чужие судьбы, особенно если они принадлежат детям с наивными глазами”, - мысленно вздохнула Йорунн
Парень и девчушка выросли в тишине и уюте, а потому слабо представляли ценность своей и чужой жизни. Осознание это приходит, увы, только после невозвратимых утрат и пережитого горя, и счастье, если время это наступает не скоро.
— Мы теперь будем служить в крепости и поможем страже отбиваться от врагов? — первым не выдержал мальчишка. — Всегда мечтал стать великим воином! Но я старший в семье и должен перенять дело отца, — искренне вздохнул он. — Меня не пустили учиться военному делу. Зато теперь вы научите нас магии?
— Твои родители — разумные и достойные люди, — веско произнесла Йорунн, проклиная себя за то, что не отослала этих двоих прочь сразу же, как увидела. — Стоит с вниманием отнестись к их словам. В войне и сражениях мало хорошего: только кровь, боль и потери.
— Но ведь мы будем защищать других людей? — нахмурилась девочка. — Это ли не слава и честь?
— Честь, — согласилась Йорунн. — За которую тебе придется отдавать осколок своей души, умирая с каждым убитым подле тебя товарищем и с каждым поверженным врагом.
— Но… — она явно пыталась сопоставить в голове противоречивые факты. — А как же вы? Вы ведь выбрали такой путь сами? И теперь на вас смотрят с уважением, почтением и восторгом. Я тоже хочу, чтобы на меня так смотрели.
— Я не выбирала этот путь, лишь смирилась с тем, что приготовила мне судьба. Но поверь, если бы в моих силах было что-то изменить, я предпочла бы бесславную мирную жизнь в кругу любящей семьи, — голос ее слегка дрогнул, но ребята не заметили.
— Тогда зачем мы тут? — спросил мальчик. — Если не хотите, чтобы мы воевали?
— Потому что я хочу, чтобы вы выжили и дали шанс на это же другим. Иногда мы все должны поступать не так, как хотим, а так, как будет правильным. А теперь смотрите еще раз внимательно, я покажу, что делать.
Когда Йорунн на закате добралась до своей комнаты, ноги гудели, руки отказывались подниматься, разнылась ушибленная спина, а в голове мерно постукивал колокол размером с городскую площадь. “Это со мной так же возились все мои наставники? — мысленно простонала она. — Или еще хуже? Особенно Ульф. Теперь понимаю, откуда у него такая железная выдержка”.
Однако занятия давали свои плоды: дети уже могли худо-бедно почувствовать положение мага, управляющего Тьмой. Разумеется, о дальнейшем вмешательстве в течение силы речь не шла, слишком мало времени для обучения. Но хотя бы указать воинам, в каком направлении надо бить, они смогут.
Конечно, от опытного противника не скрыться ни этим двоим, ни травнице. Их найдут точно так же: по родству силы. Достаточно даже минимального желания мага — и любой из троих превратятся в беззащитную мишень. Но это все равно лучше, чем ничего. Это хоть какая-то надежда: на счастливый случай, внезапность, ошибку противника в конце концов.
***
К вечеру восьмого дня пребывания в кабинет коменданта Эльтре доставили ответные письма.
Первым Йорунн вскрыла послание, украшенное печатью в виде оскаленной волчьей морды.
“Надеюсь, ты в добром здравии, — писал Ульф. — Хотел бы сказать, что не удивлен тем, как быстро ты нашла неприятности, но увы, винить только твое невезение в этот раз не могу. В ночь нападения на Эльтре были атакованы и другие крепости по всей границе между нами и Золотыми Землями: Ольер, Виго в Миате, Агеда, Хёртен, Нисса-шин, Утта в Недоре. Я бы назвал это достаточно ожидаемым, поскольку молчаливая вражда с Сабиром не могла продолжаться вечно, если бы последствия не пугали.
К сожалению, далеко не везде бой закончился так же удачно, как у вас. Ольер, Агеда, Нисса-шин и Утта отбились — на них напали только люди, воины империи. Виго повезло меньше — их атаковали стихийные маги. Многое было разрушено, более трети гарнизона погибших.
Хёртен оказался практически стерт с лица земли: там вырвались на свободу те самые существа, которых ты не пустила в Эльтре. Они вырезали весь гарнизон и двинулись внутрь ущелья. Ближайшее на пути селение — небольшая деревушка, где в основном жили пастухи и сыроделы — осталась без половины своих жителей, затем демоны отступили. Земля между крепостью и деревней сейчас похожа на выжженную пустыню, вот только даже в пустыне иногда можно встретить что-то живое, а тут остались лишь серый пепел и смерть.
Нам повезло, что Хёртен успел зажечь тревожные огни, их свет увидели вовремя. Отряды поддержки отбросили имперцев обратно за перевал, однако мы все равно потеряли одно из важнейших укреплений. Чтобы восстановить его хотя бы на четверть, уйдет не меньше года.
Я сейчас нахожусь на развалинах Хёртен, но, думаю, когда письмо доберется до тебя, буду в Нисса-шин, где собираются основные силы, чтобы перекрыть главный тракт в Золотые Земли. Хальвард приедет туда в скором времени. Сейчас граница закрыта полностью, но тут тихо, словно ничего и не произошло. Возможно, это была первая проба сил, а, может, император рассчитывал на больший успех. Время покажет. Береги себя.”
Внизу стояла аккуратная подпись Ульфа и дата — четыре дня назад.