Страница 86 из 102
На дубовом столе лежало несколько записок на бересте, пара бумажных свитков, стояла чернильница с гусиным пером. Еще рядом находились миска со свежей земляникой, баклажка с квасом. Еда, естественно, занимала Жирослава больше, чем опостылевшие дела. Он лениво зачерпнул горсточку лесной ягоды и с удовольствием причмокнул.
–– Княже… –– проговорил тощий огнищанин, стоящий рядом. Его худенькая бородка подобострастно зашевелилась. Все волоски, словно выражая почтение, пригладились друг к дружке и поникли.
–– Ну, что еще случилось, Неждан?
–– Видаки доносят, что варяги пошли вниз по Волхову, пожгли несколько сел. Смерды просят защиты у тебя.
–– Защиты? А почему до сих пор не собрана дань? –– вскипел Жирослав и стукнул рукой по столу. Баклажка дернулась, но не упала.
–– Княже… Мы собираем дань по осени. А еще месяц Разноцвет не закончился.
–– Жаль, упрекнуть не в чем. Но эти варяги все одно далеко не уйдут, на Волхове пороги, мало кто их все знает.
–– Может догнать да побить? –– предложил Неждан, заискивая.
–– Догнать, побить… Чем побить, дурья твоя башка! У нас оружия с гулькин хрен, у гриди кольчуги гнилые, да и ладей всего десяток. Варяжская дружина втрое больше. Куда нам супротив такой ватаги?
–– А что ж наши кузнецы мечей да брони не накуют? –– поинтересовался огнищанин, потерев бородку.
–– Кузнецы ковали, куют и будут ковать, да весь товар за Варяжское море уходит. А у нас казны нет, чтобы покупать хорошее железо. Кстати, не расскажешь ли мне, что там случилось на Севере? Почему нет ежемесячной подати от Черного Графа? –– вопросил Жирослав.
–– Э… пришлые людишки сказывают, что объявился какой-то богатырь, Графа побил и зарезал. Челядь графская замок разграбила да по погостам разбежалась…
–– Что?! –– кружка кваса все-таки опрокинулась, заливая грамоты темной пенистой жижей. Жирослав вскочил, нахмурился, его мясистый нос густо налился краской, а глаза забегали туда-сюда.
–– Развелось, понимаешь богатырей-извергов! Бродят они там, где не просят, везде свой нос да меч суют! –– князь сурово помахал кулаком.
–– Говорят, бывший гридень…
–– Сыскать! Немедленно сыскать!
В этот момент в дверь горницы постучали, и из-за косяка показалась бородатая голова княжеского стража.
–– Княже…
–– Что тебе еще, Радим?
Гридень шагнул вперед, снял покрытый ржой шелом, тряхнув плохонькой кольчужкой, подтверждая недавние слова князя о плачевном состоянии дружины.
–– Там во дворе девка какая-то… Говорит, что по важному делу.
–– Гнать взашей!
–– Холопы бают, что на невиданном белом коне приехала, конь с рогом промеж глаз. –– как ни в чем не бывало продолжил Радим.
–– Да ну, сам видел? –– заинтересовался князь.
–– Нет, холопы бают…
–– И чего эта девка хочет?
–– Золото, говорит, привезла для дружины княжеской.
–– Золото? Это хорошо! Очень хорошо! Ты это… чуть погоди и веди сюда эту пигалицу… Стой, я тебе знак подам, –– прокряхтел Жирослав. Как же ему не хотелось надевать на ноги сапоги, но предстать перед простолюдинкой в одних носках казалось зазорным.
Князь поправил одежду, натянул красные сапоги с острыми носами, черпнул еще земляники. Крякнул, утер бороду и кивнул Радиму.
Тот быстро скрылся за порогом, но вскоре дверь снова распахнулась, и стражник ввел девицу.
Пришлая стояла смирно. Девка, как девка, только рыжая. Это было заметно по ярким веснушкам, рассыпанным по розовым щекам. Видно, что запыхалась, гнала своего коня (или непонятно кого) без продыху. Одета по-сельски. Простой сарафан, волосы убраны под синий плат, а вот на ногах виднелись не обычные деревенские лапти, а ладные кожаные сапожки. Видать, отец ее не из бедноты. У ног девицы стоял довольно увесистый холщовый мешок.
–– Кто такая? –– вопросил Жирослав.
–– Олеся из Медвежьего, дочь кузнеца Горазда, –– девка поклонилась.
–– Что привело тебя в Ладогу?
–– Защити, батюшка! –– запричитала Олеся. –– Вороги навалились. Пожгли, пограбили, кого убили, кого снасильничали.
–– Что ж за вороги? –– как ни в чем не бывало проговорил князь.
–– Варяги, вот кто! –– ответила девица.
–– Эка печаль…–– задумчиво выдавил куда-то в сторону Жирослав. –– Пограбят да уйдут.
–– Нет, батюшка, они дальше вверх по Волхову пошли! На Новый город!
–– Ну, далеко не уйдут.
–– И еще есть среди них человек в волчьем обличии. Нечисть заморская! В волкодлака поганого обращается, когтем и зубьем людей рвет-режет!
–– Ну, это все сказки-побасенки, княже, –– рассмеялся огнищанин, лениво приглаживая бородку. –– Нам что, своей нечисти уже не хватает, так заморского волчину выдумали.
–– Не выдумали! –– выкрикнула Олеся.
–– Молчи, девка! –– грозно окрикнул Жирослав. –– Что от меня надобно?
–– Пошлите дружину, княже. У нас одни пахари да плотники, ведунья да старый кузнец, мой отец, –– выпалила Олеся. –– Воевать некому. Был гридень опальный, Матвей. Так ушел по нужде на Север.
–– Ушел на север, говоришь… –– задумался Жирослав и многозначительно посмотрел на огнищанина. Тот в ответ кивнул и зловеще сверкнул зубами.
–– Да, ушел. Да и всяко, что он один навоюет? Чай не Святогор! А варяги дальше пошли, вверх по Волхову, как бы беды большой не случилось. Староста сказывал, что нашли они проводника…
–– Проводника? И этот паршивец согласился провести врагов чрез волховские пороги? Среди вашего села есть предатели земли русской? –– строго спросил Жирослав.
–– Карп не своей волей пошел. Вороги его жену изувечили, отрока волкодлак растерзал, а второго мальца на лодью забрали, и лишь тогда Карпуша согласился.