Страница 11 из 20
Сейчас же, предстояло весь путь пройти днем. По местности, на которой идут боевые действия между двумя самыми сильными, на данный момент, армиями Европы, а то и всего мира. И лодочный мотор, который в прошлый раз, без проблем, доехал до самой реки, на квадрацикле, в этот раз придется тащить на собственном горбу. Что при его массе, под 50-т килограмм, становится нетривиальной задачей. А в совокупности с весом остального снаряжения, то и просто не выполнимой. Значит придется обходится только одной лишь надувной лодкой. И надеяться, при этом, что река сама меня вынесет, куда-нибудь, до места назначения. Благо, что направление движения совпадает с направлением течения реки. В противном случае, я просто не выгребу в одну харю, 30-ть км, против течения. И возвращаться, по любому, придется по суше.
– Да и пес с ним. Если с мостом все обойдется, тьфу, тьфу, тьфу… То это уже не будет иметь особого значения.
Но вот тот факт, что до моста придется плыть днем, несколько напрягал. Поскольку надувная лодка, по середине не очень большой реки, это не есть гут.
– Достать могут с любого берега, причем даже особенно не напрягаясь.
Успокаивало, в некоторой степени, только то, что свои вооруженные всяким хламом, лоханки, фрицы по любому, не могли доставить до места назначения так оперативно. Это уж потом, с прибытием в данный район тыловых подразделений, подтянуться и части речных флотилий, вооруженных, в том числе и бронекатерами. Для перевозки которых необходим железнодорожный транспорт. А также переоборудованные рыбацкие баркасы и речные баржи. Для чего тоже необходимо время, а также некоторое затишье вблизи водной артерии. Сейчас же этого можно было не опасаться. Правда имелась и другая сторона медали. Ведь Неман входил в зону ответственности Пинской речной флотилии, которая в реальной истории практически никак себя не успела проявить, за исключением отдельных случаев. И основной причиной этого было то, что она относилась к оперативному управлению Краснознаменного военно-морского флота. А главнокомандующий ВМФ, адмирал Кузнецов, Николай Герасимович, насколько похвально действовал в вопросах приведения войск флота к полной боевой готовности, настолько непростительно упустил вопрос, связанный с подготовкой к войне данной флотилии. Потому и, соответствующие приказы дошли до адресата с некоторым опозданием. Практически в последнюю очередь. Потому и командование, просто напросто, физически не успело среагировать должным образом на угрозу нападения. Получив приказ о приведении флотилии в "оперативную готовность номер 1", ровно в 4.00 22 июня 1941 года, командующий флотилией, контр-адмирал Рогачев Д. Д., успел только оказать помощь в обороне Брестской крепости, а в последствии и самого Пинска, где располагался его штаб, а также Могилева. Поэтому в бассейн Немана, они уже физически попасть на могли. Сейчас же, после моего вмешательства, когда я специально акцентировал внимание командование округа на этом вопросе, надеюсь, что ситуация с участием флотилии в отражении агрессора, изменится должным образом. И пускай, кардинально, они изменить ничего не смогут, но даже несколько своевременных ударов, в наиболее уязвимые точки, должны замедлить продвижение противника.
Но вот сама возможность встретить советские бронекатера в то время когда я, как известная субстанция, буду болтаться по середине реки, ни в коей мере не улучшало моего самочувствия. Мало кто будет разбираться, встретив в зоне боевых действий резиновую лодку неизвестной конструкции. Да еще и с пассажиром на борту, одетого в униформу не известного образца. Просто шарахнут, со всей пролетарской ненавистью, из орудий главного калибра по неопознанному плавающему объекту. А то и просто, чтобы не размениваться по пустякам, причешут из пулеметов. Мне и такого "пустячка", хватит с лихвой. Особенно учитывая любовь морячков, пускай и речных, к пулеметам крупных калибров. В особенности ДШК, с его 12,7-мм. Одной такой пули хватит выше крыши, для того чтобы мое водное путешествие закончилось, так и не начавшись.
Единственное, что меня, в данной ситуации, несколько успокаивало – это то, что согласно всем известным законам природы, а также благодаря вращению земли в одном, строго определенном направлении, левый берег реки представлял собой заросшую камышом и низкорослым кустарником, низменную пойму. К тому же в изобилии насыщенную различными притоками, протоками, заводями и островками. Которые, местное население именует, в просторечии – плавни. В которых можно затеряться не только одинокой лодке, но и целому речному флоту.
Поэтому, если продвигаться от островка к островку, прикинувшись кочкой, да еще и напевая при этом, по примеру мультяшного героя: "я кочка, кочка, кочка, а вовсе не медведь!", то на шармачка, может и прокатить. В крайнем случае, можно уйти вплавь, и, затерявшись в камышах, продолжить дальнейший путь по суше. Но это на всякий, пожарный, случай.
– А вообще-то, очень бы не хотелось такого развития ситуации. Хотя, с другой стороны, можно долго сидеть и рассуждать, абы чего не вышло. На самом же деле, надо просто брать и делать. Ведь по лежачий камень, как известно вода не бежит. Да и вообще, в полном соответствии с известным анекдотом: "Хер ли здесь думать – прыгать надо!"
Размышляя таким образом, я совмещал приятное с полезным, одновременно отдыхая, лежа на деревянных нарах, которыми было оборудовано спальное помещение бункера. При этом задрал ноги, чтобы кровь отхлынула от нижних конечностей и, хотя бы в небольшой степени прилила к голове. Все ж таки, длительные пешие прогулки, да еще и в чрезмерно нагруженном состоянии, не самое приятное времяпровождение, в моем, далеко не самом юном возрасте. Поэтому, чтобы опровергнуть постулат о том, что "дурная голова, ногам покою не дает", нужно было все, как следует, обдумать.
Я специально не стал подниматься на поверхность, чтобы не расхолаживаться. Поскольку, нахождение в бункере довоенной постройки, даже с учетом того, что находится он в моем времени, все равно, должным образом, настраивало на определенный лад, и не позволяло расслабляться.
Отдыхая таким образом, я не забывал следить за временем, которое уже перевалило за полдень. Что ясно давало понять, что дальше тянуть с выходом уже нельзя. Если я не захочу шарится по окрестностям в темноте. Поэтому прибрал все ненужное, в данный момент имущество, которое включало в себя трофейное вооружение, которое, неимоверными усилиями, я все ж таки допер, до места назначения, а также документы и некоторые современные девайсы, в том числе и прицел ночного видения. Сложил все в сейф, находившийся в оружейке. Перемотал портянки, которые надевал перед выходом, вместо носков, помня о том, что для сохранения ног от потертостей и опрелостей, неизбежных в длительном походе, ничего еще не придумали. Проверил, в очередной раз, амуницию и снаряжение. Закинул за спину мешок с лодкой и ножным насосом, и подался на выход.
Движение по, уже хорошо известному маршруту, который пролегал по дну оврага, большой проблемы не составляло. Правда, приходилось, время от времени, соблюдать осторожность, преодолевая наиболее трудные участки. Стараясь не сверзнуться в ручей, чтобы преждевременно не промочить ноги. Потому что, долгое путешествие, с мокрыми ногами и сырой обувью, удовольствие ниже среднего. Вот и приходилось осторожничать и цепляясь за ветки кустарника, густо облепившего склоны оврага, перешагивать через ручей, с одного берега на другой. Дальше, когда ширина ручья превысила 1,5 метра, пришлось выбирать тот берег, который был наиболее удобен для движения.
Когда, таким образом, я уже отмахал почти две трети пути, впереди, по ходу моего движения, загрохотало. Причем солидно так. Как будто, совсем рядом. Хотя, по прикидке, до конца оврага оставалось еще километра два, но грохот стоял такой, что создавалось впечатление, что стреляют прямо над головой. Причем огонь велся явно не меньше чем батареей. Поэтому пришлось немного притормозить, умерив свою прыть, и усилить осторожность.