Страница 16 из 20
Глава 10. Не моя любовь
Любовь — странное чувство. Кто-то считает, что она может быть исключительно между двумя, некоторые уверены, что такое суждение неверно. Как часто в книгах мы встречаем неразделенную любовь? Да в каждой третьей, если не чаще. Чтобы убедить читателя в привлекательности героини книги, нужно показать, что ею интересуется не только главный герой. Неважно, что наша главная героиня бестолковое бревно, у нее может быть целый гарем влюблённых в неё привлекательных парней на любой вкус и цвет. Так создается мнимое разнообразие. Почему мнимое? Потому что книги, в которых главная героиня в итоге выберет не главного героя, а какого-нибудь второстепенного воздыхателя, на пальцах одной руки можно пересчитать. Почему их так мало? Да потому что читателям такой исход не нравится. Есть главный герой и главная героиня, между ними должны быть отношения – это не писаное правило любовных романов, а вот как они закончатся, это уже решение Автора.
Когда главные герои встречаются, между ними возникает искра, ярко прописанная автором, а может быть даже настоящая. Но что будет, если главный злодей встретит второстепенного персонажа, к которому у него имеются собственные счеты? Догадываетесь, мои книголюбы? Будет та самая сцена, что показывает читателю кто здесь злодей.
Сон? Может ли быть, что я все ещё сплю? Это тот самый кошмар? Я схватилась за подлокотник и ясно почувствовала его своей кожей, как и легкий ветер, что обдал моё лицо и слегка протащил зонт по земле. Настоящее, все начиная от завтрака, что я ела, до боли в пальцах из-за того, что я так сильно сжала подлокотник. Надо было раньше спросить у Эллы как пользоваться этим креслом, так бы уже укатила подальше, а не чувствовала себя легкой добычей.
Мужчина посмотрел на меня, я же на него глядеть не переставала. Его взгляд, что в книге, что в реальности просто гипнотизирует. Наверное, так смотрит удав на мышку, которую вот-вот проглотит. Тем не менее, я не опустилась до того, чтобы звать на помощь, надеясь лишь на одно: он меня не узнал. Не знаю, что Анри видел, когда я не по собственной воле наведывалась в его кошмарные воспоминания. Но надеюсь, что это была я настоящая, а не Рианна. Он сделал несколько шагов в мою сторону и одним плавным движением поднял мой зонтик. Я нервно сглотнула, понимая, что сейчас подойдет отдать зонт… или убить меня, это уж как повезет.
– Леди, – произнес он глубоким и в то же время сухим голосом, подавая мне зонтик.
Мне кажется, моё напряжение можно рукой потрогать, всего шаг, от силы два нас отделяют. Я с трудом оторвала от подлокотника руку и потянулась за зонтом. Если продолжу на него так пялиться и молчать, он явно что-то заподозрит. Судя по тому, как его взгляд прошёлся по мне, он уже что-то заподозрил.
– Спасибо, – еле заставила себя сказать, почти коснувшись зонта пальцами, но в последнее мгновение он будто бы передумал его отдавать.
– Что прекрасная леди забыла в подобном месте, да ещё и одна? – сказал он, и я впервые увидела, как взрослый он улыбается. Такая холодная, если не жестокая улыбка, что у меня на затылке волосы дыбом встали.
Он узнал меня? Зачем спрашивать подобное у незнакомки? Он никогда не видел Рианну раньше, иначе я бы уже вспомнила. Мой взгляд тут же метнулся к подворотне, где исчезла Элла и Сью. Где их носит? Хотя нет, лучше пусть не приходят.
Если Сью встретится с Анри раньше своего дня рождения, что случится? Он влюбится в нее? Если я права, и он запал на нее именно из-за внешности, то это произойдет.
– Я не одна, – ответила ему куда резче, чем должна была. Чего я вдруг так разозлилась? Ревную что ли? Бред какой!
Он улыбнулся снова, в этот раз вызвав у меня мурашки по коже. Слишком хорош собой, привлекательный мужчина злодей – это то, что нравится таким глупым девушкам, как я. Граф выразительно огляделся, как бы намекая: что никого на этой безлюдной улочке кроме нас нет, так что, если что свидетелей моего убийства не будет. Последнее может быть он и не имел в виду, но моя буйная фантазия вопит: «Не нарывайся!». Первый день в книжном мире и уже встретила главного негодяя, да я почти главная героиня, только детишек в подворотнях не спасаю. Неужели он и правда в нее влюбится? Не верю и проверять не хочу. Нужно избавиться от него и побыстрее, пока Сью и Элла не вернулись, но граф как назло тянет почему-то.
– Вам понравился мой зонт? – не удержалась от едкого вопроса, намекая на то, что он слишком задерживается с его возращением. – Если хотите, я могу вам его подарить.
Какой-то странный я человек, убийца вызывает во мне смешанные чувства животного страха и желания поиграть с огнем. Неужели дуростью от Сюзанны заразилась? Но как ещё заставить его уйти, кроме откровенного хамства?
– Он очень подходит к вашим глазам, – добавила, поспешно опуская взгляд, а то снова попала под его гипноз. Зонт голубой, такого же цвета, что и моё платье, здесь так принято, чтобы к платью подходили туфли, шляпка и зонтик.
– У вас очень острый язычок, леди? – тембр его голоса несколько изменился, в голосе послышался интерес.
Мне пришлось заставить себя смотреть вниз, на его черные сапоги из дорогой кожи. Судя по интонации, он хочет узнать моё имя, конечно дерзить графу дурная затея. Что на меня нашло? А что если он в ответ снова пырнуть меня чем-то захочет? Что я буду делать? Плакала моя вторая жизнь в книге… и отец, как он без меня? Эта жизнь мой последний шанс, так глупо расстаться с ней? Ну, уж нет!
– Простите, господин, вы, наверное, не так меня поняли, – склонила голову так, что даже шея заболела. Голос сделала сладким, словно мед и податливыми, как говорила бы провинившаяся служанка, а не леди.
Однако он не повелся, резко нагнулся, и наши лица оказались на одном уровне, совсем как в кошмаре, когда он убить меня пытался. Я в ужасе отшатнулась, да так сильно, что чуть не перевернула своё кресло. Его рука сжала подлокотник, не давая креслу перевернуться.
– Уверены? – спросил он, глядя мне прямо в глаза. Можете считать меня трусихой, но я в его голосе мне послышалась неприкрытая угроза.
Чтобы не ляпнуть что-нибудь лишнее, я кивнула, да так энергично, что едва не дала ему лбом в нос. Граф тут же разогнулся и отпустил подлокотник, придавая креслу устойчивое положение. Зонт мне вернули, небрежно бросив в меня.
Какой он бледный, даже по здешним меркам, а под глазами синяки, создаётся впечатление, что плохо ест и спит. Его мучают кошмары? Всех ли убийц мучают кошмары? Если так, то будут ли и меня здесь мучить кошмары? Ведь я уже в нем, раз уж шрам оказался реальным. Возможно, в мире книги этот шрам на лице Анри оставил кто-то другой, но я в этом сомневаюсь. Вспомнив о кошмаре, в памяти мелькнуло лицо мальчика. Он так часто в моих снах просил помочь ему. Если шрам реальный, то те ужасы на самом деле происходили с Анри? Бедный мальчик, он так голодал и был грушей для отца долгие годы.
– Возьмите, – сказала, протягивая крендель, что мне купила Сью, – в благодарность, за зонт.
Специально опустила взгляд, чувствуя стыд и боясь, что, посмотрев на него, снова увижу лицо измученного мальчишки. Он не возьмет его, это же глупо. Как только увидела его, сразу начала творить всякие глупости. У меня даже рука устала держать крендель, пока он молча продолжал на меня смотреть. Просто уйди уже, чтобы я перестала чувствовать себя так неловко! Не тебе я даю этот крендель, обозленный граф! Ребенку, который так часто в моих кошмарах просил меня помочь, но я не могла ничего для него сделать. Повзрослевшему Анри я бы и руку помощи не протянула, если бы он тонул. Зареклась я ему помогать, после того как он меня убить попытался. Я собираюсь не дать ему убить моего отца, сюжет книги не должен повториться. Но пока что я не знаю, как мне это сделать. Не убить же Анри, в самом деле?