Страница 6 из 7
– Папа, – проворчала Соня, – поклёп чистейшей воды. Егор, не слушай его, наговаривает…
На весёлой ноте, распрощавшись и пожав гостю руки, родители удалились в спальню, а Егор попросил заварить чашечку кофе. Он выпил её залпом, пробормотал Соне, что действительно час поздний, и второпях засобирался. С вешалки снял куртку, обулся. Соня подала висевший на крючке зонт. За долгое время он обсох полностью. Егор скрутил его привычным образом, перетянул чехол шнурочком и с силой погрузил в сетчатый карман рюкзака. Внутри зонт наткнулся на что-то, а наружу вылетела долгая белесая струя. Её оказалось так много, что в глазах защипало мгновенно, стал вырываться кашель, а в носу закололо. Соня сорвалась с места и скрылась на кухне. Пальцы Егора нащупали вертушку дверного замка. Они повернули её пару раз и дверь тотчас открылась. В помещение ворвался свежий воздух. Егор стоял у лестницы, продолжая кашлять. Он слышал, как кричал Василий Вениаминович, как Любовь Николаевна звала Соню. Через минуту все четверо стояли на лестничной площадке; кто одетый полностью, кто в ночной рубашке и тапочках, в халате. Текущие носы утирали бумажные платочки, а редкую слезу на щеке смахивал край рукава.
– Господи, я сначала подумал, что соседи тараканов травят, халат накинул, думал минералки попить холодненькой… Дверь в коридор открыл, и началось… Пришлось бегством спасаться! Егор, ваших рук дело? Как так вышло?..
– Извините, пожалуйста, я в правом кармане баллончик газовый ношу, а тут забыл, что он там находится… Вот, зонт вставил. Не со зла, конечно! Случайность глупая!
– Мда, Егорка, вечер сегодня поистине незабываемым получился. Гостинцы ваши отменны… Особенно удался финальный аккорд – мы под впечатлением! Знаете, вы человек нескучный. У меня к вам предложение, поедемте с нами завтра, к родителям супруги. Свежую струю в привычное общение внесёте… Или как там у вас?..
Василий Вениаминович посмотрел лукаво в сторону Егора, а Любовь Николаевна с дочерью разразились хохотом.
– Нет, Егор, правда, я серьёзно предлагаю… Квартира наверное проветрилась уже. Пройдёмте с нами, чаю выпьем, а свободная комната всегда найдётся. Ещё успеете подумать. Как там у классиков? Утро вечера мудренее?..
Коробок желаний
В этом году весна пришла к нам особенно рано. Было очень тепло. Колосилась зелёная свежая травка, почки на деревьях, со дня на день, должны были превратиться в молодые листья. По ветвям кустарников бегали неспокойные муравьи, вокруг жужжали большие мухи, издалека звала кукушка. Можно было хоть в шортах ходить. Кругом благодать…
Вадим стоял напротив меня и вращал свою руку в разные стороны.
– Что ты делаешь там? – спросил я двоюродного брата.
– Играю с божьей коровкой, – спокойно ответил Вадим и заморгал часто…
Мне стало интересно. Издалека была видна только тёмная точка. Я подошёл ближе и уставился на это пятнышко. Оно бегало на малюсеньких ножках очень быстро. Блестящий красный панцирь был украшен чёрными горошинками. Сначала коровка проползла сквозь пальцы, потом устремилась к локтю, затем вернулась к ладони и замерла…
– Эммм…, – пробормотал Вадим.
– Что ты сказал? – поинтересовался я.
Неожиданно для нас, красный плащ насекомого раскрылся, и прозрачные воздушные крылья унесли коровку в синее небо.
– Ну, вот, даже желания не успел загадать, – сказал Вадим.
– А что, разве так можно?
– Конечно можно. Я всегда загадываю что-то.
– Ух ты, – прошептал я и задумался…
Следующим утром я проснулся раньше всех и тихо прошёл на кухню. Чего только не было в бабушкином столе. В стеклянных банках ждали своего часа миллион приправ, различная крупа, мука, соль с сахаром… На одной из дверок стола была длинная пластмассовая полочка. На ней всегда лежали спички. Я уже тогда знал, что со спичками играть запрещено, поэтому они меня не интересовали. Взяв один картонный коробок, я выпотрошил его, и положил в свой карман. Оставшиеся на столе спички благополучно были рассортированы по другим коробкам. Никто бы не догадался…
После обеда мы с бабушкой решили пройтись до магазина. По дороге она разговорилась со своей соседкой, а я, немного забежав вперёд, стал искать в траве божьих коровок. Вот одна на колоске засиделась, вторая пригрелась на камешке, третья была схвачена на стволе дерева. Эта вот на травинке, следующая сама на меня села. Спичечный коробок то и дело открывался и закрывался…
– Ничего себе, – восторгался я, – это сколько ведь желаний будет исполнено?..
Я поднёс коробок к уху; он ничего мне не ответил. Только слегка вибрировал. Внутри копошились мои заветные желания. Улыбка не покидала моего лица. Глаза округлялись, и, казалось, уже смеялись.
В эту минуту бабушка попрощалась со своей знакомой и позвала меня. Развернувшись на месте, я поскакал к ней вприпрыжку. Один прыжок, второй, четвёртый, пятый… Неожиданно я споткнулся о какой-то камень и больно приземлился на правую коленку. Спичечный коробок кувыркался по старому асфальту без меня. От этой бешеной встряски он приоткрылся, и хранилище желаний стало быстро опустошаться. Божьи коровки, не раздумывая, взмывали в небо, терялись в густой придорожной траве. Я наблюдал за этим бегством молча. Руки сжимали разбитое колено. Глаза держали навернувшиеся от боли слёзы. День для меня был напрочь испорчен.
– Ну, ты даёшь. Кто же так желания загадывает? – говорил Вадим под одеялом своей кровати и смеялся…
– А как надо, если так неправильно? – спрашивал я.
– Тут важно не количество, а качество. А ты сразу всё захотел. Колено заживёт, не переживай. До свадьбы, как говорят…
Я зажмурил глаза и стал придумывать себе желание, но оно, как нарочно, не появлялось в мыслях. Ладно, решил я, завтра найду божью коровку и придумаю желание. Обязательно! Пускай ждёт меня. Я вспомнил маленькое красное пятнышко на руке Вадима. Расправив стеклянные крылья, насекомое улетело в тихое синее небо.
Культурная столица
Наверное, многим известно, что Северную столицу часто называют культурной. Похоже, что люди здесь иные, совершаемые ими поступки наполнены добротой и уважением к окружающим. Михаил Петрович много раз встречался с такого рода отношениями, сам старался проявлять заботу, был предусмотрительным в каждом своём действии. Он любил входить в пустой автобус, без суеты занимал удобное место у окна, а в дороге щурился от ещё невысокого весеннего солнца. В таком состоянии он мог проехать много остановок. Уши Михаила Петровича улавливали все звуки вокруг. По громкой связи объявляли названия знакомых остановок, а в салоне вежливо извинялись и просили простить за случайную неуклюжесть. Что делать, в общественном транспорте люди нередко оттаптывают ноги друг друга…
Где-то на Лиговском проспекте Михаил Петрович почувствовал на себе тяжёлый взгляд. Один глаз пришлось открыть и заметить ищущую места старушку с сумками. Ни секунды не медля, Михаил Петрович поднялся с насиженного места и предложил пожилой женщине занять его сиденье. Взамен Михаил Петрович получил кучу благодарностей, которые парировал простыми словами: "Ну, что вы, пустяки ведь. Наше время ещё молодое…"
Молодость Михаила Петровича покинула на площади Восстания. Людской поток ворвался в едва открывшиеся двери. "Наверное, с Московского вокзала?!!" – пронеслось в голове Михаила Петровича. Эта была последняя спокойная мысль в его сознании, потому что лавина страждущих попасть в полупустой салон автобуса не останавливалась. Сумки, коробки, какие-то рулоны, рюкзаки на спинах – продолжали мять бока, утрамбовывали каждый сантиметр живого пространства. Спустя секунды, ни руками, ни ногами Михаил Петрович уже не мог управлять. Его глаза, за большими оптическими очками, стали ещё больше, когда объёмная женщина-кондуктор привстала со своего места и произнесла на весь автобус: "Держитесь, крошки, я пошла!.." После этих слов даже в жар бросило. По лицу ручьями пот потёк, очки еле держались на краю носа и постепенно запотевали от горячего дыхания. Михаил Петрович решил не раздражаться такому обстоятельсву, а людской давке не сопротивляться, мысли о чём-то прекрасном послужили иммунитетом в его непростом городском путешествии.