Страница 2 из 84
Хоть я и не обладаю особо интересной внешностью, у меня чертовски хорошая фигура. Для женщины я достаточно крупная (пять футов десять дюймов[1]), и раньше была склонна к полноте. Черт, да я была просто огромной толстухой! Но первый год колледжа изменил меня. Я стала упорно работать над собой, и видели бы вы теперь, как отлично я смотрюсь в бикини, а еще лучше без него. Хотя обычно я предпочитаю скромную одежду. Не люблю, когда парни на меня пялятся. Когда я была толстушкой, они вовсе не смотрели в мою сторону, но стоило лишь мне обрести форму… Черт, да мне тогда хотелось убить их всех! Почти все они были скотинами. Никто из них не хотел подружиться или просто пообщаться со мной, всех интересовало только то, КАК мне удалось добиться такой фигуры? По мнению этих придурков я «построила себя, как кирпичный сортир». При чем здесь кирпичный сортир? Неужели они не понимают, что это не только грубо, но еще и абсолютно бессмысленно и тупо?
А еще практически все парни воняют. В этом можно убедиться, если подойти к ним поближе.
В общем, тогда я была сильно разочарована в них.
Тогда, когда мне было двадцать шесть лет.
Тогда, когда я жила в комнатке над гаражом Серены.
Тогда, когда все это началось.
Тогда, когда наступила ночь и из нее появился незнакомец.
Эта июльская ночь выдалась ужасно жаркой. Серена и Чарли уехали с детьми отдыхать, и весь дом оставался в моем полном распоряжении на целую неделю. Они всегда оставляли мне его, когда уезжали. По их мнению, это создавало ощущение, что дом не пустой, что в нем живут, и это, соответственно, было лучшим способом чтобы туда не влезли грабители во время отсутствия хозяев. По крайней мере, так они мне говорили, но как мне кажется, они просто оставляли мне весь дом, чтобы я не ютилась в своей комнатушке над гаражом, чему я, естественно, всегда была очень рада. Еще бы! Видели бы вы, какая шикарная в их доме кухня… Или ванная… А чего только стоит огромный диван с плоским тридцатипятидюймовым телевизором! Как же я любила приготовить себе что-нибудь вкусненькое и часами валяться перед этим телевизором… Кровать в спальне была раза в три больше той, что стояла у меня в комнате. По обеим сторонам от нее располагались зеркальные шкафы и еще огромное зеркало висело на потолке, прямо над кроватью. Серена уверяла меня, что это была идея Чарли, только вот, думаю, что вряд ли бы он повесил его без согласия супруги. Они так здорово смотрелись вдвоем, что не удивительно, что им хотелось любоваться собой еще и в постели.
Когда я осталась ночевать в их доме впервые, мне захотелось опробовать эту кровать, что я и сделала. Посмотрев на себя в зеркало, я увидела симпатичную, но очень одинокую девушку. Я казалась такой маленькой на этом огромном матрасе… И тогда я представила себе, как Серена и Чарли занимаются любовью на этом самом месте. Образ оказался таким ярким, что потом, как я ни старалась, не могла выкинуть его из головы. Даже во сне мое воображение рисовало мне разные пикантные подробности, и всю ночь я проворочалась, не в силах отогнать эти мысли.
На следующее утро я проснулась вся разбитая, с чувством стыда, будто вторглась в чужую личную жизнь. Тогда же я поклялась себе, что никогда больше не буду спать в кровати Серены и Чарли. С тех пор я всегда ночевала в своей комнатке над гаражом.
Она как будто была создана специально для меня.
Как бы ни нравились мне все эти кухня, ванная, диван с телевизором, находясь там ночью, я испытывала страх. Слишком уж огромен был этот дом: много, очень много комнат, которые не использовались, длинные, темные коридоры и огромное количество дверей и окон… Все это пробуждало во мне какой-то непонятный страх, очень часто мне казалось, что кто-то может наблюдать за мной из темноты, по ту сторону окна, а может этот кто-то уже проник в дом и прячется за одной из дверей…
То ли дело моя маленькая уютная комнатка. Размером примерно в двадцать пять квадратных футов, с небольшим кухонным уголком и «половинкой» ванной комнаты. Точнее сказать, это полноценная ванная комната, только без самой ванны. Если находясь в ней открыть дверь, то можно увидеть все двери и окна, находящиеся в комнате. Да и любой посторонний звук не останется неуслышанным. Я всегда прислушиваюсь к звукам. Вдруг кто-то прокрался комнату, пока меня не было? Возможно, он спрятался, и я не смогу увидеть его, войдя. Поэтому я слушаю. Даже если он стоит очень тихо и задержал дыхание, мне кажется, что я смогу услышать, как бьется его сердце.
Но вернемся к описанию той жаркой июльской ночи, когда появился незнакомец. Я тогда засиделась в доме до полуночи. Обычно я ухожу к себе гораздо раньше, но это был первый день после отъезда Серены и Чарли, а последний раз я оставалась одна весной, когда они ездили в Сан-Франциско. Совсем не заметила, как пролетело время…
Забыла вам сказать, что на заднем дворе дома Серена и Чарли соорудили прекрасный бассейн. Учитывая то, что дом стоит на окраине леса и поблизости больше нет никаких построек, бассейн этот смело можно называть собственным лесным прудом. Когда никто не видит, я люблю купаться там. Вот и в тот день, когда Чарли с Сереной уезжали, я помогла им отнести вещи к машине, мы обнялись, попрощались и как только их машина скрылась из виду, я, почувствовав, наконец, свободу, побежала в свою комнату, где скинула с себя одежду и облачилась в купальник. Потом собрала в сумку кое-какие вещи, которые могут мне пригодиться в течение дня и зашла в дом, где сделала себе «Кровавую Мэри», и уже во всеоружии отправилась к бассейну. Я провела весь день в шезлонге, потягивая коктейль, читая книгу в мягкой обложке и нежась на солнышке. Когда становилось жарко, я входила в прохладную воду и купалась…
Позже я поджарила себе стейк на гриле, и с удовольствием съела его возле бассейна. Когда со стейком было покончено, я решила провести остаток дня в доме. Принимая горячий душ, я смыла с себя масло для загара и увидела, как загорела моя кожа. Из белой она приобрела бронзовый оттенок, но, посмотревшись в зеркало в полный рост, я почувствовала себя немного глупо… Дело в том, что те части тела, которые были скрыты купальником, так и остались белыми и теперь сильно контрастировали с моим загаром.
Потом я увлажнила кожу различными лосьонами, которые нашла у Серены, накинула синий шелковый халат Чарли и пошла в гостиную смотреть телевизор. Мне очень нравился этот телевизор, он был сделан так, что казался просто огромным. Поскольку дом находился достаточно далеко от города, кабельного там не было и к телевизору была подключена спутниковая антенна. К моему маленькому телевизору в комнате была подключена такая же, поэтому я знала, как ею пользоваться. Сложно было выбрать что-то одно из такого огромного количества каналов, но, в конце концов, я остановилась на фильме, который начался в восемь часов и пока я смотрела его, наступила ночь. Мне пришлось встать с дивана, чтобы закрыть шторы. Не люблю, когда окна ночью не занавешены, ведь кто-то может стоять там, за окном. Кто-то, кого вы не можете видеть, но он может видеть вас. Это действительно наводит на меня страх.
Почему-то той ночью мне было особенно страшно, как будто я предчувствовала что-то нехорошее…
Я подошла к лампе, и зажгла свет.
Запланированную после фильма ванну со свечами я решила отменить, подумав, что лучше для меня, наверное, будет остаться в светлой комнате с работающим телевизором. Я потеряла всякое желание идти по темному дому до ванной и сидеть там в полном одиночестве в горячей воде в окружении тишины и мерцания пламени свечей.
Как только я изменила свои планы, мне захотелось попкорна, но представив себе путь по темному коридору на кухню, желание это тут же пропало. Я представила себе все эти окна, раздвижные двери и стеклянные перегородки, которых очень много по пути на кухню, из них открывается вид и на бассейн и на лужайку и на лес. Черт, ну почему я не додумалась занавесить их днем? Теперь же, в темноте этот коридор сплошь отделанный стеклом больше напоминал дом, в котором отсутствуют стены. Но ведь ходила же я по нему раньше…