Страница 43 из 101
Я успокоила сердце, бьющееся как у птицы, что поймали и сжали в ладонях, хрупкую и испуганную.
Если приняла решение, нужно ему следовать. Ужасного Принца я забуду – и никакие прощальные подарки этого не изменят! Вообще, что это за жест такой странный – подарки мне дарить?! Строгий этикет не позволяет подобные вольности по отношению к посторонней девушке – только сестре или невесте. Хотя, что этому взбалмошному принцу до этикета…
Я подошла к антикварному секретеру красного дерева на высоких ножках, положила свёрток на узкую столешницу. Рассеянно провела ладонью по резным украшениям – морские волны деревянным кружевом, флотилии крутобоких кораблей, королевские вензеля… каждая деталь окружающей обстановки кричала о роскоши.
Роскоши, что основана была на крови моих предков-эллери. На уничтоженной, почти под корень изведённой магии, отнятых жилищах, награбленных богатствах. Не мир, но смерть принесли на Ледяные Острова эти прекрасные корабли! Отец любил повторять, что мы, чудом выжившие – как лазутчики в стане врага. Ходим по тонкому льду – одно неверное движение, и провалимся. А я чуть было не раскрыла перед одним из них душу больше, чем перед кем-либо в своей жизни. Как так получилось?..
Я должна срочно прийти в себя.
Наверное, лучше всего было бы выбросить этот свёрток. Но в то время, как разум продолжал свои увещевания, пальцы уже нетерпеливо рвали бумагу, резали ножницами бечёвку, игнорируя морской узел, который всё равно я не развязала бы и за тысячу лет.
Под обёрткой оказалась шкатулка из матового чёрного дерева без единого украшения, резьбы, инкрустации или чего-либо подобного. Плотно пригнанные створки, простая латунная защёлка.
На всякий случая я потрясла шкатулку, прежде чем открывать – но ничего не услышала.
Ну хорошо… я просто удовлетворю любопытство. Выбросить содержимое всегда успею.
Однако в тот момент, когда я совсем уж было решилась, меня вдруг отвлёк вызов. Как будто кто-то тронул осторожно за плечо. Я знала прекрасно это ощущение – так бывало, когда со мной хотели связаться при помощи хрустального медальона-капли. Я научилась зачаровывать такие на прикосновение. Даже не обладающий магией связи человек мог с помощью медальона вызвать меня для разговора.
Странно. Я делала такие медальоны только двум людям. Первым был отец – но зачем бы он стал вызывать меня в королевском дворце, когда достаточно послать слугу или самому прийти для разговора? Он ведь сам настаивал на том, чтобы здесь использовать магию как можно реже – тут и у стен могли быть уши.
Вторым… Вторым был мой лучший друг. Рональд Винтерстоун. Когда-то, давным-давно, когда я гостила у него в Замке ледяной розы, он спас меня от ужасного существа, обитавшего, как оказалось, в подземельях замка. Волшебное насекомое, которое в спячке провело там несколько веков, ещё со времён Великого Завоевания. Гигантский Шелкопряд, питавшийся магией окружающего мира. Этот злобный монстр чуть меня не сожрал! Рон спас меня вовремя вместе со своей маленькой подругой, Кэти. Вот тогда он и понял, что я обладаю собственной магией.
Рон воспринял известие на удивление спокойно – хотя, если с рождения живёшь в Замке, полном волшебства и кажется, почти разумном, наверняка отвыкаешь удивляться чему бы то ни было.
А ещё у меня закрались подозрения, что Кэти тоже тайком приколдовывает. И это могло означать только одно – она тоже эллери. Отец говорил, должны быть и другие выжившие, что затаились до времени. Интересно, она сама была в курсе природы своих способностей? Девочка одним прикосновением исцелила моё обморочное после общения с Шелкопрядом состояние и вернула выпитые им силы.
Я не решилась расспрашивать её, да и Рону не сказала всей правды о своём происхождении. Только то, что у меня неведомо откуда с рождения есть магический дар. В награду за спасение я подарила ему медальон и заверила, что он может связаться со мной, когда только пожелает.
Но за все эти годы он ни разу не пожелал, удовольствуясь общением в школе…
До сегодняшнего дня. Потому что каким-то шестым чувством я поняла, кто именно вызывает меня.
Бросила сожалеющий взгляд на свёрток. Придётся ему подождать.
Поспешно вытащила из глубины шкафа из-под одежды свой медальон, поднесла к лицу… он сочился тревогой, вспыхивал и вздрагивал, словно живой.
Провела ладонью по гладкой нагревшейся поверхности и активировала. В глубине хрустальной капли свивавшиеся вихри расступились, и я увидела напряжённое и сосредоточенное лицо Рона. Чёрные брови хмурятся, взгляд тяжёлый и давящий… что-то случилось.
- Эмбер, ты меня знаешь! Я никогда бы не стал тревожить тебя по пустякам. Но ты одна из немногих, кого я могу назвать настоящим другом. И мне больше не к кому обратиться.
- Что стряслось? – выдохнула я.
- Он хочет отобрать у меня Замок ледяной розы.
- Кто?..
- Бывший глава Тайного сыска Его величества, по прозвищу Бульдог. Он добился королевского манифеста, который провозглашает Замок ледяной розы, последний сохранившийся замок роз, Национальным Достоянием. А сам Шеппард назначается его управляющим.
По тому, каким едва сдерживаемым бешенством сверкнули глаза Рона, я поняла, что он предпочёл бы придушить этого Бульдога, и дело с концом. Но поступить так с королевским служащим и пойти против воли Его величества не мог, иначе навлёк бы гнев короля на всю свою семью.
Я живо вспомнила человека с тростью, у которой было навершие в виде собачьей головы – того самого, что встретился нам в первый день на балу. Он ещё хвастался перед отцом каким-то свёрнутым в трубочку пергаментом. Теперь понятно! И ярость отца тоже.
- Эмбер… прости, что обращаюсь… но твой отец имеет немалое влияние при дворе. Он мог бы… попытаться отговорить Его Величество от этой идиотской затеи? Убедить, чтобы он отменил чёртов манифест, - процедил Рон сквозь зубы.