Страница 26 из 101
Дрожащий круг света, что обережной стеной защищал меня от тьмы, моментально схлопнулся.
Пару секунд я ещё с ужасом обречённого на плахе следила за тем, как догорает алая искра фитиля, но и она приказала долго жить, издевательски мигнув мне на прощанье. Недолго перед внутренним взром еще плясали блики и мелькало слабое очертание свечи и держащей ее руки, но потом и они исчезли, уступив место непроницаемому мраку
Вот теперь можно вволю предаваться панике.
- З-зажгите её обратно!!
- Не могу. Нечем. Так что обойдёшься. Будем учить тебя плавать в темноте методом полного в неё погружения.
Я не вижу ни малейших очертаний человека рядом со мной. Только слышу голос. Почему у него такой довольный голос?! Разве здесь есть чему радоваться?! Бедный матрос – служить на корабле у такого ужасного капитана! У такого закоренелого садиста!!
Темнота и правда вела себя как непроницаемые воды на самом глубоком морском дне. Она заливала глаза, забиралась в уши и казалось, стоит рот раскрыть, тотчас немедленно её наглотаешься. Я в ней утону. Я точно в ней утону!!
- Это жес-стоко! – от волнения меня пробила нервная дрожь и зубы застучали.
- Ничуть. Я же рядом, помнишь? Я не дам тебе утонуть. Руку!
Я не успела и пикнуть, как мою ладонь самым бесцеремонным образом взяли в плен и крепко сжали.
Прикосновение чужой горячей кожи – так неожиданно и так ярко, будто в меня попала молния. Прошила наискосок – от ладоней до сердца и вниз.
Мигом вспомнились все одновременно сюжеты из прочитанных мною любовных романов. Все эти мурашки по коже героинь, сбившиеся дыхания и сердца, пропустившие удар. Только этого мне и не хватало!
Но ведь в моём случае это абсолютно ничего не значит! Я, во-первых, не романтичная бестолковая дурочка, а вполне благоразумная юная леди. Во-вторых – у меня достаточно мозгов, чтобы понимать, что от прикосновения не влюбляются, а для этого нужно хотя бы узнать человека. В-третьих, мне прекрасно известна репутация этого Ужасного Принца, которую он совсем недавно самым убедительным образом подтвердил! Не хватало ещё мурашками покрываться из-за таких вот прожжённых сердцеедов и бабников.
Ах да, и вообще-то я же уже влюблена. Да. Точно. Надо было, наверное, вспомнить это во-первых… Но не суть. В общем, с какой стороны ни посмотри – это форменное сумасшествие и вопиющий произвол!
Я попыталась выдернуть руку. Крепкие пальцы сжались сильнее.
- Птенчик, хватит трепыхаться!
- К-какой я вам ещё «Птенчик»?! Разве я давала основания для подобной… подобной… фамильярности?
Тихий смех добавил ещё одну волну мурашек по спине к уже имеющимся.
- Прости, Птенчик, но боюсь, что если начну обращаться с тобой, как с девушкой, ты залепишь мне пощёчину. А может, и не одну. Я заметил, каким возмущённым взглядом ты прожигала меня весь вечер.
У меня вдруг появилось ощущение преступника, которого застигли на месте преступления. А ведь мне казалось, что я разглядывала этого Ужасного Принца совсем не заметно!.. Я ещё раз дёрнула руку, на этот раз изо всех сил, чтобы уж точно вырваться, но мне опять не дали. Снова смех из темноты. Я его забавляю, да?!
- Ну вот куда ты собралась, скажи на милость? Вокруг же ни черта не видно! Лови потом тебя, чтоб не расшиблась. Ещё нащупаю в темноте что-нибудь не то – визгу будет…
Это… это чего это он там собрался нащупывать?! Я остановилась как вкопанная и со злостью прошипела сквозь зубы:
- Немедленно меня пустите!!
Генрих замер, и хватка на руке чуть ослабла. Но не разжалась.
Молчание. Тихий вздох.
- Прости, Птенчик! Дурацкое чувство юмора. Моя беда – совершенно не умею держать язык за зубами. Предлагаю компромисс – я перестаю шутить, а ты перестаёшь вырываться. Просто доведу тебя до освещённого места и распрощаемся. Идёт?
Я закусила губу, колеблясь. Нет, ну если уж он извиняется… Какое, кстати, удивительное открытие – что этот болван вообще способен извиняться!.. И раз уж всё равно свечу мы зажечь не можем…
- Идёт.
- Вот и отличненько! – виноватый тон из его голоса как ветром сдуло. Снова лучится энтузиазмом, только посмотрите на него!
Но делать нечего. Согласилась – сама виновата. Придётся послушно следовать за Ужасным Принцем, когда он тянет меня в этом чернильном океане неизвестно куда.
- Мы врежемся. Мы точно врежемся! – ворчала я, изо всех сил пытаясь не наступить на подол собственного платья. Как-то странно разговаривать, не видя лица собеседника.
- Если ты и врежешься, то только в меня. Если не прекратишь причитать как старушка. Тебе сколько лет, кстати?
- Семнадцать! – буркнула я, пытаясь сдуть невидимый локон, упрямо падающий на лицо.
- А причитаешь на все семьдесят семь. Так вот – к твоему сведению, я вижу в темноте как кот. Учитель фехтования муштровал меня биться на мечах с завязанными глазами. Так что идеальная балансировка и ориентирование в пространстве бесплатно прилагаются к твоему проводнику на сегодня!
- Не только без чувства юмора, но ещё и ужасный хвастун… - проворчала я снова вполголоса.
Принц перехватил мою руку поудобнее, сплёл пальцы так тесно, словно боялся, я и правда потеряюсь. А ещё зачем-то сбавил темп нашего продвижения.
- Не трудись, Птенчик – с длинным перечнем моих недостатков может поспорить только не менее обширный перечень достоинств.
- Жаль, что в этом перечне не нашлось место скромности! И целомудренности. Ой, простите! – я сама опешила от своей смелости и прикусила язык.
Принц в открытую надо мной расхохотался.
- А я смотрю, мой Птенчик осмелел? Уже показывает коготки? Рад, что терапия действует. Ты совсем забыла бояться. Скажешь, нет?