Страница 18 из 36
- Я конечно, все понимаю, - задумчиво тем временем продолжал рассматривать картину Алёша, - Но почему оно синее?
- Что? – одновременно спросили Добрыня с Ильёй.
- Поле.
Добрыня задумался, а Илья тут же ответил, - Потому что не зелёное.
- Да? – удивился Алёша, - Но… Это… Как бы… Да ну и ладно, - и переключился на картину Людвиги.
- Лучше посмотрите, какая шикарная картина у Людвиги! Такая яркая! Столько цветов! Ух, всё полотно такое разноцветное! Это же… Это… Я даже боюсь предположить, что это? – недоумённо чесал затылок Алёша. Была бы рядом Алёнушка, она бы мигом одёрнула его, что бы он вёл себя культурно. Но жен сегодня с ними не было. Сегодня были какие-то важные дела по организации сиротского дома, а Настя, которая собственно и была главным инициатором по созданию этого дома, и буквально на днях смогла уговорить Князь выделить денег из казны на на это, из-за участия в конкурсе, не могла ими заняться, вот и попросила их за неё сходить туда. Так что пришлось богатырям прийти сюда одним. И не прийти было нельзя, потому что жёны сказали, что после конкурса они должны будут всё-всё им рассказать, так что пришлось идти.
- Это? – Илья наклонился вперёд, - «Полёт майского жука над полем в рассветный час». О как! – теперь уже он озадаченно чесал свой затылок.
- Ага… - так же озадаченно согласился с ним Алёша.
- Ладно вам. Вы лучше на картину Настеньки посмотрите. Тут, думаю, вы оба догадаетесь, что, точнее, кто это. – оборвал их Добрыня. Илья с Алёшей взглянули на картину и одновременно выдохнули, - Князь!
***
Действительно, на картине был нарисован Князь. Именно он, сидевший в первом ряду и выступил в качестве натуры для Настеньки. Надо сказать, очень беспокойной натуры, потому что ну ни пяти минут не мог усидеть на месте спокойно и постоянно вертелся, то пытаясь подсчитать количество людей в зале, с целью определения возможной прибыли, то высматривая разносчиков пирожков (лично Князем введённое новшество, потому как в прошлый раз половина людей, стоявших в очереди в буфет, за антракт так и не успела ничего купить, из-за чего Князь был очень расстроен). Так продолжалось до тех пор, пока окончательно замученная Настенька не послала ему воздушный поцелуй, чем буквально ввергла его в ступор, что позволило ей наконец закончить картину.
Зал, рассмотревший наконец картину, взорвался овациями. Подскочивший с места Князь как всегда воспринял это на свой счёт и начал раскланиваться с залом. Сидевший рядом Антипка подёргал его за полу кафтана, и когда Князь недовольно отвлёкся на него, показал пальцем на Настеньку. Князь посмотрел на её картину и, расплывшись в довольной улыбке, поскакал на сцену.
- А ведь, похож. Похож! – довольно восклицал он, наматывая круги вокруг картины.
- Ну что? Мне кажется, победитель очевиден? – с довольной усмешкой спросил он зал.
- Дааа! – восторженно взревел зал в ответ и взорвался овациями. Князь с довольной улыбкой переждал овации и повернулся к Настеньке.
- Видишь, Настенька? Весь зал ставит тебя на первое место. Возражающих нет!
- Есть! – оборвал его чей то ледяной голос. Князь недовольно обернулся посмотреть, кто это смеет там ему перечить, и увидел, как Изольда сбрасывает со своей картины завешивающее её полотно. Зал поражённо ахнул. Князь заворожённо подошёл к картине.
На картине, казалось, всей усыпанной блестящими снежинками, кружила метель, загадочно мерцая и буквально приковывая к себе взгляд. От картины буквально веяло ледяной стужей. Князь буквально окоченел, когда подошёл к ней, но так и не мог оторвать от неё взгляд. Казалось, что он мог бы смотреть на неё вечно. Но тут на сцену выскочил из-за кулис Юлий, с возгласом, - Заканчиваем рисовать! Время! – и Князь очнулся, пришёл в себя и немного заторможенно пошёл на своё место.
Настало время подводить итоги. Конкурсное жюри единогласным решением поставило картину Изольды на первое место, а картину Насти на второе. Картина Людвиги заняла десятое, последнее, из отбираемых в финал, место. Конкурсантка, занявшее одиннадцатое место, так и не смогла понять чем эта, как сказало жюри, аб-страк-ция, лучше её картины «Утро в сосновом бору», но с Князем не поспоришь…
***
Вечером, после конкурса, баба-Яга шла по княжьему терему к комнате Юлия, и подводила предварительные итоги. С одной стороны, она уже, вроде как, в шаге от цели. Всё идёт своим чередом, и волноваться вроде бы не о чем. Но… Какое-то тревожное чувство никак не отпускало её. Ей казалось, что что-то она не учла, что-то забыла, а она привыкла доверять своим ощущением. Они не раз уже спасали её от беды. В конце концов она решила мысленно перебрать по часам последние три дня, чтобы окончательно разобраться в своих тревожных чувствах.
Она чуть ли не поминутно разобрала прошедшие дни. Вроде, всё было нормально. Ничего не настораживало, шло своим чередом.
- Так, будем рассуждать логически, - решила она, - Пойдём конкретно по персоналиям конкуренток. Кто в первом конкурсе произвёл наибольшее впечатление на зрителей, кроме меня? Точно Настенька. Кто ещё? Как ни странно, хорошо отзываются об Айгуль, с её дикими плясками. Это помню. Своеобразный танец, но что–то в нём есть. Кто ещё? Многие говорят про Изольду. Да, она хорошо танцевала. Помню. Стоп! – она даже остановилась, - А помню ли? Настин танец – помню, Айгуль – помню. Даже танец Ольги, если кружение вокруг себя и размахивание платочком вообще можно назвать танцем, помню. Всех остальных конкурсанток помню, хотя некоторых очень хотелось бы забыть. А вот Изольда… Ощущение что танец был хороший – есть, а вот сам танец в памяти не остался. Так же не бывает? Или…? – тут она наконец поняла, что же её тревожило, - А не ментальное ли это воздействие? А ещё и картина эта странная её, которая всех просто заворожила. Заворожила… И ощущение ледяной стужи. Девушка, холод, ворожба…Что-то очень-очень знакомое, близкое. Где-то я уже про это слышала. Неужто, коллега-конкурентка объявилась?