Страница 40 из 89
- Рони...
Вот лучше бы он вообще молчал, потому что на его голос я отреагировала мгновенно: из глаз все-таки потекли слезы. Это было уже слишком: мало мне позора в кафе, так еще и разреветься перед Корвейном не хватало. Словно желая поставить жирную точку в сегодняшнем позоре, я громко разревелась, уткнувшись носом в плечо мага.
Не знаю, приходилось ли раньше Корвейну утешать ревущих девиц. Я только почувствовала его руки, осторожно обнимающие меня, словно хрупкую вещицу, которую можно ненароком сломать.
- Если бы я знал, что ты так это воспримешь,- в голосе Корвейна послышалось сожаление. Ну да, я тоже не так планировала провести этот вечер. Я думала мы просто посидим в кафе, поболтаем, посмеемся и разойдемся каждый в свою сторону. А вместо легкого и ни к чему не обязывающего общения ему приходится слушать рыдания и мечтать поскорее отделаться от хныкающей девицы. Эти мысли подействовали на меня отрезвляюще. Слезы прекратились и я отстранилась от Корвейна. Полезла в карман за платком, слишком поздно сообразив, что платье не мое и карманов на нем попросту нет. Выручил Корвейн. Протянул мне свой платок.
Успокоившись и более менее приведя себя в нормальный вид, я намеревалась на этом распрощаться с Корвейном. Свидание не удалось, это факт и нет никакой возможности исправить ситуацию. Но тут маг меня удивил. Взяв за руку, он потянул меня в заросли сирени:
- Пойдем, я знаю замечательное местечко. Там уж точно нам никто не помешает.
- Корвейн, я не планировала бродить по зарослям.
- Не спорь. Заросли уже почти закончились.
И действительно, кусты расступились, и я увидела перед собой стены еще одной охранной башни. Она не в пример другим выглядела старой и заброшенной: каменные стены поросли мхом, узкие оконца наверху скрывала густая листва растущих поблизости деревьев. Но Корвейн вел себя так, будто бывал здесь не единожды и вообще чувствовал себя вполне уверенно. Дверь открылась с надрывным скрипом. Внутри было темно и я поежилась: представила лестницу укрытую плотным слоем паутины, скрежещущее кандалами привидение и прочие ужасы, сопутствующие заброшенным башням.
Я поднималась по каменной лестнице, крепко держа Корвейна за руку. Как он видит в почти кромешной тьме куда идти для меня осталось загадкой. Но когда мы выбрались на смотровую площадку, я поняла, почему он хотел, чтобы я побывала здесь. С этой старой башни открывался вид на Торон. Весь город с его извилистыми улочками, округлой базарной площадью и причудливыми особняками лежал перед нами. Я несколько мгновений просто смотрела на открывшийся вид, забыв обо всем на свете. Лишь шепот Корвейна на ухо вернул меня к действительности:
- Нравится?
Я кивнула. От его близости неожиданно перехватило дыхание. Он стоял за моей спиной так близко, что я чувствовала тепло его тела. Отстраниться словно бы невзначай не получится - я опиралась руками на высокие деревянные перила, простора для маневра не было. Корвейн тоже облокотился одной рукой на перила и тут же раздался громкий хруст. Маг тут же отскочил назад, увлекая меня за собой. Но ничего ужасного не случилось - просто старые прогнившие перила не выдержали. Но я оказалась прижатой к груди Корвейна и даже чувствовала, как бьется его сердце. Наши взгляды встретились, и я судорожно вздохнула, осознавая, что за этим последует.
Когда наши губы соприкоснулись, Корвейн немного помедлил, будто проверяя, не испугаюсь ли я. Он целовал неторопливо, будто пробовал на вкус. Учитывая, что это был мой первый поцелуй, я отдалась во власть ощущений, даже не помышляя воспротивиться. Сейчас я в полной мере осознала смысл выражения "плавиться как воск".
Когда неторопливая нежность сменилась требовательностью и напором я испугалась. Но моя попытка вырваться из рук Корвейна потерпела неудачу. От происходившего кружилась голова и захватывало дух. Во мне боролись благоразумие и желание поддаться соблазну. Вот уж действительно - запретный плод сладок.
Победу одержало благоразумие Корвейна. Тяжело дыша, он прижал меня к груди, придерживая за талию. Когда наше дыхание выровнялось, мы молча спустились вниз и пошли к общежитию. Возле крыльца он чуть придержал меня за руку:
- Рони, в следующий раз будь благоразумней.
- Что ты имеешь в виду?
Он провел пальцем по моей щеке:
- Для наивной девочки маги плохая компания.
Он улыбнулся и пошел в сторону одной из охранных башен.
Было о чем подумать. Сегодняшний вечер превзошел мои ожидания во всех смыслах. Уже возле двери в свою комнату я услышала чуть приглушенные голоса. И доносились они именно из-за двери, возле которой я сейчас стояла. Прислушавшись, разобрала голос Саами:
- Ольгерд, мы так не договаривались. Я тебе уже говорила, чтобы ты не настаивал.
- Малыш, ну чего ты боишься? Какая разница, когда это произойдет, если мы уже все решили?
- А раз никакой разницы, то к чему этот разговор? Наберись терпения. Ты меня даже не представил родителям.
- Саами, ты прекрасно знаешь, что у меня на это просто не было времени. Когда мы выберемся отсюда, то сразу и представлю. Мне кажется, что ты просто ищешь отговорки.
- Это не отговорки. Я не хочу, чтобы это случилось впопыхах. В любой момент могут вернуться девчонки.
- Я закрыл дверь.
- Ольгерд, нет!- сдавленный крик полукровки призвал к решительным действиям и я с силой забарабанила в дверь:
- Саами, ты уснула что ли там? Открывай!
Послышалась какая-то возня и дверь распахнулась. На пороге стояла взъерошенная Саами. В комнате никого больше не было, зато распахнутое окно было красноречивее слов.
Прошло несколько дней. Корвейна я больше не видела. Вернее я его видела издали, как и других боевых магов, которые на территории Института несли свою службу. А его носовой платок, выстиранный и аккуратно сложенный, ждал, когда его вернут хозяину. А вот с Саами у меня само собой стали складываться более доверительные отношения. Наверное, этому способствовали и наши совместные дежурства в вольере Шустрика. И когда я заметила симпатию полукровки к лжедракончику, решила что пора привлечь Саами к моему замыслу - выпустить Шустрика на волю. Мы как раз заканчивали вечернюю уборку вольера, а точнее - ночную уборку. Можно было не волноваться что кто-то подслушает разговор: других ненормальных шатающихся по ночам в зверинце не было, а служитель гремел ключами в отдалении.