Страница 31 из 70
Арнкел встал с места так быстро, что Мертен едва успел удержать стул от падения. Его величество поднял над собой королеву и закружил ее на месте.
— Вы гениальны! — восхитился он, ставя ее на пол. — Возможно, мне стоит уйти на покой и оставить корону вам? — в уголках его глаз появились лукавые морщинки и Беатрис разгладила их пальцами.
— Ох, Арнкел! Иногда мне кажется, что в детстве я была с тобой недостаточно строга, — ласково пожурила она его.
— Но, позвольте, я тоже человек и нуждаюсь в отдыхе, — пожаловался он.
— Вот закончим с конкурсом и отдыхай на супружеском ложе в ожидании наследника, — строго сказала она, хлопнув его веером по плечу. — Лорд Мертен, подарком для Елении пусть и дальше занимается его высочество, а вот для леди Азалии у меня тоже есть неплохая идея, — она оставила мужчин, и вышла в соседнюю комнату, чтобы вернуться с небольшой коробкой, обвязанной кремовой атласной лентой. — Вручите это ей. Коробку не вскрывать, внутрь не заглядывать, — хитро прищурившись, скомандовала она.
— Но госпожа… — начал Мертен, забирая подарок.
— Не волнуйтесь, там нет ничего магического и представляющего угрозу жизни, — успокоила его Беатрис. — Еще, я хотела обговорить с вами следующие конкурсы.
Королева с Арнкелом вернулись за стол и разговаривали час, прежде чем короля не призвали дела, и они с Мертеном не покинули дом Беатрис.
По пути к замку, его величество вернулся к теме нарядов:
— Полагаю, что платья им стоит отдать перед встречей. Пусть каждая облачится в первую половину подарков. Как ты считаешь?
— Отличная идея, ваше величество.
— Мертен… — Арнкел резко остановился и положил на плечо друга руку. — Не стоит, мы здесь одни, — его глаза смотрели в самую душу и губы лорда искривились в подобие улыбки.
— Знаю.
— Вот и не забывай об этом, — лицо короля смягчилось, и он устало вздохнул. — Как же мне все это надоело, временами хочется быть обычным лордом, жить в далеком графстве, писать книги, охотиться, любить и быть любимым, но…
— Ты король, а от этого так легко не избавиться, — ровно проговорил лорд. — Взгляни на меня — я проклят, и неизвестно сколько мне еще отмерено жить.
— Послушай, но ведь вы нашли фею, и если бы ты попросил ее, то возможно она смогла бы снять проклятье, — начал он, глядя на товарища обеспокоенным взглядом. — В конце концов… заставить…
— Нет, — резче чем хотел, ответил Мертен. — Нет, не предлагай мне того, от чего пострадали мы все. С каждым годом, рождается все меньше магов, и, возможно однажды, их совсем не станет, а все из-за человеческой глупости, зависти, алчности…. Уж лучше я до конца дней буду мучиться проклятьем, чем пролью хоть одну каплю невинной фейской крови, заставлю ее…
Арнкел смотрел на него с сочувствием и ободряюще похлопал по плечу:
— Мой дорогой друг, в тебе сидит ярый гуманист. Мне же… с бременем короны не позволительно быть таким.
— Кто знает, каким ты станешь, как только найдешь свой «свет души».
Арнкел усмехнулся, и они побрели дальше.
Часть дня Мертен провел в личной библиотеке короля.
Арнкел разрешил ему взять одну из старинных пиратских карт в качестве подарка для леди Брижит и Винтер: «Один бесценный подарок на двоих».
Следующим стал не стачиваемый карандаш-перо для леди Карлин. Лорд выписал его из фирменной лавки «Магические артефакты Кросмана», от известного артефактора королевства.
Пером можно было писать, как чернилами, так и использовать как карандаш. «Стоит нажать на выгравированную на стержне руну, и леди Карлин напишет очередной отчет королю Дамону».
Позже, в библиотеку заглянула личная служанка старой королевы. Она принесла бархатную коробочку на атласном ложе, в ней лежало дивное колье, браслет и поистине королевская диадема. Цвет камней лорд не видел, они были для него сверкающего, белого цвета.
Он отпустил служанку и, подхватив все предметы магией, удалился в свои апартаменты.
Ириан присоединился к нему через некоторое время.
— Решил, что подаришь леди Елении? — спросил у него Мертен.
— Конечно, — холодно ответила принц. — Насчет леди Азалии я ничего не узнал.
— Я в этом не сомневался. Не волнуйся, с подарками для Селении и Азалии нам помогла госпожа Беатриса.
— Бабуля подсобила? — Ириан довольно хлопнул себя по колену. — Одной проблемой меньше! Что с леди Карлин?
Мертен внимательно посмотрел на друга. «Видимо, все это время он занимался только подарком для Елении», — он устало потер переносицу, чувствуя боль в висках и показал узкую коробочку с пером-карандашом.
— Отлично! — к подарку принц не прикоснулся. — Это от того самого артефактора, да?
— Да, которому Арнкел предлагал занять пост ректора, но он отказался, сославшись на занятость.
— Может, оно и к лучшему, что бы Кросман делал при дворе? Должно быть, сошел с ума. Место великих ученых в университете Фафнира, а не у королевского трона. Там и своих лизоблюдов хватает.
— Я распоряжусь, чтобы платья отдали девушкам до вручения подарков и нужно обдумать, как лучше подарить леди Лете коня, — Мертен создал магического вестника, и тот скользнул в коридор.
— Да, задачка еще та, — Ириан призадумался. — Не приведем же мы его под уздцы в тронный зал, чтобы он оставил следы жизнедеятельности на блестящем полу.
В апартаменты постучали.
Мертен поманил из шкафа платья, и с помощью магии свернул каждое, превратив в упакованный в плотную бархатную бумагу сверток.
За дверью его ждали выстроившиеся в ряд горничные от каждой конкурсантки.
— Отнесите вашим хозяйкам эти подарки и сообщите им, чтобы сегодня вечером они прибыли в них в бальную залу для встречи с его величеством, — распорядился он, и в руки к каждой служанке лег именной сверток. У него остался последний — для леди Азалии.
«Придется самому ей его отнести, Лали занята».
Когда служанки разошлись, Мертен обернулся к принцу. Ириан сидел в кресле к нему спиной и рассматривал блестящее в крохотной коробочке кольцо, сквозь которое была пропущена атласная лента.
«Если посчастливится, то вскоре мы действительно сыграем не одну свадьбу», — ему вспомнилось выражение лица Беатрис. «Вы говорили, госпожа, что отошли от дел… но так ли это? Мне кажется, вы плетете свою собственную паутину интриг, хоть и безвредную».
Идею с диадемой для Селении он одобрил. «Осталось понять, поможет ли это нам в распознавании «света души».
Апартаменты леди Азалии находились в конце коридора, и между ней и комнатами других конкурсанток было еще одно жилое, но пустующее помещение.
«Отчего она живет так обособленно? Разве не понимает, что таким образом вызывает подозрения», — но ни в одном скандале она не была замечена. «Если бы Лали увидела или услышала что-то дурное, то непременно бы доложила», — с этими мыслями Мертен постучал в дверь спальни.
Открыли спустя несколько положенных по этикету минут.
Азалия смотрела на него широко распахнутыми глазами: ее длинные, пушистые ресницы затрепетали от волнения, а руки в перчатках слегка дрожали.
«От чего она дрожит?», — ввиду работы, Мертен был подозрительным ко всему. Но от Азалии не исходило никакой опасности. «Вероятно, она испугалась того, что я лично пришел ее дисквалифицировать, а руки спрятала потому, что могла их поранить, чтобы окружающие этого не увидели», — за впустившей его внутрь девушкой, он приметил недоделанную вышивку, и решил ненадолго оставить излишнюю подозрительность при себе.
— Леди Азалия, его величество распорядился преподнести каждой конкурсантке по наряду — это первая часть его подарка, — он протянул ей сверток и девушка осторожно взяла его за края, стараясь не прикасаться к лорду. Ее лицо было напряжено.
— Благодарю вас, — она отошла от него и развернула платье.
Мертен услышал возглас удивления, и глаза Азалии озарились восторгом. Она приложила к себе длинное, шифоновое платье.