Страница 77 из 78
Кэти просто продолжала смотреть вдаль; где бы она ни была, это было место, где не было простых слов. Квентин замолчал и некоторое время жадно смотрел на нее, словно стараясь запомнить каждую деталь. Может, так оно и было. Вечность-это долгое время. Нужно выжечь края памяти на своем сердце, или они могут исчезнуть, и иногда вторая потеря хуже, чем первая.
«Я бы остался с тобой, — прошептал он. — Когда ты состарилась, когда заболела, я бы остался. Я …»
Он остановился и покачал головой.
«Нет. Не хочу и не буду. Я любил тебя. Этого достаточно,» — он посмотрел на Луидэд, как будто спрашивая разрешения, и она кивнула. Горько плача, Квентин наклонился и поцеловал Кэти в последний раз.
«Мы закончили, мы закончили с приходом солнца, — сказала Луидэд, проводя рукой по волосам Кэти. Квентин отстранился, наблюдая за ней. — Теперь появляется утренний свет, и дворы Фей приближаются, чтобы станцевать с нашими королевами на тихой и влажной от росы зелени. Человеческое дитя, беги скорее; эльфы приходят с наступлением дня.»
Что-то старое, дикое и холодное пронзило тьму квартиры. Я вздрогнула, когда это пронеслось мимо меня, вспомнив мой собственный Выбор Подменыша, когда я отвергла Эдем ради Диких Земель за его пределами.
Кэти моргнула, широко раскрыв глаза, когда заклинание обернулось вокруг нее.
«Квентин?» — Интересно, что она видела, когда смотрела на него, какую выдумку использовал ее разум, чтобы скрыть то, что, черт возьми, было на самом деле. Имеет ли это значение? Он бросил ее. Она больше не была заботой Фейри.
Квентин посмотрел на Луидэд, и она слегка кивнула, давая свое согласие. Повернувшись к Кэти, он протянул ей руки.
«Подойди. Давай я отвезу тебя домой.»
«Домой — да, пожалуйста. Хочу домой,» — она встала, позволяя ему проводить себя в холл. Теперь коридор стал короче, и через несколько мгновений они достигли входной двери.
Квентин оглянулся, его лицо напоминало маску, прежде чем они вышли на свет. Ужасный день. Солнце не любит таких, как мы. Знаю что последует дальше: это была обычная история. Он проводит ее до угла, поймает такси, отвезет домой и оставит на пороге, как все фейри поступали со своими смертными любовниками с незапамятных времен. Хорошо это или плохо, но она никогда больше не прикоснется к миру Фейри. Она была свободна. Все, чего это стоило, — сердце Квентина.
Я прошла по комнате и села рядом с Луидэд, наблюдая за ней. Она долго оглядывалась, прежде чем повернуться и сказать: «Я пыталась, Тоби. Правда. Поверить сразу в оба мира для нее слишком. Это был либо наш мир, либо ее, и я не смогла сделать выбор за нее.»
«Знаю,» — как ни странно но это сказала я. Мне не удалось сделать выбор за Клиффа или за Джиллиан, и человеческий мир забрал их обоих. Понимание не сделало это менее болезненным.
«Ты вернулась.»
«Как плохой пенни.»
«Ты шла по кровавой дороге.»
«Да, это это было заметно.»
«Мой брат…»
«Мертв.»
«Понимаю, — она подняла голову и посмотрела на меня серьезными, древними глазами. — Было время, когда я бы вырвала твое сердце из груди и съела его на твоих умирающих глазах за то, что ты сказала мне такое.»
«Знаю.»
«Только ты бы не умерла. Я бы оставила тебя сломаной и бессердечной на вересковых пустошах, истекающей кровью, как предупреждение любому, кто прикоснется к моей семье. Я бы уничтожила тебя.»
«Это я тоже знаю», — мне не было страшно. Когда я перестала бояться?
«Раньше.»
«Но это было так давно.»
«Знаю, — она замолчала, глядя на свои руки. Изящные когти на кончиках ее пальцев втянулись, превратившись в человеческие ногти. — Как он умер?»
" Я убила его серебром, железом и светом свечи,» — вздрогнула, когда воспоминания скользнули по мне, пытаясь игнорировать ощущение крови на моих руках. Кровь обладает силой; часть меня принадлежала ему навсегда. Ножи были из железа и серебра, но это был только конец убийства, а не средство. Он умер от крови, огня и веры, от роз и холодного мерцания свечей. Мои клинки были лишь запоздалой мыслью, острым напоминанием о том, что долгая, дикая погоня закончилась, и пришло время лечь и успокоиться. Пора было закрывать окна детской. Пора повзрослеть.
Рука Луидэд на моем плече вернула меня к реальности. Я замерла, моргая, смотря на нее, и она улыбнулась: «Так и должно было быть. Серебро было его правом, а железная воля заставляла ублюдка оставаться мертвым. Помни об этом; ты можешь убить Изначального, только если используешь оба металла. Они слишком далеки для серебра и слишком прочны для железа. Любой, кто говорит иначе, лжет. Ты молодец, Тоби. Если кто и должен был это сделать, я рада что это была именно ты.»
«О», — начала я и остановилась. Мне больше нечего было сказать. Я всегда гордилась своим словарным запасом, но он покинул меня. Он так часто это делал в последнее время.
Луидаг вздохнула и обняла меня, притягивая к себе.
«Иди сюда, — сказала она. — Мне нужно кого-то обнять, и тебя тоже. Это честная сделка. Только на некоторое время, и тогда мы сможем продолжать быть теми, кто мы есть.»
Хотела было возразить, но отбросила эту мысль и прижалась к ней, наслаждаясь чувством безопасности, которое давало знание, что кто-то больше и сильнее меня не причинит мне боли. В конце концов, это все детство: сильные руки, сдерживающие тьму, история, заставляющая тени плясать, и свеча, сопровождающая долгое путешествие в день. Песня, чтобы сдерживать полеты ангелов. Сколько миль до Вавилона? Извините. Меня это не интересует.
Глава 33
Я позвонила в дверь одной рукой, балансируя охапкой пакетов, чтобы не разбросать их по крыльцу. Это не очень хорошо работало, и Спайк на моем левом плече совсем не помогал.
Изнутри пронзительно прозвучал голос: «Получу, получу, получууу.»
Входная дверь распахнулась, и на пороге появилась запыхавшаяся шестилетняя девочка, измученная попытками опередить своих братьев и сестер.
«Тетя Берди!»
«Привет, Джесси, — сказала я, опускаясь на колени и обнимая ее свободной рукой. Раздраженно чирикнул Спайк, спрыгивая на пол. — Как поживаете?»
Она, кажется, оправилась от пребывания в землях Слепого Майкла, по крайней мере внешне; внутри все было по-другому. Ее мать сказала, что она просыпалась с криком почти каждую ночь. Если бы я могла убить ублюдка снова, то сделала бы это.
«Думаю, все в порядке, — она высвободилась, покачиваясь на каблуках. — Ты пришла на вечеринку?»
«Нет, я продаю продукцию Амвэй — взъерошила ей волосы. — Глупышка. Отведи меня к своему командиру.»
«Ладно! — она схватила меня за руку и потащила на кухню, крича, — Кареееен! Тетя Берди здесь!»
Семья собралась вокруг стола на кухне. Именинница улыбнулась со своего места и помахала рукой.
«Знаю, — сказала Карен. — Привет, Тетя Берди.»
Она замолчала и захихикала, когда Спайк запрыгнул к ней на колени.
«Привет, детка. Привет, Стейси.» — я положила пакеты и крепко обняла свою лучшую подругу. Она вздрогнула и обняла меня в ответ.
«Рада, что ты пришла,» — прошептала она.
«Меня ни что не сможет остановить.»
Все дети вернулись домой, по крайней мере для Митча и Стейси, но этого было недостаточно, и никогда не будет. Я до сих пор не могу представить, что бы я сделала, если бы кто-то забрал у меня Джиллиан. Как бы то ни было, время отняло ее у меня, и это, по крайней мере, немного легче понять.
В первый раз, когда я пришла проведать детей после того, как все уладилось, я все рассказала Стейси. После того как рассказала ей о Мэй, мне показалось, что она собирается ударить меня, но она удивила: вместо того чтобы разозлиться, она отвезла меня обратно в Тенистые холмы, подошла к моей Фетч и поздоровалась с ней так вежливо, как только могла. Мэй не раз спасала мне жизнь. Этого было достаточно для того чтобы она стала частью семьи, независимо от того, откуда пришла.