Страница 3 из 47
Хотя учились в разных вузах, о Воробушке Глеб периодически слышал — докладывали знакомые. Да и сам честно и откровенно следил за ее страничками в соцсетях. Пару раз пытался гулять в компаниях, где общалась Адель, но как только появлялся, Сафронова исчезала, чем немало его расстраивала, и тем больше удивился, увидев ее сегодня здесь.
В конце третьего курса он узнал от знакомого, что Воробушек крутит роман с каким-то папиком. Вот это удар ниже пояса! Жаров даже поначалу не поверил. Сложно представить девчонку, у которой и кавалеров, в общем-то, не было, со взрослым мужиком. Кстати, к тому, чтобы у нее и в университете не было парня, тоже он руку приложил, старался по мере сил.
После известия о папике Глеб взял без спроса машину матери и устроил засаду возле дома Адель, наблюдал за тем, когда она приходила и уходила. Лично убедился: информатор не врал, зря только нос приятелю разбил, доказывая, что тот не прав.
Адель вышла из квартиры к какому-то высокому, поджарому говнюку на модной тачке. Между прочим, тому явно за тридцать. Он ее поцеловал, посадил в машину и увез. Жаров тогда до двух ночи просидел возле ее подъезда, всё ждал, что она вернется. Однако она не вернулась, из чего он сделал вывод, что Сафронова спала с этим великовозрастным козлом. Той ночью Глеб сломал палец — врезал кулаком в стену, когда представил Воробушка пыхтящей под этим мужиком. Небось, уже не раз пыхтела, если так спокойно села в его машину!
После этого происшествия Жаров решил для себя: больше за Сафроновой следить не будет. У нее своя жизнь, у него своя. Лишь иногда заглядывал на ее странички в соцсетях, но она там больше вообще никак не активничала, да и в университет не вернулась — это он знал точно. Решил: вышла замуж за того папика и плюнула на учебу. Совершенно очевидно, что повелась на деньги, и больше ее в жизни ничего не интересовало, как и всех остальных баб.
А тут оказывается, что эта невежда книжки пишет! Вот точно в издательстве работают одни идиоты и печатают всякую ерунду.
— Я возьму книгу! — тут же заявила Катерина.
«Я, я… Тоже мне, пигалица! И тут пролезла вперед!» — ругнулся он про себя, краем глаза наблюдая, как заветная книга исчезает в бауле Зайцевой.
— И что, правда можно выучить язык дома? — не унималась она.
— Запросто! — кивнула Адель.
— Но как же без учителя? Да и для произношения нужен носитель языка…
— Ой, вот как раз с этим в наше время проблем никаких нет! Есть куча форумов, где можно списаться с носителями, которые с радостью пообщаются по скайпу. Это даже не стоит ни копейки! — воодушевленно щебетала Сафронова.
— А им-то это зачем? — всплеснула руками Катерина.
— Как это зачем? Некоторые русский изучают… Обмен опытом!
— М-да, чем люди только ни занимаются… — покачали головой одноклассницы.
— Кстати, а твои родители всё еще работают в универе? — спросила Катерина у Адель. — Дело в том, что у меня сестра школу в этом году заканчивает… Всей семьей думаем, в какой университет приткнуть…
«Вот и причина, по которой Зайцева уцепилась за Сафронову. Просто хочет устроить сестру! Интересно, Воробушек догадается или решит, что вдруг стала всем интересной?» — тут же сделал вывод Жаров.
Он украдкой посмотрел на Адель, но та, даже если и поняла намерения Катерины, виду не подала. Лишь тихо ответила:
— Мои родители умерли…
— Как? — тут же заохали девушки.
— Помните, пять лет назад случилась авиакатастрофа рейса Москва — Анталия? Об этом еще гудели во всех новостях.
— Что-то такое припоминаю… — всплеснула руками Катерина.
— Мои родители летели тем рейсом… — вздохнула Адель.
Одноклассницы принялись ей сочувствовать.
— Да ничего, — махнула рукой Сафронова, — это было давно…
В этот момент Жаров всё же рискнул посмотреть на своего Воробушка в открытую. Заметил, как погрустнело ее и без того не слишком веселое личико. Она сидела там такая маленькая и трогательная, улыбалась одними губами, а глаза грустные. Захотелось самому подойти к ней, посочувствовать. Только разве ей нужно его сочувствие? Вот уж вряд ли.
Чтобы избежать соблазна, ушел покурить на улицу, заодно взялся за телефон и без проблем нашел книгу Сафроновой в интернет-магазине, заказал экземпляр для себя.
«Значит, немного биографии? С юмором? Посмотрим, какой у тебя юмор, Воробушек…»
Честно говоря, ничего подобного о ней узнать не ожидал. Адель никогда не казалась ему способной на что-то стоящее. Слишком скромная и закрытая. Где она и где юмор… на разных планетах!
Тут забренчал телефон.
— Привет, милый… Я вся изнемогаю, приедешь? — спросила Анжела.
— Давай не сегодня! Приду пьяный, с больной головой, на черта оно тебе надо?
— Я тебя любого хочу… — замурлыкала она.
— Завтра! — отрезал Жаров и отключился.
Почему-то не хотелось разбавлять вечер сексом с Анжелой после того, как встретил Воробушка.
Глеб поспешил обратно в зал, и каково же было его разочарование, когда Адель там не нашел.
— А где Сафронова? — решился он спросить у Катерины.
— Ей позвонили, и она срочно ушла…
В этот момент Жарову очень захотелось стукнуть себя ладонью по лбу. Покурил, называется…
Курилка располагалась в стороне от входа; получается, пока он там болтал с Анжелой, упустил Адель. Стало жутко обидно, ведь и близко не насмотрелся, может, к концу вечера и заговорил бы с ней даже, а птичка раз — и улетела. Разве честно? И когда теперь снова появится — непонятно.
«Хоть курить бросай, ей богу…» — промелькнула мысль.
Глава 4. Пренеприятное происшествие
— Ты где? — из трубки раздался металлический голос Максима.
Адель вся напряглась, подобралась, приготовилась к чему-нибудь жутко неприятному.
— Я уже в такси, скоро буду дома! — поспешила она ответить.
— Ничего себе скоро! Я же звонил тебе, просил поторопиться! Уже слишком долго жду!
«Десять минут — это слишком долго?!» — прокричала она про себя.
Ведь ровно столько понадобилось ей на то, чтобы сбежать из ресторана и поймать за углом такси. Вызывать машину и ждать у входа Адель не хотела, поскольку боялась столкнуться с Жаровым. Такая встреча ей точно без надобности.
При таксисте препираться с мужем не хотелось, поэтому удержала гнев в себе.
Вслух сказала почти мирно:
— Я спешу как могу, может, объяснишь, что случилось?
— Приедешь домой, сама всё увидишь… Пренеприятное происшествие… — зловещим тоном объявил Максим и отключился.
До дома всего полчаса езды. Тридцать несчастных минут… В другом случае они промелькнули бы незаметно, но сегодня всё длились и длились.
«Что же там могло приключиться?» — думала Адель.
Сразу позвонила Софочке, своей двоюродной сестре:
— Борюсик в порядке?
— Твой сынуля жует макароны с сыром под «Чип и Дейл», всё с ним нормально. Мы погуляли, хорошо провели время. Когда заберешь?
Адель прикинула, сколько понадобится времени, чтобы доехать из дома до Софочки, плюс время на разговор с Максимом, который обещал быть непростым.
— Часа полтора-два.
Положив трубку, Адель снова принялась прокручивать в голове слова мужа. Точнее, официально он ей никакой не муж, поскольку брак у них гражданский и фамилия у нее до сих пор Сафронова. Но это ведь неважно для любви, правда?
Адель воспринимала эти отношения именно как брак классический, поскольку в них присутствовали все атрибуты семейной жизни. Ребенок, которому через месяц с небольшим исполнится четыре года, совместное проживание, планирование бюджета, отдыха, любовь, в конце концов.
Максим Велесов — единственный мужчина в жизни Сафроновой, причем единственный во всех смыслах. Ни в школе, ни в университете за ней не бегали толпы поклонников. Конечно же, она встречалась с парнями, ходила на свидания… Но это было всего несколько раз, и, как правило, дальше первого-второго свидания дело не шло. Будто она чем-то отпугивала людей. Даже банальный первый поцелуй у нее случился лишь в двадцать один год.