Страница 9 из 21
Но странно, что изба с начальством имеется, а вот “начальственного” транспорта типа легковушки – нет. Или командный состав уровня отделения и взвода у этих вояк начальством не считается? Ездить-то приходится в кабинах бронетранспортёра и грузовика. Повышенный уровень комфорта, видать, ещё не заслужили. Вот и перемещаются всей массовкой до кучи.
Ввязаться в бой с тридцатью рылами – гарантированная смерть: против такой толпы, будь я даже трижды Рэмбо[6], однозначно не устою.
Кто такой Рэмбо – не знаю, но судя по трепыханию всполошившейся ни с того, ни с сего памяти – крутой вояка, что “одним махом семерых побивахом”.
Хоть и есть ощущение, что могу сейчас втрое больше прихлопнуть, но для того и голова на плечах, чтобы ей не только есть, но и думать. Если начнётся стрельба – а она обязательно начнётся, если не сумею всё сделать тихо – сыграет роль чистая математика: при той плотности огня, что смогут создать тридцать человек с оружием в руках, хоть одна пуля, но обязательно в меня попадёт. Если буду стоять на месте, как истукан, конечно. На то и укрытия имеются, чтобы активно и вдумчиво ими пользоваться и под недружественный огонь не попадать. Но проверять на своей шкуре все эти допущения совсем не хочется.
А значит, путей у меня два: либо втихую вырезать всех (что даже с учётом моей неимоверной удачливости крайне маловероятное событие), либо, не ввязываясь в бой, валить отсюда как можно быстрее.
Но увиденное на пепелище настолько потрясло, что вариант бегства отмёл сразу. Хотя ведь и сам прекрасно понимаю, что мне не тягаться с вооружёнными до зубов вояками. Стоит им только всполошиться – и меня раскатают в тонкий блин.
Жить, конечно, сильно хочется. Но месть в данном случае гораздо важней.
Пока какого-нибудь идиота не вынесло на улицу по очень важной для него надобности, быстренько пробежался до стоянки автомобилей и со счастливой улыбкой на лице стал обладателем двух канистр с бензином. Бросив пока пулемёт, зайцем проскакал вокруг здания, обливая его со всех сторон, и сделал бензиновую дорожку. В ближайшем от сельсовета здании наметил замечательный чердачок, куда, подпалив дорожку при помощи экспроприированной у белобрысого зажигалки, и метнулся вместе с пулемётом.
Бегать с оружием и канистрами под действием ударной дозы адреналина было почти совсем не больно. Особенно когда перед глазами то и дело вставала картина пепелища с остатками сожженных заживо жителей деревни.
Так что на чердак я взлетел быстрее ветра. Сложил рядом с собой все имеющиеся колотушки и распахнул окно пошире, изготовившись к стрельбе. Окно было довольно широким, а до сельсовета – смешное расстояние всего метров двадцать. Благодаря тому, что окно чердака располагалось в торце дома, соседствующего с сельсоветом, под прицелом я мог держать всего две стороны уже вовсю полыхающего здания. К сожалению, окна двух других сторон мне были недоступны. Именно поэтому я прикрыл там ставни и поставил несколько мощных жердин, обнаруженных в ближайшем дворе, дабы ни одна падла не убежала.
Память вдруг подбросила довольно интересные данные: для получения золотого значка ГТО семнадцатилетние девушки должны метать снаряд весом 500 грамм на расстояние не менее двадцати метров. Парни для того же должны метать снаряд весом семьсот грамм на расстояние тридцать пять метров. Колотушка, например, весит полкило. Лимонка – грамм на сто тяжелее. Что такое ГТО – память, как водится, не объяснила.
Ольга, вроде, не семнадцатилетняя девушка. Хотя кто его знает: себя-то я со стороны ещё не видел. А потому понятия не имею какого возраста реципиент и как теперь выгляжу. По состоянию оголодавшего тельца и по габаритам сильно выдающихся выпуклостей ей все тридцать можно влепить. А если отоспаться, да откормиться – кто его знает? В общем, без зеркала фиг разберёшь.
Так как нахожусь я на чердаке дома, что значительно выше одноэтажного сельсовета, и кидать гранаты придётся сверху вниз – даже с тоненькими ручками Ольги должен взрывоопасные подарочки добросить. На то и расчёт.
А тут и развлекуха началась: здание уже вовсю полыхало, когда изо всех щелей полезли немцы. Сами – как факелы: выбрасывались из окон и катались по снегу, пытаясь сбить пламя. Мне оставалось только экономными очередями успокаивать самых активных и не давать им возможности убежать. Самое интересное – нашлась какая-то умная голова, которая даже уже из объятого пламенем здания лупанула в мою сторону из автоматического оружия. В принципе, мне это ничем не грозило: пули только выбили щепу из брёвен в стене гораздо ниже. В ответ я запулил в уже разбитое окно сельсовета колотушку. И тут же ещё одну. Сильно ухнуло, отчего часть перекрытий с торца обрушилось. А я с остервенением стал всаживать пулю за пулей просто вглубь здания. Ухнуло ещё. Затем ещё. А затем как долбануло… Так, что даже в соседних домах окна повылетали.
На счастье, меня почти не зацепило. Отделался, можно сказать, лёгкой контузией. Ну это уж точно не мои гранаты. Скорее всего, рванул боезапас самих немцев. В результате последнего взрыва сельсовет как-то быстро сложился внутрь себя и погрёб под обломками последнюю оставшуюся в живых немчуру. Убежать не удалось никому. Ну и скатертью дорога. Как говорится, “и по делам их воздастся…” Зуб за зуб, глаз за глаз! Кто с мечом к нам придёт – тому кишки на вилы намотаем. (И откуда я столько всего знаю?).
Во избежание проблем с огнём, пришлось с чердака быстренько ретироваться: вдруг ветер переменится и огонь перекинется на то здание, где я себе сделал лёжку. Да и техника с горючим и боеприпасами не так уж и далеко: доберись огонь до неё – тоже рванёт нехило. И хоть я остался единственным живым человеком в деревне, стоило поторопиться. Не думаю, конечно, что взрывы услышат в ближайшем населённом пункте. Да и пожар вряд ли увидят. Метелица уже вовсю кружИт и вьЮжит. Но надо где-то устраиваться на ночлег. Переться сейчас куда-либо – гарантированно умереть. Всех вражин я под корень извёл. Надо только собрать трофеи. Но при такой погоде – к лешему всё! Оценив диспозицию, решил, что всё ещё полыхающий сельсовет в части распространения пожара не особо опасен, а потому можно напоследок чуток помародёрить. Присмотрел себе более-менее приличный домик на отшибе, что поближе к лесу (участок практически вплотную прилегал к первым зарослям кустарника), где и скинул вещи. Пришлось, напрягая последние силы, прогуляться до обоих постов на околице деревни, забрать свои вещички, второй пулемёт с лентами и разместить их так, чтобы в случае чего удобно было держать оборону. Входную дверь закрыл на засов – теперь никто просто так не вломится. И прямо так, не раздеваясь, завалился спать.
Мне в тот момент было уже совсем всё фиолетово: будут ещё враги, не будут – до лампочки. Только голова коснулась подушки – будто выключили рубильник: чик – и темнота.
В деревне. Часть 4. Временное пристанище
Разлепив веки, первое время не мог понять, где я: какое-то полутёмное помещение, света в котором едва хватает, чтобы разобрать отдельно стоящие предметы. Над головой угадывается белёный потолок. За окном – серая хмарь, да ветер свистит и завывает на разные голоса. В комнате конкретный такой колотун, заставивший лишний раз порадоваться тому, что не стал раздеваться перед сном. Печка-то не топлена. И надо вставать, иначе даже одетым околею.
Но оказалось, что “надо” и “вставать” – два совершенно разных понятия: тело категорически отказывалось менять положение "лёжа" на какое-либо другое.
Пришлось долго приводить мышцы в тонус и со скрипом подниматься на ноги. Зато почувствовал, что хоть немного, но отдохнул. На самом деле этому тельцу забуриться бы в санаторий минимум на пару-тройку месяцев, да чуток жирка поднабрать. А то гремлю тут костями не хуже Кощеюшки.
Ну а если ещё учесть использование режима “Берсерк”, во время которого организм с удесятерённой скоростью жрёт сам себя как ненормальный – то отдыхать потребуется минимум полгода. И ещё не факт, что при этом до конца восстановлюсь.
6
Рэмбо – американский “крутой” спецназовец (в понимании самих американцев), собирательный, выдуманный персонаж: https://ru.wikipedia.org/wiki/Рэмбо_(серия_фильмов)