Страница 9 из 84
– Идем, – снова взяв ее за руку, потянула в сторону зала, в котором воины в прошлый раз отмечали свою «победу». Странное дело, я нервничала и почти не думала, куда иду, но дорогу нашла так, словно всю жизнь прожила в этом замке. Усадив Хельгу на лавку, положила руки ей на плечи и глубоко вдохнула холодный, пропитанный не слишком приятными запахами воздух. – Что могло произойти? Мы ведь видели, как упал штандарт. Да и я заметила его на земле. Неужели люди Глауда решили отомстить за смерть своего ярла?
– Может быть, – Хельга пожала плечами, отчего я рефлекторно сжала их чуть сильнее, неосознанно пытаясь поддержать ее. – Обычно это не принято, – убитым голосом сказала она, попытавшись встать, но я надавила на ее плечи, не давая подняться.
– Успокойся. Твой муж не выглядит слабым воином, ты должна верить в него, Хельга, – произнесла я, напряженно выдыхая. Стараясь хоть чем-то занять мысли и перестать вслушиваться в звуки, я принялась оглядываться. С прошлого раза почти ничего не изменилось, кроме того, что на столах не было ни еды, ни посуды, да и люди под лавками тоже уже не лежали.
«Зато некоторые сегодня так и останутся лежать на земле, – мелькнула мысль, заставив меня прикрыть глаза. – Глупости, никто не оставит их лежать там».
– Не принято? – спросила, решив отвлечь разговором Хельгу, да и себя, впрочем, тоже. Иначе перед глазами так и вспыхивают алые пятна на снегу, которые то и дело затаптывают сапогами воины. – Почему?
Хельга молчала пару минут. Я даже подумала, что она не станет отвечать. И я ее в этом не винила. Боюсь, тоже не смогла бы сейчас вспомнить ни о чем, если бы меня спросили. Мысли то и дело сами переключались на происходящее снаружи.
– У воинов вольницы, – тихо заговорила Хельга, понуро опустив плечи и слегка сгорбившись, – много правил. Все они неписаны, но люди оценивают воина по тому, как он ведет себя, как соблюдает эти законы. Многие предпочтут умереть, чем запятнать свою честь и достоинство. Трусость, подлость, лживость здесь не в чести.
– И что, не бывает таких воинов? – спросила удивленно. С одной стороны, подобное вызывало уважение. Но с другой стороны, я сомневалась, что не прибегну к обману, если смогу таким образом спасти жизнь дорогих мне людей.
– Бывает, конечно, – ответила Хельга. – Но если такое становится известно остальным, то труса, подлеца или лжеца стараются обходить стороной. Ни один ярл не возьмет такого человека к себе в отряд. Я знаю несколько случаев, когда таким воинам приходилось покидать вольницы и уходить на юг.
– Получается, воины Глауда нарушили такой неписаный закон?
– Да. Когда один ярл вызывает на поединок другого, тот не может отказаться. После победы одного из них люди поверженного ярла не имеют права нападать, так как считаются проигравшими. Но при этом они могут спокойно отступить и уйти, а победитель не имеет права взять их в плен.
– Взять в плен? – за разговором нервозность немного отступила, да и голос Хельги перестал быть таким бесцветным. – Зачем это нужно?
Сразу же вспомнились слова той же Хельги, что Глауд продавал людей.
– По-разному…
– Постой, – прервала я ее. – Расскажи сначала: откуда берутся все эти воины? Кто они?
– Кто они? – переспросила Хельга, явно не поняв меня.
– Да. Откуда эти люди? Из деревень? Или же они родственники ярлов?
– А, вы об этом. В основном они из деревень. Стать воином и поступить на службу к своему ярлу стремятся все деревенские мальчишки. Ярл и сам заинтересован в этом, поэтому за деревенскими парнями постоянно присматривают, подмечают, кто из них способнее, а потом забирают обучать. Да и сыновья ярла тоже становятся воинами. Здесь, в вольнице, нет ни одного мужчины, который не умел бы сражаться.
– Понятно. А теперь про плен.
– Если воин честно сражался, то ему это не грозит. Таких ярлов, как Глауд, который торговал людьми, почти нет. Все понимают, что у вольницы и так мало людей, чтобы продавать или убивать. Поэтому пленение может обернуться для воина потерей некоторой суммы, которую он сам или его близкие должны будут заплатить победившему ярлу. После этого воин может уйти, а если захочет, то вполне может остаться на службе. Но обычно победитель не идет на это, ведь воины часто очень привязываются к своим ярлам.
– Могут ударить в спину?
– Могут, – Хельга кивнула. – Хоть за предательство такому воину грозит казнь. Так что обычно освобожденным пленным просто дают уйти.
Я покачала головой. Понимаю, что людей мало, но просто отпускать тех, кто может в будущем как-либо навредить…
В этот момент я вздрогнула, так как дверь в зал с грохотом открылась, впуская внутрь людей. Хельга сразу подскочила на ноги и бросилась к вошедшим. Я же отошла к стене, наблюдая за развитием событий.
Внутрь заносили раненых воинов. Не знаю, почему именно сюда, но происходящего мое непонимание не отменяло.
Мой взгляд метался от одного человека к другому. Комнату начал заполнять шум и запах крови. Сглотнула и сделала еще один шаг назад.
В этот момент заголосила Хельга. Я дернулась от неожиданности, моментально находя ее взглядом. Она плакала в голос и хватала Ливольфа, которого тащили двое мужчин. Судя по всему, Ливольф был без сознания. Его рука волочилась по полу. И я даже издалека видела, что она окрашена кровью.
Хельга бестолково мешалась под ногами, не давая мужчинам уложить Ливольфа на стол. Один из них гаркнул на нее, весьма грубо отгоняя, но Хельга его не услышала. Тогда ее просто подхватили на руки и оттащили в сторону. Она извивалась, брыкалась, кричала – в общем, вела себя очень эмоционально.
Я уже хотела подойти к ней, чтобы попробовать успокоить, как в зал быстрыми шагами вошел Тор. Тихо выдохнула от облегчения, на мгновение прикрыв глаза. Он был жив и даже, судя по стремительности его походки, избежал ранений.
Подойдя к Ливольфу, он взглянул на него, а потом громко приказал:
– Позвать Рагну. Немедленно! – голос Тора прозвучал подобно грому, отчего я невольно сравнила его с его тезкой, мифическим богом грома и бури. Глупость, конечно, совершенно в данный момент неуместная, но почему-то я решила, что именно Тор мог послужить скандинавам прототипом для их бога.
– Чего голосишь? – прозвучал скрипучий тихий голос, который, однако, мгновенно заставил всех замолчать. Даже Хельга затихла в руках воина. – Нечего меня звать. Я и так уже тут.
К Тору подошла маленькая, слегка сгорбленная старая женщина. Она обвела всех удивительно живым взглядом, который неожиданно остановился на мне. И почему-то даже отсюда я поняла, что глаза у нее темно-зеленые.
Она как-то зловеще улыбнулась беззубым ртом и перевела взгляд на Ливольфа. Я же выдохнула, с удивлением осознавая, что все время, пока женщина смотрела на меня, чувствовала себя, будто опутанная невидимыми веревками.
Рагна. Интересно, кто она? Травница, наверное. Скорее всего, именно так.
Глава 3
Посмотрев на Тора, который, казалось, был выше ее на целый метр, Рагна мотнула головой. Мужчина незамедлительно подчинился, отступая на шаг от лежащего на столе Ливольфа.
– Что тут у нас? – сварливо пробурчала женщина, хватая бессознательного воина скрюченными пальцами за подбородок и принимаясь поворачивать голову Ливольфа то в одну сторону, то в другую.
Я не была уверена, что оценить состояние человека можно по лицу, вместо того чтобы его раздеть и осмотреть раны, но я даже не думала озвучивать свои мысли. Надеюсь, Ливольф не умрет из-за того, что никто не собирается останавливать женщину и оказать ему действительно необходимую помощь.
Хотя признаю, кулаки сами по себе сжались.
Словно ощутив мое состояние, Рагна резко подняла голову и снова посмотрела прямо на меня. Я едва сдержалась, чтобы не отступить на шаг назад. И не могу сказать, что испугалась, нет, просто в этом взгляде была такая мощная энергетика и сила, что тело действовало само, словно желая оказаться как можно дальше отсюда.