Страница 17 из 49
Минерва МакГонагалл, высокая, прямая женщина со строгим взором, тоже была гениальным механиком, как и Артур. На битву со Гриффиндором она приехала, сопровождая три ганмена, которые пилотировали братья-близнецы Фред и Джордж, с пышными шевелюрами и привычкой постоянно совместно что-нибудь выкрикивать, и Невилл, пухлый, томный и розовощекий парень. Внешность, конечно, была обманчива, раз уж ему удалось завести ганмен, перебороть его силой воли, но все равно, выглядел Невилл человеком, не способным обидеть ни мухи, ни жабы.
-- Люциус Малфой, командир крепости, был одним из четырёх Генералов-Пожирателей, служащих Спиральному Королю, мастеру генома, Лорду Волдеморту.
-- Мастеру? - спросил Гарри. - Так это он породил орды мутантов и зомби?
-- Скорее всего, но точно мы не знаем, - педантично ответила Гермиона.
-- Бей Волдеморта! Бей! - раскричались Рон и Джинни, а потом начали гоняться друг за другом по залу, изображая битву со Спиральным Королем.
Никто не спешил их осаживать и выводить из зала -- вошедшие в бригаду Совы обладали схожими характерами, напоминавшими Седрика. Возможно, это было необходимо, чтобы одолеть ганменов и сесть в пилотское кресло -- требовался только слабый толчок, пример, который подал Седрик, совершив считавшееся невозможным.
Поэтому единственной, кто бросал недовольные взгляды на Рона и Джинни оказалась Гермиона.
-- У каждого из Генералов, - продолжила она, повысив голос, - есть мобильная крепость, напичканная ганменами и мутантами, и по земле разбросаны поселения этих самых мутантов, и бродят ганмены. Бродят зомби, чующие живых за много километров!
Тут дело перешло к военному плану, и слово взял Ремус.
-- Седрик Диггори показал нам, что нужно делать! Нужно бить врага в самое сердце, и благодаря Артуру и Минерве, мы нашли это сердце!
На экране за его спиной появилась огромная карта. На ней был схематично изображен Гриффиндор, и затем пунктир от него потянулся по карте, пересек водную гладь и углубился в пределы огромного острова.
-- Вот здесь, - ткнул Ремус пальцем за спину, - высится Тысячеэтажный Хогвартс, столица Лорда Волдеморта! Мы отправимся туда и уничтожим Хогвартс! Кто-то скажет, что это невозможно, но кто мы?
-- Мы бригада Совы на Глобусе! - раздался дружный выкрик.
-- Что мы делаем?
-- Мы делаем невозможное!!
Спустя пять минут Гриффиндор ожил, качнулся и зашагал на север, к Хогвартсу.
Все это было прекрасно, но Гарри снова обуяли тоска и страх, и чувство вины. Все смотрели на него, как на лидера, как на преемника Седрика, а он... а что он? Опять всех подведет, и рядом не будет Седрика, чтобы врезать ему в ухо? Что тогда?
-- Мне тоже его не хватает, - раздался голос Тонкс рядом, практически в ухе.
Гарри сидел в ангаре, перед Совой, глядя в ее огромное лицо и глаза. Тонкс, в своем полуголом виде, уселась рядом, прямо на пол, и Гарри отвел глаза. Он не знал, что сказать, не знал, как преодолеть эту неловкость.
-- Знаешь... он был, как огонь, - продолжала говорить Тонкс. - Пылал сам и воспламенял всех других, манил к себе.
-- Манил, - повторил Гарри с трудом.
На душе у него стало горько, глаза щипало и жгло. И в то же время, Гарри не мог, просто не мог встать и признаться Нимфадоре. Это было невозможно, и это было не то невозможно, о котором кричал Седрик, нет, другое невозможно, то, которое Гарри определял для себя сам. Он видел поцелуй и он видел, что Нимфадора искренне опечалена.
Лезть к ней со своей любовью означало предать память Седрика, плюнуть на нее, но как же тяжело и невыносимо это было! Гарри лучше согласился бы выйти в одной Сове против десятка Гриффиндоров, чем вести этот разговор, сидеть вот так рядом с Нимфадорой. Теперь жгло и щипало не только глаза, нет, теперь Гарри жгло изнутри, словно он напился кислоты и ядов, добавив сверху настойки из грибов.
-- Я... я..., - забормотал Гарри.
Тонкс повернула голову, посмотрела на него влажными глазами.
-- Ты знаешь, - сказала она, - я слышала ваш с Седриком разговор, там, в бою за Гриффиндор. Я все понимаю.
-- Ты ничего не понимаешь!! - закричал истерично Гарри.
Он не знал, как объяснить все происходящее, выразить свои чувства, да так, чтобы Нимфадора поняла. Невысказанное жгло изнутри, разъедало, и Гарри ощущал себя так, словно сходит с ума. Действуя не столько разумом, сколько по наитию (Артур называл это подсказками Силы Гарри), он прыгнул в Сову, на ходу втыкая палочку. Движение было таким резким, что палочка едва не сломалась, но Гарри было плевать.
Бежать! Бежать прочь!
-- Гарри, стой! - крикнула Тонкс, но было поздно.
Сова, брызжущая во все стороны зеленой энергией, сорвалась с места, словно пьяная. Робота швыряло и кидало во все стороны, и Гарри едва не зашиб Гермиону с Артуром, входивших в ангар. Они шарахнулись в стороны, а Гарри умчался куда-то вдаль, с зелеными брызгами и вихляниями.
-- Его надо вернуть! - тут же заявила Гермиона, услышав о случившемся. - Это безответственно! Гарри сейчас наш лидер, он должен быть здесь!
-- Ах, любовь -- любовь, - покачал головой Артур, подпирая рукой щеку.
-- Эй! - возмутилась Тонкс.
-- Я не обвиняю тебя, - вздохнул Артур, - но надо понимать, что Сова и сила Гарри -- уникальны, не подчиняются законам других ганменов. Сила спирали -- это магия...